Разоблачая наследницу (ЛП) - Дженнифер Аподака

В его голове зазвучали предупреждающие звоночки. Алисса выросла богатой и защищённой, она была находчивой, но, учитывая всё, умелому манипулятору было бы не так сложно взять над ней контроль. Хант видел, как это случается, раз за разом.

— Затем мы начали разговаривать о браке и о детях, и я купилась на это, не осознавая, что мой отчим платил ему, как часть плана, который они вдвоём придумали, чтобы сохранить меня лицом «Крыла Дракона», — её глаза сузились, ноздри раздулись. — Я на днях подслушала, как Нейт рассказывал Паркеру, что сделал вазэктомию много лет назад.

Говоря о коварстве.

— Ладно, значит, ты порвала с ним. Что ты хочешь от меня?

Звучало скорее так, будто ей нужен адвокат.

Она подняла свой взгляд на него.

— Защиту. Я разорвала нашу помолвку и ушла из «Крыла Дракона». Мне нужно на некоторое время убраться из ЛА, и я хочу нанять тебя своим телохранителем.

Его вены зажгла гудящая ярость.

— Нейт когда-нибудь делал тебе больно? Ты боишься его?

Должно быть, раз она хотела покинуть город.

Её взгляд затуманился.

— Нет, до прошлого вечера. Он толкнул меня в лифте и сказал, что я выйду за него замуж, и угрожал. Нет только мне, но ещё...

Она закусила губу, злость разлилась краской по её щекам.

Хант сжал кулаки, пока в его венах пульсировал адреналин. Что этот ублюдок ей сделал? Он не видел никаких следов. Но...

— Он угрожал моему сыну.

Глава 3

— У тебя есть ребёнок?

Алисса быстро огляделась вокруг, непреодолимая необходимость сохранить мальчика в безопасности и под защитой поднялась на поверхность. Все эти годы она рассказывала о нём только одному человеку. Но чего она ожидала, что папарацци выскочат из-за скрытой стены и услышат эту поразительную сенсацию о том, что у Алиссы Брукс есть ребёнок, которого она хранит в секрете? Девушка сделала вдох и посмотрела на мужчину напротив неё.

Хант. Годы превратили все следы мальчика в крепкого мужчину. Его песочного цвета волосы были длиннее, чем короткая военная стрижка, которая была у него, когда она видела его в последний раз. Но небрежная причёска, расчёсанная пальцами, никак не смягчала суровые черты его лица или мороз в его голубых глазах. Она провела взглядом по его плечам, натянувшим материал футболки, и по мышцам и сухожилиям, выпирающим вдоль его бицепсов... и, ох, из-под рукава его майки виднелась красивая надпись.

— Алисса.

Он произнёс её имя как приказ, заставив поднять взгляд.

— Больше нет, — «расскажи ему». — Я отдала его на усыновление в тот день, когда он родился.

Только произнеся эти слова, она перенеслась на семь лет назад, в то утро в холодной больничной палате. Она держала на руках своего новорождённого сына и чувствовала, как её сердце разбивается, трещина за болезненной трещиной. Алисса не хотела отдавать его, но слишком сильно его любила, чтобы обременять матерью-подростком, охваченной горем и виной. Под столом для переговоров Алисса прижала кулак к животу, где у неё была маленькая татуировка сердечка и слезы. Тишина стала такой густой, что было тяжело дышать.

— Его родители знают, что я договариваюсь о защите для него, ну, для всех них.

— Ты нанимаешь нас для защиты ребёнка, которого не хотела?

Его голос пристрелил ту крошечную надежду в ней на то, что он поймёт. Поддержит её. Что она не будет чувствовать себя такой чертовски одинокой и напуганной.

— Нейт угрожал причинить боль мне и Эли. — увидев замешательство Ханта, она сказала — имя Эли – ему дали приёмные родители, и я заплачу любую цену, чтобы сохранить Эли и его родителей в безопасности. — она пожертвовала частью своего сердца, чтобы дать этому мальчику хорошую жизнь. — Можешь не одобрять мой поступок сколько хочешь, но этому мальчику всего семь лет.

— Семь. Это значит, что тебе было семнадцать, когда ты родила его.

К чему он это вёл?

— Да.

— Значит, когда твоя мама умерла...

Боже. Она не хотела возвращаться к тем воспоминаниям.

— Я была на втором месяце беременности.

В его глазах что-то мелькнуло, может быть, капелька сочувствия? Или она только добиралась до этого?

— Ох, чёрт, Лисси, — выскользнуло его старое прозвище для неё. — Почему ты не рассказала моей маме? Или Эрин. Моя сестра была твоей лучшей подругой, а ты вычеркнула её.

Рассказать им? Она была в абсолютном шоке от несчастного случая, который убил её мать. Сжав зубы, Алисса сказала.

— Ничего из этого сейчас не имеет значения. Что важно, так это безопасность Эли.

Она повторила всё, что сказал Нейт, его ультиматум, что она выйдет за него замуж, и закончила его последней угрозой после того, как он показал ей фотографию её сына.

— «Я знаю, где именно он находится, каждую минуту каждого дня. Играй свою роль, и я оставлю его в покое. Обманешь меня, и я сделаю ему больно. А затем тебе», — вдохнув, она добавила. — Я не хочу идти в полицию. Нейт будет отрицать, что угрожал. А как только я сделаю заявление в полицию о существовании Эли, могут подключиться СМИ, а это откроет ящик Пандоры. — посмотрев в глаза Ханту, она спросила, — «Бывший морской пехотинец» берётся за это дело или нет?

И если нет, то что?

— У меня есть несколько вопросов.

Переборов волну нетерпения, она кивнула.

— Твой отчим знает, что ты родила ребёнка?

Девушка покачала головой.

— Нет. Я боялась, что он заставит меня сделать аборт, и он был слишком занят попытками сохранить «Крыло Дракона», чтобы заметить. Хотя Нейт уже мог ему рассказать.

— Тогда как ты отдала ребёнка, если никто не знал?

«Сосредоточься на деталях, а не на болезненных воспоминаниях».

— Наша давняя домработница, Кармен, узнала, что я беременна, и отвезла меня в Аризону, где мы остановились у её семьи. Кармен сказала Паркеру, что увозит меня от внимания СМИ, которые не отступили бы после несчастного случая и смерти моей мамы. Он был рад моему исчезновению и так и не понял, что за этим стоит большее.

Он напечатал что-то в своем «АйПоде».

— Ты отдала его в Аризоне?

Всё это было размытым – пока он не родился. Эти часы были яркими.

— Да, я наняла частного юриста по усыновлению и через неё нашла пару, Марка и Дженис. Мы просмотрели много людей, но они были идеальны.

— Отец ребёнка согласился на усыновление? Или ты вообще не рассказывала ему?

Алисса изучала взглядом стол из красного дерева.

— Я сказала ему. Он приходил порвать со мной, потому что уезжал в тур. Он был в бой-бэнде. Его зовут Скотт Пирсон. Он был расстроен и хотел, чтобы я избавилась от него,—Алисса сжала руки в кулаки. — В любом случае, он подписал документы, и с тех пор я с ним не разговаривала. Он даже не знает, кто усыновил Эли.