Деграданс - Геннадий Прашкевич

7

ШИВЦОВ

10,42. Пятница

Шивцов вышел к Лубянке.

Он не торопился. Голова болела так, что торопись, не торопись – все едино.

На фасаде бывшего Политехнического ярко светился гигантский плазменный экран. Разбитый на секторы, он демонстрировал сразу восемь новостных каналов. При этом особая акустическая система позволяла каждому зрителю слышать только те комментарии, что относились к сектору, выделенному его взглядом.

…НОВАЯ БОМБЕЖКА ЛИВАНА.

…ТАНКИ В СЕКТОРЕ ГАЗА.

…РАКЕТЫ ПАДАЮТ НА ХАЙФУ.

…ОЛЕАР В ГНЕВЕ! ЮБИЛЕЙНЫЙ КОНЦЕРТ ВЕЛИКОГО ТРАНСВЕСТИТА СОРВАН ХУЛИГАНСТВУЮЩИМИ ЭЛЕМЕНТАМИ ИРКУТСКА. ВЫИГРАЕТ ЛИ ОЛЕАР ПРОЦЕСС?

…СЕРИЙНЫЙ УБИЙЦА, В ТЕЧЕНИЕ ДЕВЯТИ ЛЕТ ДЕЙСТВОВАВШИЙ В ПОДМОСКОВЬЕ, АРЕСТОВАН. УБИЙЦЕ ДВАДЦАТЬ ШЕСТЬ ЛЕТ. ОН УЧИЛСЯ В ПРЕСТИЖНОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ КОЛЛЕДЖЕ.

…СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ ВНОВЬ ПРОДЛЕВАЮТ СРОК ПРЕБЫВАНИЯ В ИРАКЕ МИРОТВОРЧЕСКИХ СИЛ. ДЕМОКРАТЫ НАСТАИВАЮТ НА ИМПИЧМЕНТЕ ПРЕЗИДЕНТА.

…ВЫСШИЕ ОРГАНЫ ДЖОРДЖИИ ОБСУЖДАЮТ ВОЗМОЖНОСТЬ ЗАПУСКА В ШИРОКУЮ ПРОДАЖУ ГЛОБУСА ГРУЗИИ.

…ВЗОРВАН ПАМЯТНИК ПЕРВОМУ МЭРУ МОСКВЫ.

…MY BABY SHOT ME DOWN.

…ОЧЕРЕДИ В ХУДОЖЕСТВЕННУЮ ГАЛЕРЕЮ «У ФАБИАНА ГРИГОРЬЕВИЧА.

На экране возник фрагмент размытый полуразложившегося трупа.

Интересно, а где это в наше время можно купить покойника? – пришло в голову Шивцова. Все продается, это точно. Но не все можно купить. Где этот гребаный немец добывает трупы для своих выставок? Товар ведь не массового спроса… Боль спицами впивалась в мозг Шивцова. Будто накинули сетку с шипами и сжимают, сжимают, сжимают и ничего с этим не сделать, хоть рви череп ногтями. О методе немца Гюнтера фон Хагенса вчера рассказывал в баре Ведаков. Понятно, метод немца Ведаков привязывал все к той же своей Новой эстетике… А немец, видно, не дурак. Ничего особенного не придумал, но заинтриговал… Выкладывает инсталляции из препарированных внутренних органов человека… Ну и что? Ничего противозаконного… Черт, как разламывается голова, чуть не застонал Шивцов… А до галереи тут всего ничего, четверть часа пешком…

8

ШИВЦОВ

10,48. Пятница

К галерее действительно тянулась очередь.

Не такая огромная, как показывали в новостях, но впечатляющая.

Человек тридцать, может, тридцать пять. Точнее считать не хотелось.

Какая-то толстуха, явно на кремлевской диете. Такую с утра только к немцу и заманишь. Поддатые ребята в ярких футболках. «Мой президент – идиот». Надписи на пяти языках, любуйтесь, какие мы смелые! Худой длинный тип в костюме, будто собрался в вечерний клуб. Наверное, считает искусство праздником. Морды у всех веселые, не голодные, на безработных не похожи, никуда не торопятся, а вход на выставку фон Хагенса не дешевый, значит, денежки у всех имеются.

«Ходи не на Крымский вал, а ходи к Трем вокзалам. Там живые девки пирожками торгуют».

Чушь собачья!

Непонятно, зачем Калинин это твердил?

К фон Хагенсу живые девки с пирожками с утра не ходят.

К фон Хагенсу ходят изящные девушки, оценил Шивцов. Dress-code у каждой отменно обдуман, не считая, конечно, толстухи… Вон туфельки-леопарды… Не из магазинчика ширпотреба… Сетка с прихотливым швом… Бусы из черного жемчуга… Не бедные… Воспитанные… Любопытствуют… Пришли посмотреть на художественные трупы… На цветном плакате у входа доходчивая картинка: обнаженный кривоногий всадник с выдранными глазами, кожа с левого плеча сдернута, повисла влажным лоскутом, мышцы кровоточат, живот выпотрошен, и лошадь весело скалит огромные желтые зубы, правая передняя нога перевита жгутом окровавленных сухожилий.

Шивцову плакат понравился.

Ни на кого не обращая внимания, протолкался к стеклянным дверям.

Накачанный парень в классных потертых джинсах и в такой же потертой джинсовой жилетке, с подружкой под руку (длинная, скромная, лощеная тварь в белых по локоть перчатках, глаза чудесно искрятся), демонстративно лениво положил перед Шивцовым мускулистую руку на турникет.

Намекал, козел.

Красовался перед девушкой.

Короткое движение. Сжатыми пальцами в нагло двигающийся кадык.

– Вы что это себе позволяете?!

Шивцов обернулся, но неизвестный борец за справедливость не пожелал себя обозначить. Очередь радостно замерла, сбилась, люди теснились, всем хотелось видеть, как судорожно прокашливается схватившийся за горло парень в джинсовой жилетке.

Шивцов лениво постучал в стекло.

Головная боль на мгновение отступила.

Дюжий охранник в темно-синей форме глянул в сторону Шивцова, но к дверям не поспешил. Жевал что-то, кивал издали неторопливо. Только после третьей попытки дозваться, недовольно приблизился к стеклянной двери.

– Какого хрена?

– Открой дверь.

– Да у нас сейчас зал полон.

Все же приоткрыл дверь:

– Чего тебе? У нас полно посетителей. Вот выйдут, впустим всех вас.

Демонстративно поправил широкий ремень, на котором побренькивали, совсем как игрушечные, пластиковые наручники-шокеры. Так придумано: попробуешь снять, а они тебя током.

– Позови хозяина.

– Нет его. Только бухгалтер.

– Да мне без разницы. Можешь никого не звать.

Короткий взмах. Охранник свалился на пол. Шивцов аккуратно прикрыл за собой стеклянную дверь. Теперь толпа ахнула еще восторженнее, сбилась еще теснее. Сунув пистолет под челюсть охраннику, Шивцов сорвал с пояса наручники и пристегнул толстую руку к батарее отопления. Шокер автоматически отключился. Очередь гудела, как потревоженный рой. Этому немцу в воображении не отказать! Фон Хагенс знал, как поставить зрелище! Никто не собирался звать милицию. Побить охранника – да это, наверное, входит в программу выставки! Очередь, потеряв стройность и лаконичную определенность формы, затаила дыхание, взволнованно и напряженно следила за тем, как Шивцов внимательно изучает проводку сигнализации. Охранник на полу каким-то образом умудрился сесть. Вытянув толстые ноги под прямым углом, он пучил тупые непонимающие глаза: если все такое делается по приказу хозяина, то какого черта его не предупредили?

– Тебя кто послал?

Шивцов не ответил.

Боль в голове медленно отступала.

Он опустил металлическую решетку, потом жалюзи.

Очередь недовольно зароптала, но Шивцову было наплевать.

Он внимательно оглядел коридоры. Головная боль затаилась, будто пораженная его поступками. Довольно широкий коридор метрах в трех терялся за поворотом, другой, вдвое уже, вел в сумеречную глубину выставочного зала. Оттуда доносились приглушенные голоса.

– Сколько здесь залов?

– Два, – прохрипел охранник.

– Между ними дверь?

– Нет, арка.

– А узкий коридор куда ведет?

– В кабинеты. Там администрация.

– Сколько человек в охране?

– Я один.

– Совсем один? – не поверил Шивцов.

– Ну еще две смотрительницы… Божьи одуванчики… – Охранник потихоньку приходил в себя, осматривался. – Бога не боятся, дуры, нашли, где служить… Да и ты тоже. Слышь, малый? Какая тут может быть охрана? Кто мертвяков утащит? Кто сюда полезет?

– Я же полез.

– Вот я и ломаю голову, зачем?

– Отдохни, поймешь, – пообещал Шивцов. – Сколько сотрудников на месте?

– Бухгалтер и кассир. И обе смотрительницы. Минут десять назад запустили в залы группу. А хозяин в отъезде. Коптится где-то на островах…

И попросил осторожно:

– Ты наручники-то сними…

– Не торопись…

Боль вдруг ушла совсем.

– Не торопись, родной…

Шивцов ловко раздвинул жалюзи и налепил на стеклянную дверь брикет пластида. Аккуратно налепил, не пряча лица. Очередь от восторга ахнула. «Вот разгул терроризма-то!» – выдохнул кто-то. Откуда-то с хвоста ответили: «Немцы знают толк в развлечениях!»

9

ВЕДАКОВ

11,24. Пятница

Ведаков разочарованно сортировал вырезки.

Ничего особенного. «Двигатель мирового искусства – лепра».

Какой-то студент поджег здание альма-матер. Сбросил нервный напряг.

Дезертиры. Эти уже бегают взводами. Креста на них нет. Забавная мысль.

«Человек, не веривший в чудо. Со второго класса школы не ждал от жизни ничего хорошего. В экспресс-лотерею выиграл триста тысяч рублей. «Чудо! Чудо!» – восклицали все, а он пошел в универмаг и просто купил белый костюм. шляпу и сумку. Из бережливости старую одежду положил в ту же сумку, туда же бросил полученные в банке деньги. Коллеги весь день прислушивались к шагам на лестнице. Ждали товарищеского ужина. Но в свой бедный офис человек, не веривший в чудо, не пришел, зато утром позвонили из реанимации. Оказалось, получив деньги, пошел он через центральный парк, а там как раз устанавливали новые бетонные статуи. Одна статуя была красивая: усатый парень в пиджаке в узкий пояс, брюки дудочкой. Нет, не чудо это, не чудо! В следующий момент, человека, не верившего в чудо, сбила поливальная машина. Сперва он подумал, что его просто облили грязной водой, теперь придется судиться из-за белого костюма, но оказалось, что это ему сломали ногу, а он при этом описался. А плечо вывихнул уже при падении. А сумка с деньгами и старой одеждой зацепилась за бампер и уехала вместе с поливальной машиной…»