Хирург - Наталья Деева

— Что — правда?

— Правда. А ты, конечно же, соврала. Точнее, соврал.

— Ничего подобного. Завтра увидишь, — смайлик.

В комнату заглянула мама и сказала:

— Ты не забыл, что пора гулять с Джесси?

Алекс вздрогнул, свернул окно с игрой:

— Мамуля, ещё пять минут!

— Ну, что — придёшь? — продолжил переписку он. — Мне нужно собаку выгуливать.

— Приду. Пушкинский сквер, четыре вечера.

Выключив компьютер, Лешка потрепал Джесси по рыжему загривку. Собака позволила нацепить ошейник и бросилась к двери.

"Ввязался в авантюру накануне экзамена", — думал Алекс, отпуская Джесси. Почуяв свободу, собака рванула мимо раскуроченных скамеек в кусты, с радостным лаем погнала кошку. Алекс следил за ней с рассеянной улыбкой, а из головы не выходила виртуальная знакомая. Кто она? Девушка, умеющая так шутить, да ещё неплохо смыслящая в сетевых игрушках, это же мечта! Даже если она окажется серой мышкой, даже если толстушкой, хотелось, чтобы она существовала на самом деле, а не была плодом чьего-то разгулявшегося воображения. "Если это друзья глумятся, кого первого поймаю, тому скормлю кактус, — решил он. — А если никто вообще не придёт, сам кактус съем".

Усевшись на останки скамейки, Алекс наблюдал, как Джесси обнюхивает траву с записками, оставленными потенциальными кавалерами. Кому — Живой Журнал, кому — такие средства коммуникации. Пусть порадуется, ирландским сеттерам необходимы длительные прогулки, а она, бедняга, целыми днями в квартире сидит.

Закончилась спокойная жизнь голубей и любвеобильных кошек — Джесси вспомнила, что она охотничья собака. Изгнав с заброшенной детской площадки все формы жизни, исключая муравьёв, Джесси вернулась и положила голову на колени Алекса: знает, что пора домой.

На лавочке возле подъезда Алекс заметил друга детства, Тоху, в окружении малолетних коротко стриженных оболтусов. Подростки курили, гоготали, лузгали семечки. Выпятив грудь, Тоха вещал, то и дело сдабривая рассказ смачным плевком. Оп — под одобрительные возгласы отвесил подзатыльник мелкому головастому товарищу. Ухмыльнулся, сунул сигарету в зубы, взглянул вперёд и, увидев Алекса, просиял:

— Ух ты! Проц!

Сглотнув, Алекс сжал поводок, надеясь, что друг детства не станет приставать с расспросами, но Тоха отмахнулся от люмпенов и зашагал навстречу.

— Привет, — Алекс пожал шершавую руку. — Где пропадал так долго?

Тоха обнажил жёлтые зубы.

— С батяней буржуям строили коттедж. А ты как?

— Последний экзамен послезавтра…

— Отличник?

— Если сдам на десятку, будет серебряная медаль.

Тоха сунул руки в карманы широких джинсов, ссутулился.

— Слышь, а давай пивка вечером тяпнем? Побакланим, это… юность вспомним.

Алекс покосился на товарищей Тохи.

— Не бери в голову, это шпана. А ты — пацан серьёзный. Так и собираешься на юриста?

— Да, — Алекс расслабился, Тоха так и остался добрым, несмотря на сузившийся круг интересов и расширившийся — сомнительных знакомств. — В академию.

— Во-о-от! Если что, отмажешь, когда в прокуратуре работать будешь или, там, в суде… мамка здорова?

— Да, слава Богу! — Лешка покосился на окно своей комнаты.

— Ну, так чё — по пивасику? — Тоха подмигнул.

— Давай послезавтра, заодно окончание учёбы отметим, ты ведь никуда не уезжаешь?

— В отпуске. Месяц балду пинать буду.

— Значит, увидимся.

— Давай, — Тоха хлопнул друга по спине. — Удачно тебе сдать.

"Совсем опустился, — думал Алекс, поднимаясь по лестнице. — Жалко, у него ведь хорошие данные были".

В квартире пахло жареным мясом. Ужиная отбивными, Алекс делал вид, что слушает мамины жалобы на плохих продавцов и поставщиков, а сам мысленно заходил в сеть. Не доев гарнир, он уединился в своей комнате, включил компьютер и с замирающим сердцем вошёл в игру. Оббежав эльфийский город, он так и не встретил Лизард. Где она? На квесте? Или её вообще нет в игре? Взрослая ведь девочка… Стоп! Какая девочка? "Не верьте, ребята, девчонкам из чата, у всех у них дети и даже внучата". Хватит играть! Открыть билеты по физике и учить!

В первом часу ночи он не выдержал и снова вошёл в игру, но Лизард не было.

"Как глупо, — думал Алекс, засыпая, — Вместо экзаменов у меня в голове виртуальная девица, которая, скорее всего, мужик. И если она не придёт завтра, я расстроюсь, потому что потеряю иллюзию, в которую поверил. Ничего не потеряю, если разобраться, потому что ничего на самом деле не было. Было только у меня в голове".

Консультация ненадолго отвлекла Алекса. Физику вызвались сдавать пятеро одноклассников, большинство предпочло географию и обществоведение — то, что попроще. И сейчас четверо смельчаков сбились в стайку на центральном ряду, Алекс сел за парту с Рудневым — классическим ботаником. Учитель отвечал на вопросы и постоянно хохмил. Руднев сопел и грыз измочаленную ручку.

Закончилась консультация в начале второго. Утомлённый Алекс плёлся домой, а в его голове воображаемая блондинка боролась с цепочками формул. Как это ни странно, девушка одерживала верх. "Приятное победило полезное", — подумал Алекс.

На свидание он пришёл, как и подобает настоящему джентльмену, на десять минут раньше, огляделся: на лавочке, уткнувшись в газету, растопырил тощие коленки старик в чёрной шляпе, похожей на цилиндр фокусника. Чуть дальше хихикали школьницы. На него никто не обращал внимания. Он покосился на часы и уселся на скамейке, освободив из пакета тощий кактус. Кураж выветрился, и Алекс почувствовал себя идиотом.

Процокала каблучками пышнотелая барышня, проехали с колясками мамашки: одна тонкая, как былинка, другая высокая и плечистая, чадо плечистой заходилось плачем. В каждом прохожем Алексу мерещился человек, играющий Лизард. Вдалеке появилась милая девушка в белых брюках и розовой кофточке с вырезом. Она не шла — летела… Такого просто не может быть. Или может: на лице — поиск, ощупывает взглядом прохожих… заметила Алекса, улыбнулась… так улыбнулась, словно от этой встречи зависела её жизнь.

— Привет, — прощебетала она, останавливаясь напротив. — Я ищу эльфа Леонеля. Не пробегал?

— Я за него, — Алекс протянул розу. — Возьми, это тебе.

— Спасибо, — девушка зарылась носом в лепестки, зажмурилась и села рядом. — Какая прелесть!

"Бывает же, — подумал Алекс, рассматривая её боковым зрением. — Как с журнала сошла. На вид ей лет двадцать, а я… Птенец желторотый, абитура. Хотя, если вести себя раскованно, вполне сойду за совершеннолетнего".

— Что — не ожидал, — улыбнулась она, щурясь на солнце, и протянула руку. — Настоящая я, можешь потрогать, заодно и подняться поможешь.