«Наутилус» у Северного полюса - Уильям Андерсон

— Так вот, Андерсон, — ответил адмирал, — я полагаю, что прежде всего вы должны сесть и написать мне докладную записку о том, что вы должны делать.

— Есть! — сказал я и поспешно вышел из кабинета.

Это было очень интересное задание. Что должен изучать будущий командир атомной подводной лодки? Математику? Физику? Принцип работы ядерного реактора? Химию? У меня были кое-какие собственные идеи, кроме того, я в течение целой недели беседовал с сотрудниками Риковера: Мэндилом, Рокуэллом и Данфордом. После этого я написал докладную записку, основанную главным образом на беседе с ними. Она включала предложение провести мне несколько недель в Арко с целью изучения наземного прототипа реактора «Наутилуса». Второе предложение касалось поездки на завод фирмы «Вестингауз», где изготовлялись энергетические установки, а также посещения верфи «Электрик боут дивижн», где строились подводные лодки. Наряду с этим имелось предложение о подробном изучении истории проектирования и последних походов «Наутилуса», а также предлагался подробный план изучения многообразных отраслей знаний, имеющих отношение к ядерным энергетическим установкам. Адмирал не имел никаких возражений против моего плана. Больше того, этот план одно время даже служил руководством для подготовки будущих командиров атомных подводных лодок.

Ко времени моего появления в 1956 году в отделе ядерных реакторов этот отдел функционировал уже в течение семи лет, а Риковер разрабатывал проект подводной лодки с ядерной энергетической установкой уже в течение десяти лет. Идея подводной лодки с ядерной энергетической установкой, вооруженной ракетами, претворялась в жизнь полным ходом.

Однако вполне естественно, что меня лично больше всего интересовал «Наутилус». Я прочитал отчеты командира «Наутилуса» капитана 2 ранга Уилкинсона и изучил все, что говорили или писали о нем специалисты военно-морских сил. «Наутилус» впервые вышел в море 17 января 1955 года с верфи фирмы «Электрик боут дивижн» в Гротоне. С борта было передано следующее очень важное сообщение: «Идем на атомной энергии». Корабль медленно вышел из дока, но после того как прошел узкости, стал быстро продвигаться вперед. Результаты ходовых испытаний изумили даже тех, кто проектировал и строил «Наутилус». Он мог длительное время идти в подводном положении со скоростью хода около двадцати узлов.

Во время своего первого плавания «Наутилус» прошел в подводном положении 1381 милю за девяносто часов, установив замечательный для подводной лодки того времени рекорд скорости хода под водой. «Наутилус» обладал высокой маневренностью под водой, мог погружаться на очень большую глубину, кроме того, во время совместных учений с кораблями противолодочной обороны он действовал в пятьдесят раз эффективнее дизельной подводной лодки.

Вскоре я погрузился в детальное изучение работы ядерного реактора «Наутилуса», совершая поездки в Арко и на заводы «Электрик боут дивижн» и «Вестингауз». Темпы изучения увеличились после того, как я стал строго придерживаться режима работы в отделе ядерных реакторов: по восемь часов при шестидневной рабочей неделе и, кроме того, работать вечерами дома по нескольку часов.

К этому времени я уже твердо знал, что буду командиром «Наутилуса». Однако я не думал, что почти весь период моего командования этой подводной лодкой уйдет на планирование перехода под паковым льдом Арктики или, по существу, на испытания ее в этих условиях.

Неизведанное пространство

Северный Ледовитый океан в отличие от Антарктики, где преобладает твердая почва подо льдом и снегом, представляет собой водное пространство, покрытое льдом, по площади в пять раз превышающее Средиземное море. Паковый лед Арктики — это не сплошное ледяное поле, как обычно его изображают. Он, скорее, состоит из огромных движущихся льдин самых различных размеров, создающих впечатление сплошной массы. В разных местах бескрайних ледяных просторов встречаются разводья, трещины, полыньи или большие участки открытой воды, иногда называемые арктическими лагунами. Паковый лед, находясь почти все время в непрерывном движении как в зимнее время, так и при температуре выше нуля, достигает на востоке побережья Гренландии, а на западе — Берингова пролива.

Этот необитаемый, холодный, скучный и негостеприимный район на протяжении десятилетий привлекал к себе исследователей, путешественников, а совсем недавно привлек внимание военных специалистов.

В конце 1956 года я знал об Арктике ровно столько, сколько знает средний обыватель. На прямо заданный кем-либо вопрос, будет ли толщина льда у Северного полюса один метр или тысяча метров, я не мог ответить. Дело изменилось, когда в один прекрасный день мне стало известно о плане некоторых офицеров Пентагона направить следующим летом «Наутилус» в Арктику. Я стал частым посетителем находящейся по соседству военно-морской библиотеки. В течение нескольких следующих недель я ежедневно с большим удовольствием читал дневники и воспоминания тех людей, которые героически переносили все тяготы, связанные с исследованием Арктики. Многие из этих историй, такие, как санная экспедиция Пири по льду к Северному полюсу и полет Бэрда на самолете, слишком широко известны, чтобы на них останавливаться. Естественно, что меня больше всего интересовали плавания в Арктику экспедиционных судов.

Мне удалось выяснить, что их было очень мало и большая часть из них погибла. Некоторым ледоколам Удалось проложить путь сквозь паковые льды. Но большинству это не удалось. Два экспедиционных судна — норвежское «Фрам» и русское «Седов» — были затерты во льдах и, лишенные управления, беспомощно дрейфовали у Северного полюса. «Фрам» дрейфовал два года и одиннадцать месяцев и достиг параллели 85 градусов 57 минут северной широты. Дрейф «Седова» был несколько короче и продолжался в течение двух лет и трех месяцев. «Седов» достиг 86 градусов 39 минут северной широты. В 1937 году группа русских полярных исследователей высадилась с самолета на льдину у Северного полюса и дрейфовала на ней в течение девяти месяцев до тех пор, пока не достигла открытого водного пространства около Гренландии.

В Арктику направлялось много экспедиций и на подводных лодках. Первой и, может быть, самой известной, но неудачной, была экспедиция Губерта Уилкинса на подводной лодке, также названной «Наутилус». Уилкинс, основываясь на опыте исследователей, предполагал, что в Арктике имеются большие разводья и полыньи, позволяющие пересечь океан на специально оборудованной дизельной подводной лодке, которая могла бы погружаться, идти под водой и периодически всплывать на поверхность открытых разводий для подзарядки батарей. Полагая, что нижняя сторона льдин относительно гладкая, он предложил, сохраняя положительную плавучесть лодки, заставить ее скользить по нижней стороне льдин. Полозья, установленные на верхней части корпуса лодки наподобие перевернутых лыж, должны были, по его мнению, предотвращать повреждение самой лодки, а гребные винты — обеспечить поступательное движение.

Уилкинсу была предоставлена подводная лодка, предназначенная на слом. Этот исследователь оборудовал ее всем необходимым для подледного плавания, в том числе устройством для сверления льда, на случай если лодка оказалась бы под ним без энергии для продолжения движения. Эта экспедиция привлекла к себе большое внимание.

В августе 1931 года «Наутилус» Уилкинса достиг кромки пакового льда в районе между Шпицбергеном и Грен ландией. Несмотря на потерю кормовых горизонтальных рулей, Уилкинс попытался погрузиться под кромку льда. Но вскоре вследствие обледенения корпуса внутри лодки и ряда других причин Уилкинс вынужден был признаться в постигшей его неудаче и направиться к югу.

Во время второй мировой войны несколько дизельных немецких подводных лодок использовали кромку пакового льда в качестве временного укрытия. После атаки на конвои они мгновенно скрывались под лед и оказывались, таким образом, недосягаемыми для противолодочных кораблей союзных держав.

После второй мировой войны научный сотрудник лаборатории электроники ВМС США в Сан-Диего доктор Уол-до Лайон, физик, с которым я должен был вскоре познакомиться, предложил включить американскую подводную лодку в состав кораблей и судов, участвующих в антарктической военной экспедиции ВМС США под наименованием «Хайджамп». Лайон и возглавляемая им группа начали заниматься изучением взаимодействия подводной лодки с окружающей ее средой в море еще в 1940 году. Лайона очень интересовал вопрос о том, что произойдет, когда подводная лодка войдет в море, покрытое льдами. Приняв участие в экспедиции, Лайон вернулся в Сан-Диего. Арктика его очень сильно заинтересовала. Он предложил переименовать свою группу в отдел по исследованию Арктики на подводных лодках.