Империя страха - Владимир Колычев

– И еще ты говоришь, что у Гены роман с замужней продавщицей был…

Потапов не потерял интерес к охраннику, но ему вдруг захотелось пообщаться с Лидой. Что, если именно в ней суть дела?..

Комиссионный магазин находился в бытовом вагончике. Стены обшиты пластиковыми панелями, под ногами пол из шлифованной доски, под потолком засиженные мухами неоновые лампы. В дальнем углу находился стол с компьютером, за ним сидела симпатичная женщина лет тридцати, а напротив нее – коренастый мужчина примерно одного с ней возраста. Стильная куртка, темные, чисто вымытые волосы вспушены, чтобы закрыть проплешину на макушке; взгляд вроде бы добродушный, но вместе с тем хищный; острый крючковатый нос нацелен на жертву.

Женщины не считали Семена Кормильцева записным красавцем, но признавали в нем сильное мужское начало. Он был мужчиной до мозга костей – крутой, волевой, смелый, энергичный. И достаточно харизматичный, чтобы кружить женщинам головы. А его густой с хрипотцой баритон и вовсе лишал их шансов отказать ему во взаимности. Если он брал кого-то на прицел, то не отступится, пока не добьется своего.

И еще у Семена был пунктик. Сам холостой, он питал интерес исключительно к замужним особам. С такими любовницами было все просто – сделал дело, и никаких обязательств. Замужняя женщина не будет бегать за тобой, пытаясь затащить под венец. Во всяком случае, Семен считал именно так, и эта его уверенность была подкреплена богатым опытом.

Лида, если это была она, уже раскраснелась, чувствуя к себе жгучий мужской интерес.

Михаил понял, что третьему здесь не место, и вышел из вагончика.

Семен был ходоком по женской части, но меру знал, и служба для него находилась на первом месте. Если его занесло сюда, к Лиде, то не просто так. Видимо, узнал, что у продавщицы был роман с покойным Геной, и решил ее прощупать. Если дело было так, то Потапов мог положиться на своего подчиненного. Семен все узнает и притащит выводы в зубах… Ну, а если он занялся Лидой из чисто мужского любопытства, то все равно эта женщина никуда не денется. Не Семен, так сам Потапов с ней поговорит на животрепещущие темы.

Михаил вернулся к охраннику, задал еще несколько наводящих вопросов, чтобы лучше узнать о потерпевших, но вскоре появился Семен. На губах улыбка, но глаза серьезные.

– Ну что, оформил машину? – с ехидцей спросил его Потапов.

– Да, но еще в гараж не поставил, – сощурился Кормильцев. – Дама не против. А чем ей еще заняться, когда муж в командировке?

– Ты уверен, что в командировке?

– Заодно и проверю. Попробую вызвать огонь на себя, если ты не против. Не зря же ты заходил к Лиде. Кто-то шепнул тебе, что у нее роман с Геной, – Семен многозначительно глянул на охранника, стоящего в сторонке.

Потапов удовлетворенно кивнул. Приятно было осознавать, что Кормильцев не обманул его ожиданий.

– Но муж в командировке и убить Гену не мог.

– Вот и я о том же… А он, говорят, ревнивый.

– Кто говорит?

– Лида.

– Всерьез говорит или заигрывает?

– Вот я и хотел бы узнать, что там да как. Сегодня, кстати, воскресенье…

– Кстати, у Лиды сегодня траур должен быть, – заметил Михаил. – Или нет?

– Какой траур? О чем ты говоришь? Этот Гена ее достал. Не очень-то ей нужна была его любовь. Покровительство – да, а любовь осточертела… Хотя, может, и врет… В общем, версию с рогатым мужем я беру на себя.

Похоже, эту «версию» он готов был приласкать прямо сейчас, но Михаил не позволил ему уйти.

– Есть еще одна версия. И ее надо бы отработать.

Потапов пояснил свою мысль. Возможно, Степанцев и Курков угодили под раздачу случайно. Пошли отгонять посторонние машины, нахамили водителю «девятки», за что и поплатились. Может, он таким же бандитом был, как и они, только гораздо более матерым? Может, он собирался кого-то убить? Может, не сегодня собирался, а завтра, или еще когда-нибудь в ближайшее время? Собирался, но братки с рынка взбесили его, и он хладнокровно расправился с ними. Если так, то почему он оказался здесь? Что, если он ждал своего напарника, который ходил по рынку, выбирая автомобиль для предстоящего дела? Их «девятка», возможно, была оформлена на кого-то из них, и они боялись ее засветить. А раз так, то нужно или угнать чью-то машину, или купить другую, по доверенности. Но угнанный автомобиль хорош на конечном этапе, когда пора уносить ноги. А выслеживать жертву на нем опасно, тем более если это долгий процесс…

Если убийца ждал в машине своего напарника, то уехал он без него. У них обоих были телефоны: один мог позвонить другому, сообщить о случившемся и назначить место встречи где-нибудь вдалеке от рынка. А если телефонов не было? Напарник мог выйти к месту, где его должны были ждать, и увидеть там трупы. Он мог просто пройти мимо них, а мог броситься назад, к рынку, чтобы затем подняться на мост и взять такси в районе троллейбусной остановки. Может, кто-то из охранников или еще кто-нибудь видел человека, возвращающегося с места убийства с искаженным от злости лицом? Вероятность такого исхода ничтожно мала, но на то и существует уголовный розыск, чтобы искать иголку в стоге сена…

Вопросов, как всегда, было больше, чем ответов.

4

Кровать скрипела и спинкой стукалась о стену; ножки, казалось, вот-вот разойдутся в стороны, и она рухнет на пол всей своей тяжестью. Голая прыщавая брюнетка стояла на коленях, локтями упираясь в подушку, ее обвислая грудь маятниками качалась в такт резким, напористым движениям. Она сдавленно постанывала под натиском сильного мужского тела и совершенно не реагировала на постороннего человека, зашедшего в спальню.

Шурик был занят не меньше – он прижимался к женщине сзади, демонстрируя ей свою мужскую мощь. Но все-таки сумел заметить, что в комнату зашел Стас. Он махнул ему рукой – дескать, присоединяйся.

– Я тебя сейчас самого кончу, баран! – заорал на него Стас.

Шурик оттолкнул от себя брюнетку с такой силой, что та стукнулась головой о спинку кровати.

– За что? – возмущенно взвыла она.

– Заткнись, тварь!

Шурик замахнулся на нее растопыренными пальцами правой руки, но бить не стал. Хватило того, что девушка зажмурилась от страха.

Стас вышел на кухню, достал из кармана сигарету, нервно закурил. Зато Шурику хоть бы хны. На бедрах полотенце, на губах самодовольная улыбка.

– Ну, чего лыбишься? – набросился на него Стас. – Мозгов совсем нет?

– Может, хватит? – набычился парень. – Я тебе что, груша, чтобы на мне отрываться? Загнул разок, и хватит…

– А ты кого загнул?

– Так это по случаю. Еду, смотрю, стоит – ну, думаю, снимается. Точно, снимается. Я ее и взял…

– А домой зачем тащить?

– Так это, всего двадцать баксов за ночь. За двадцать баксов до утра можно вправлять…

– Мозги бы тебе кто вправил, – скривился Стас. – Ты зачем…

Шурик быстро и выразительно приложил палец к губам, и тот замолчал. Действительно, не стоит выяснять отношения в присутствии проститутки. Если она услышит, что натворил Шурик, ее придется убить, а лимит на это дело на сегодня точно исчерпан.

– У тебя есть пять минут, чтобы вышвырнуть ее отсюда, – нахмурился Стас.

Шурик совсем отбился от рук, и он должен был поставить его на место во что бы то ни стало.

Это же надо было додуматься – пристрелить почем зря двух братков с авторынка! Пока Стас машину выбирал, этот увалень сделал мокрое дело и уехал на съемную квартиру. И еще проститутку по пути прихватил. Ну как с таким работать?

– Брат, куда спешить? – поморщился парень. – Сейчас твоя очередь, давай, пользуйся…

Несмотря на свою злость, Стас возбудился, когда увидел картину, достойную камеры порнорежиссера, и был бы не прочь повторить с брюнеткой постельную сцену. Но нельзя соглашаться с Шуриком, иначе можно уронить свой авторитет до уровня плинтуса. Так что придется отказаться от сладкого.

– Я сказал, у тебя есть пять минут, – сквозь зубы зло процедил он. – Время пошло!

– Слышь, нельзя так! – нахохлился Шурик.

– Первая минута уже на исходе, – пристально, со всей своей внутренней силой смотрел на него Стас.

– А если я бабу хочу, что мне делать?

Стас промолчал. Он полез в холодильник, достал оттуда картонку с яйцами, кусок ветчины, масло. Очень хотелось есть, да и сто граммов для согрева никак не помешают.

– Ну хотя бы еще десять минут! – сбавил обороты Шурик.

Стас молча зажег конфорку, поставил на огонь сковороду, бросил на нее кусок масла.

Шурик вышел из кухни, но прошло не меньше получаса, прежде чем хлопнула входная дверь. Похоже, прежде чем выгнать брюнетку, он успел с ней закончить. И во время не уложился, и Стаса удовольствия лишил… Пристрелить его, что ли?

– Я тебе сказал, пять минут!

– Ух ты, яишка! – в предвкушении ужина потер ладони Шурик.

– Ты что, не слышишь меня?

Стас повысил голос, но тому как об стенку горох.

– Да ладно тебе, где пять, там и двадцать пять… Давай на мировую, чтобы не цапаться! – Шурик достал из холодильника бутылку водки, скрутил пробку. – Холодненькая, в самый раз…