Стагнация - Эл Лекс

щелкнула пуля снайпера, а потом, не успели мы и шагу сделать, как прямо из пустоты, скинув свою маскировку, на нас накинулся черт!

Судя по всему, он не мог атаковать прямо из невидимости, ему требовалось из нее выйти, поэтому я успел среагировать. Дернул стволом дробовика в сторону, отводя удар футуристичными вилами, и еще раз ударил противника прикладом.

Но в этот раз черт оказался проворнее — увернулся от моего удара, нанесенного из неловкого положения, а потом внезапно подпрыгнул, и, приземляясь, что-то разбил об асфальт у себя под копытами!

Под его ногами тут же вспухло небольшое черное облачко, которое моментально увеличилось в размерах и за какую-то секунду скрыло нас всех с головой. Дым был непрозрачным, черным и густым, так что через него ничего не было видно, а еще от него чесались и слезились глаза и першило в носу, да так, что я не сдержался и чихнул.

Не знаю, что это за облако такое, но совершенно точно оно ничего хорошего не сулит!

Я снова нашарил лапку отчаянно кашляющей Раты у себя за спиной, притянул ее к себе и положил ее руки себе на пояс:

— Держись! И не отпускай!

Она послушно вцепилась в мой пояс, а я, удерживая дробовик одной рукой, другой активировал инвентарь и достал из него ребризер.

Кто бы мог подумать, что он пригодится мне так скоро…

Я не вполне понимал, как маска должна держаться на лице, при полном отсутствии каких-то ремешок и резинок, но решил просто довериться системе, которая уже не раз демонстрировала свою продуманность даже в самых незначительных мелочах.

И да — как только маска коснулась лица, она автоматически к нему приклеилась, да еще и вдобавок из нижней части выдвинулся прозрачный визор, закрывший мои глаза. Прикол! Она еще и глаза защищает, вообще отлично!

Я мог бы надеть маску на Рату вместо себя, конечно, но кто тогда будет отбиваться от краснокожего черта, которому явно этот дым не помеха — иначе он просто не стал бы его применять! К тому же, я хорошо помнил самолетное правило «сначала сам, потом тот, кто слабее», а так как маска была все одна, пришлось остановиться на первом пункте.

Держа жалобно скулящую Рату за пальцы, обхватывающие мой пояс, я двинулся через черный дым, зажав приклад дробовика под мышкой и готовый выстрелить прямо с локтя при первом признаке опасности. Но черт больше не нападал — то ли опасался, то ли ждал удобного момента. Единственное, что было опасным — это сквозанувшая через облако пуля снайпера, конечно же, мимо — попробуй попади в того, кого не видно за этими чернилами испуганного кальмара.

Четыре неспешных шага — и мы вышли из облака. Как только мы миновали границу, дым просто перестал существовать вокруг нас, словно он был заперт в невидимом перевернутом стакане, а мы только что прошли через его стенку. Я бросил быстрый взгляд на окно, из которого уже вырывались вполне серьезные языки пламени, бегло осмотрелся вокруг, но не увидел ни одного противника, ни обычным взглядом, ни «взором» и потянул Рату за руку:

— На фазоцикл! Быстро!

Не открывая слезящихся глаз, практически наощупь, прижав уши к голове так, что они практически спрятались в копне каштановых волос, Рата взгромоздилась на заднее сиденье фазоцикла. Рядом снова щелкнула пуля, на сей раз уже ближе, намного ближе, чем до этого — снайпер явно приходил в себя! Поэтому я не стал терять времени тоже, запрыгнул на фазоцикл, велел Рате держаться, и до отказа выкрутил ручку акселлератора.

Фазоцикл, шлифуя асфальт задним колесом, стронулся с места, норовя завалиться назад, но я наклонился к рулю, прижимая передок всем своим весом, и транспорт понесся вперед. Не успели мы толком разогнаться, как прямо на пути из пустоты возник красный черт и взмахнул своими вилами, нанося рубящий удар.

— Пригнись! — велел я, прижимаясь к рулю, и вилы пролетели поверху, не задев ни меня, ни Рату, которая и так сидела сжавшись в маленький комок — по ней не прилетело бы в любом случае.

Я бросил короткий взгляд через плечо на занимающееся пламенем здание, из которого так никто и не выпрыгнул и не выбежал — ну, будем надеяться, что как минимум одного из противников я прибил. Уже полегче будет, не четверо, а трое. А то и вовсе двое, ведь до этого момента я в принципе имел представление только о троих — снайпер, черт с вилами и обладатель рычажки. Кто четвертый и существует ли он вообще, я до сих пор не в курсе.

Фазоцикл вырвался из двора-колодца под музыкальное сопровождение щелкающих пуль снайпера, и понесся по дороге. Я аккуратно лавировал между машинами, чтобы и не зацепить их и скорость при этом не пришлось сбавлять, и мне это неплохо удавалось — мы ехали минимум семьдесят километров в час. Что интересно — так и не снятый ребризер отлично работал в качестве очков, да еще и дышал я не уличным воздухом, который не особенно приятно влетал в ноздри со скоростью поезда, а чистой, можно даже сказать, стерильной дыхательной смесью, которая комфортно наполняла легкие. Отличный выбор мотоциклиста, в общем, жаль только, что работает всего полчаса, после чего уходит на перезарядку. Надо будет еще один такой себе надыбать, чисто для фазоцикла. А старые очки, болтающиеся на руле, вообще можно выбросить.

Рата за спиной наконец-то перестала пищать и дрожать, но зато покрепче вцепилась в меня, и подползла поближе, практически повиснув на моей спине.

— Лучше? — спросил я, сбросив скорость, чтобы ветер не относил мои слова.

— Да. — хныкнула Рата. — Глаза прошли, а нос до сих пор щиплет. Что это было такое?

— Думаю, что навык какой-то. Вряд ли предмет, я не видел, чтобы этот черт лазил в инвентарь.

— Похоже. — согласилась Рата. — Но что они делали… там?

— Вот чего не знаю, того не знаю. — признался я. — У меня есть только один вариант — они откуда-то знали, что мы туда вернемся, а вот откуда… Может, они за тобой следили? Ну, ты же за ними следила, а потом, когда ты воду тащила, они тоже за тобой проследили?

— Нет. — легко отмела мои суждения Рата. — За мной никто не следил. Я чувствую такое.

— Ну тогда у меня нет вариантов. — я едва удержался, чтобы не отпустить руль на ходу, чтобы развести руками. —