Милая моя… - Альфред Зайнуллин

раз их повторил, что даже стал запинаться. Открыв тетрадку со своими ужасными строками, он будто увидел их впервые. Он прочитал.

«Милая моя…

Отправляйся на кладбища,

Хоть в мир пеплища,

Только не беси меня»

Его зрачки расширились, будто он увидел реального динозавра, того, с шеей выше, чем у жирафа. Название этого динозавра Арсений не помнил. Однако не это было в его мыслях в этот момент. Он ещё раз прочитал:

«Отправляйся на кладбища»

Эта фраза будто была ключом, которым… Разум будто разблокировал его память. Он вспомнил всё. Всё, что наговорил матери, всё, что он творил в тот вечер. А что самое главное, он вспомнил, почему написал эту строку. Перед уходом мама сама сказала, куда направляется.

В этот момент в его голове пробежались все самые ужасные сценарии, которые могли произойти за эти два дня. От такого потока ужаса он потерял сознание, и лёжа на столе он провёл всю ночь.

Утро. Арсений сам не помнил, как проснулся и как поднялся, он лишь знает, что как только увидел эту подсказку в стихе, сразу же стал бодрствовать. Он быстро поел кашу, которая стаяла у них в шкафу около месяца. Парень быстро оделся, умылся, взял тетрадку со стихом с собой и пошёл одеваться уже на улицу.

Не думайте, что он сейчас полный уверенности и веры в лучшее. На самом деле сейчас в его голове смешано много эмоций. Он рад, что наконец нашёл что-то, что может привести милицию к его маме. Он волнуется, ведь он понимает, что то, что он сделал в тот вечер непростительно и не обойдётся без наказания хотя бы со стороны тёти Светы. Самое сильное, что он чувствовал в этот момент — это страх, или даже скорее грусть со злостью. Он сильно переживал, ведь прошло более двух дней, а значит, если её похитили, то уже может быть поздно… Он злился на себя из-за его ужасного поступка и из-за этих строк.

Выйдя на улицу, он сразу же направился в путь. Ни прошло и минуты, как он вышел из дома, как вдруг его окликнул знакомый голос. Это были его друзья.

—

Здарова, мальчик-прогульщик, ты чего столько пропадал, а хлопец? — Спросил один из банды.

Этот парень был весь в прыщах, однако не сказать, что выглядел он ужасно. Все они были достаточно ухожены, на бандитов или хулиганов никто из них не был похож. Но даже не смотря на это, Арсений лучше всех остальных понимал, что это за люди. Ведь это именно они привели его к этому. Конечно, Лёшка понимал, что тут и не без его вины, однако он больше не собирался быть губкой, которая впитывает всю их натуру.

—

Привет, извините, мне нужно идти. — Сказал Арсений с недоброжелательным лицом, уходя.

Однако прыщавый парень, как и все остальные, не собирался его так просто оставлять. Он схватил его за руку и не дал уйти.

—

Стой, это чё за друган такой, что даже не поздоровался нормально? — Сказал он, треся руку Лёши.

—

Да-да, извини, но мне правда нужно идти, потом поговорим. — Сказал Арсений, надеясь на адекватное отношение «друзей» к его просьбе.

—

Стой, дебил! Чё за неуважение, мамка твоя что ли заперла и стала воспитывать, а? — Возразил парень, не отпуская руку Лёши.

—

Не говори так про неё. — Сказал Лёша, уже показывая раздражённость.

—

Ты же сам недавно пыхтел, что вон она какая тупая, не любит тебя! — Сказал другой пацан из их компании.

—

Я теперь другого мнения, и вообще я вам говорю, что мне нужно идти, почему эти слова мимо ушей ваших пролетают.

—

Сейчас у тебя мимо ушей пролетит мой предупреждающий, маменькин сынок! — Сказал недовольно и громко парень с прыщами.

—

Хорошо, я понял тебя. Извини меня… — Сказал, стараясь сдавить свои эмоции Арсений.

—

За что просишь прощения? — Это был не просто вопрос, это был провокационный вопрос, то есть прыщавый парень хотел прямо услышать, за что Лёша обязан извиниться.

Лёша не ответил словами, ведь прыщавому сразу же прилетел кулак прямо в нос. Из-за такой неожиданной атаки, да и вообще из-за боли, он отпустил руку Лёши и тот сразу же воспользовался ситуацией. Он мчался, определённо зная, что он останется в этой ситуации победителем, потому что у него было преимущество в виде неожиданности. Его «друзья», конечно, бежали за ним, но поняв, что из-за большого расстояния они его не догонят, решили отступить. Или же они просто будут поджидать его возле подъезда. Однако вся эта ненужная морока не мучила Арсения, его главная цель всё так же была в помощи расследованию и спасению мамы.

Наконец, он прибежал в участок и уже спустя несколько минут с полной уверенностью и с волнением изложил всё, всё что он помнит из того вечера. Но, Арсений хоть и состоял в банде дураков, он сам был с головой на плечах, поэтому о таких вещах, как алкоголь, он умолчал.

—

Хорошо, но даже если мы знаем куда она направилась, не факт, что мы сможем найти зацепку. — Сказал следователь.

Лёша ничего не ответил, его щёки уже были полны слёз.

—

Какой же я всё-таки идиот… — Сказал он, положив голову на стол и закрыв её руками.

—

Да, вы поступили ужасно. Но главное сейчас найти и спасти Любовь Сергеевну. Оставайтесь пока дома и никуда не уходите, потому что я могу наведаться к вам с любыми новостями в любой момент.

—

Хорошо… — Сказал Лёша.

—

К слову, вы наверное даже не подозреваете, но по закону мы должны были вас ещё через день после исчезновения единственного родителя отдать в детский дом, пока не нашлась бы ваша мать. Однако Светлана Григорьевна настояла, что она носит вам еду и каждый день навещает, и в случае длительного отсутствия матери, готова нести за вас временную ответственность. А в случае худшего исхода следствия готова вас усыновить. Поэтому сильно не стоит переживать о своём будущем.

—

Да я и так не переживаю… — Сказал Арсений, уже поднимаясь на ноги и идя к выходу.

—

До свидания. — Сказал Иван Филиппович, не получив ответа.

Дойдя до дома, он вдруг вспомнил, что врезал своему бывшему другу. Несмотря на это, никто его не поджидал возле подъезда и Лёша спокойно пришёл домой.

Весь день он сидел и смотрел старые семейные фотки, а перед сном включил радио, которое всю ночь так и звучало. Как раз перед сном, когда