Отец (СИ) - Пастырь Роман

— Через восемь месяцев вы станете бабушкой, — не стал я тянуть. — Трижды.

Надо было видеть лицо женщины. К первым словам она нормально отнеслась. Улыбнулась искренне, уже было встала, чтобы дочь обнять. На бабушку никак не прореагировала. А когда услышала про трижды…

— Чего? — замерла она на полпути.

— Мы ждём тройню, — пояснил я.

— Тройню, — кивнула Ольга Владимировна. — Тройню?

— Тройню, — уверенно подтвердил я, посмеиваясь над её выражением лица.

Наверное, мы выглядели ничуть не лучше, когда узнали.

— Эм… — выдала многозначительно женщина и натурально зависла.

— Мам… — позвала Катя.

Её щёки залило краской, что не мешало девушке наслаждаться зрелищем и посмеиваться.

Несколько секунд Ольге Владимировне потребовалось, чтобы прийти в себя. А потом она всё же поднялась, подбежала к Кате и начала её тискать.

— Вы же мои сладкие карапузы, — приговаривала она, обращаясь к животику.

Вечер, определенно, удался.

***

Ольга Владимировна переместилась во дворец, передала через слугу сообщение брату, что хочет встретиться. Время было позднее, тот мог быть занят или банально спать. Поэтому женщина отправилась к себе и немного посидела в тишине, приводя мысли в порядок.

Вскоре слуга передал, что князь её ждёт. Встретились они в одной из общих гостиных. Анастас вышел в халате и тапочках, что было несколько непривычно, потому что Ольга привыкла видеть его в костюмах.

— Что-то случилось? — спросил он. — От тебя пахнет вином.

— Да. И я бы не отказалась ещё выпить.

— Ты же не любишь.

— Есть повод.

— Интересно… — протянул Атаснас. — Чего покрепче?

— Нет, лучше вино. Какое-нибудь особенное.

— Даже так, — хмыкнул князь. — Тогда я догадываюсь, что могло случиться.

— Не сомневаюсь, — многообещающе улыбнулась Ольга. — Но ты не представляешь всю степень… эм… новости.

— Говори уже.

Но сразу говорить Ольга не стала. Дождалась, пока Анастас сходит к бару и нальёт ей вина.

— Катя беременна.

— Отлично, — выдохнул князь.

Сам он давно ждал этого события. Как-никак, наследники в роде Соколовых, если они унаследуют способности отца, — это возможность снизить риски внезапно остаться без незаменимого одаренного.

— У них будет тройня. Это подтвердила Гвоздёва. Причин сомневаться нет.

— Тройня? — нахмурился князь.

— Тройня, тройня. Я сама не поверила. Надо же… Неожиданно-то как. Никто у нас или у Соколовых в роду сразу троих не рожал. Да и двоих тоже. Среди аристократов это большая редкость. Надо будет присматривать за Катей, но это всё решаемо.

— Тройня, значит, — задумался Анастас. — Тогда это втройне хорошо.

— И втройне проблемно.

— Есть такое… Но рано пока судить. Сначала родить надо. А потом убедиться, что у них способности проявятся.

— Ты лучше скажи мне, — Ольга держала в руках бокал с вином, но пока к нему не притронулась. — Как собираешься использовать наследников.

— Использовать? — Анастас внимательно посмотрел на сестру. — Я собираюсь выстроить с ними такие же отношения, как и с их отцом.

— Ясненько… И ты, конечно же, совсем не думал о том, что Катя очень выросла в силе, а значит, у Соколова есть технология развития бесов. Да и сам он тоже реализовал весь свой потенциал в рекордные сроки, это при том, что доступа к зверям у него не было. Плюс их дети будут родней Медведевых, а значит, в теории могут претендовать на трон.

— К чему ты это?

— Видишь ли ты в них угрозу?

— Конечно, — не стал отрицать Анастас. — Как и в любом аристократе. Если ты забыла, мы пришли к власти через войну. Пусть мы монарха не свергали и просто оказались самыми сильными, чтобы взять управление на себя, когда шла гражданская война… Но ты и сама знаешь историю. В этой стране власть меняется очень легко.

— К чему ты это?

— К тому, что видеть во всех угрозу — это моя обязанность. Но если ты хочешь спросить, собираюсь ли как-то давить на Соколовых, то нет. Если уж на то пошло, то с этой проблемой разбираться придётся не мне, а Августу.

— И то, что они могут стать сильнейшими бесами, тебя не смущает?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Смущает, конечно. Но и у нас кое-какие наработки появились, ты же знаешь. Так что следующее поколение обещает быть куда сильнее, чем мы.

— Ну да, — вздохнула Ольга. — Прости за этот вопрос. Просто новость меня несколько… — она не нашлась, что сказать, и отпила из бокала.

— Понимаю.

Некоторое время они молчали, каждый думая о своём, а потом Ольга спросила:

— Что насчёт твоего сына? Не пора ли и ему жениться? Если быстро ребенком обзаведется, их дети смогут дружить.

— Пока мне невыгодно его женить. Ты же в курсе. Так я могу заигрывать с семьями потенциальных невест. Да и по мере того, как наши позиции укрепляются, открываются всё более интересные варианты. Не думаю, что стоит спешить. Пусть эту часть на себя София возьмёт.

— Она в Германии.

— А ещё она ходок. Как и Катя. Как и Эдгард теперь, пусть и не полностью.

— Кстати, про ходоков… Если его дети унаследуют полный набор, то…

— То это будут монстры какие-то, — закончил за сестру Анастас. — Я понимаю. Но чего ты так заранее переживаешь? Неужели на тебя так слово «бабушка» влияет?

— Ой! — воскликнула Ольга. — Сам-то дедушкой со дня на день станешь.

— И мне это нравится! — улыбнулся Анастас, дразня сестру. — В каждом возрасте свои плюсы.

— Да уж. Но твоя беспечность как-то удивляет.

— Никакой беспечности. Я давно просчитывал варианты, когда у Соколова появятся дети. То, что их трое, ничего не меняет. Так что мы с тобой сегодня поболтаем, а завтра я начну работать в этом направлении.

— Работать?

— Конечно. Слишком Соколов противоречивая фигура, чтобы появление у него наследников прошло мирно. Удвоим бдительность. Уверен, сам парень это тоже понимает. Может, поэтому так и суетится, чтобы обезопасить семью.

Ольга сделала ещё глоток вина.

— Организация может попытаться завладеть детьми. Это и шантаж, и возможность своими одаренными обзавестись, — сказала женщина.

— Не может, так и сделают. Попытаются.

— И что нам делать?

— Лично тебе — успокоиться, — спокойно ответил Анастас.

— Легко сказать.

В этот момент она пыталась осмыслить то, что наконец-то станет бабушкой, и какие угрозы это за собой повлечет.

***

Пространство разошлось в стороны и выплюнуло наружу мужчину. Одет он был не по погоде. На улице дул холодный ветер, и люди внизу предпочитали теплые куртки или шерстяные пальто. Этот же человек заявился на крышу самого обычного дома в жилетке.

Главное, что отличало эту жилетку — множество карманов.

Мужчина осмотрелся, поёжился от пронизывающего ветра, присел и пригляделся к крыше. Приоткрыв один из карманов, он достал колбу, в которой находился розовый порошок. Мужчина скинул пробку, залез пальцами внутрь и принялся кидать небольшие щепотки то в одном месте, то в другом. Он чувствовал, что искомое где-то рядом, но не мог с точностью определить где.

Порошок помог ему разобраться. Стоило тому попасть, куда надо, как он засверкал. В это место мужчина высыпал остатки из колбы, достал фотокамеру и сделал снимок. Ветер сдул часть порошка, и процедуру пришлось повторить, чтобы заснять весь геометрический узор.

— Закончили, — проговорил он, распрямляясь. — А теперь следующий тест…

На этот раз на узор посыпался фиолетовый порошок. Смешавшись с розовым, он вспыхнул и задымился. Мужчина подождал минут десять, а потом снова насыпал розовый порошок. Ничего не произошло. Он больше не подсвечивал.

— Надо же, сработало, — по старой привычке сказал он себе. — А теперь надо…

Достав камеру слежения, он прикинул, где её лучше разместить так, чтобы не обнаружили. На крыше было не так много вариантов, как это сделать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Управившись, мужчина оглядел напоследок дело рук своих, остался доволен результатом и переместился.

Спустя некоторое время он стоял в своей лаборатории и проявлял снимки. Как закончил, достал другие фотографии, сделанные на днях, и разложил на столе.