Точка невозврата (СИ) - Вальтер Макс

— Мудак, — уже более адекватно отреагировал Короб.

— Ты чё припёрся? — Я всё же решил поинтересоваться целью визита. — Ничего нового я всё ещё не придумал.

— Да чёрт его знает, — пожал плечами он. — Муторно как-то на душе. Не люблю я неопределённости. В такие моменты жалею, что нет над головой начальника, готового взять на себя ответственность. Выполнять приказы гораздо проще, чем их отдавать.

— И чего ты на меня косишься? Думаешь, я тебе сейчас скажу, что нужно делать?

— Люди к тебе прислушиваются.

— Ну и дураки.

— Вот чего ты колючий такой? Я же без всякой задней мысли подошёл, чисто по-дружески.

— Не знаю, — честно ответил я. — Тоже как-то не по себе от всего этого дерьма. Ты как, кстати, нанитов чувствуешь? Не хочется строем помаршировать или мутанта какого прихлопнуть?

— Да я их и до этого не особо ощущал, думал, все решения принимаю самостоятельно. Но вот сейчас оцениваю и понимаю, что это не так. Когда эти твари базу порушили, в голове как-то сразу стихло. А ты как, не жалеешь, что избавился от них?

— Я же не по своей воле.

— Тоже верно. Скучаешь по костюму?

— Нет. Да и толку от него сейчас никакого.

— У нас с пулями напряг, — резко сменил тему капитан. — И новых достать негде.

— У Свадкова наверняка заначка имеется.

— Да хрен там у него, во всю морду. Мы вообще пустые. И люди устали.

— И чё ты предлагаешь? — покосился на собеседника я.

— Может, вернёмся? Хлопнем пару отрядов, добром разживёмся, а там уже будем решать, что и как.

— Они тоже закончатся. Или ты предлагаешь конкретно на бандитизм перейти?

— Да ничего я не предлагаю, — поморщился Короб. — Но болтаться, как говно в проруби, тоже не вариант.

— Правильно. Лучше на виселице в петле поболтаться.

— Пусть вначале поймают, — нагло ощерился капитан.

— Ты их технологии в работе видел? — усмехнулся я.

— М-да, — вздохнул он. — Нам бы пару таких игрушек.

— Не помогут, — покачал головой я. — Когда биологический разум подключил меня к системе, я увидел всю его сеть. Их не победить.

— Но мы же…

— Мы и тысячной доли всей их мощи не видели. К слову: войну мы просрали, и ты не хуже меня это понимаешь.

— Тогда зачем ты их атомной гранатой жахнул?

— А чтоб не расслаблялись. Терраформирование было идеальным решением, жаль, я сразу этого не понял.

— Тогда бы мы тоже погибли, а планета досталась бы этим мудакам с ковчега. И в чём тогда смысл?

— Не знаю, — честно признался я. — Не пришлось бы сейчас голову ломать.

— Может, нам разделиться? — подкинул не самую здравую идею капитан.

— Чтоб нас было легче перебить? — хмыкнул я.

— Зачем? Я вот что предлагаю: отправим троих в дозор к элпийцам, пусть за ними присматривают, а мы пока до мутантов доскоблим.

— Твой дозор выкупят сразу, как только восстановят функционал базы.

— Факт, — поморщился Коробков. — Это какая-то жопа с ручками получается. Куда ни кинь — всюду клин.

— Здесь останемся, — объявил я. — Поставим лагерь и подождём.

— Кого?

— Хера моего, — огрызнулся я. — Кто-то из них должен сделать первый ход. Вот исходя из его результатов и будем решать, как нам жить дальше.

— Сомнительное мероприятие, но идеи получше у нас всё равно нет, — согласился капитан. — Ладно, пойду парням объявлю. Да и дозоры уже сменить пора.

— Давай, — кивнул я. — А я поспать попробую.

— Угу, утро вечера мудренее, — ухмыльнулся Коробков. — Только, сука, не у нас.

Я бросил прутик в огонь, и он моментально вспыхнул, выхватывая из темноты причудливые тени. Жухлый подскочил, едва я оторвал задницу от бревна, и принялся принюхиваться. Не обнаружив никакой опасности, он громко зевнул, отчего я тоже расхлобучил рот, едва не вывихнув челюсть, и побрёл к палатке.

Внутри воняло носками, кто-то мощно храпел, словно заводил сломанный трактор. Прикинув шансы уснуть в этом бардаке, я выбрал вариант сна под открытым небом. Подхватил свой спальник и выбрался на улицу, где замер с открытым ртом.

Нас окружили. Вот только это были не элпийцы и не мутанты, а самые обыкновенные звери. Лагерь постепенно закипал. Вдалеке раздавался мат Коробкова, мелькал свет фонарей, но огонь никто не открывал. Да и не было в том никакого смысла, ведь зверьё нас не атаковало. Животные просто выходили на поляну, образуя плотное кольцо оцепления. Под их ногами кишели насекомые, образуя эдакие живые потоки. Но никто из них не переступал невидимую границу.

— Э, подъём! — рявкнул я, отодвинув полу палатки. — На нас напали!

Всё-таки выучка — это серьёзный аргумент. Спящие тут же подхватились и уже через минуту повыскакивали на улицу во всеоружии, готовые вступить в бой. Рожи хоть и сонные, но взгляд сосредоточен, только стволами водить успевают. Но главное, что на крючок никто из них не надавил, чтобы не дай бог не спровоцировать атаку. Да, положить мы успеем многих, но при такой плотности противника и без защитных укреплений нас однозначно порвут.

— Тень! — донёсся из темноты голос Коробкова, усиленный динамиками. — Что за хуйня происходит⁈

— Без понятия, — ответил я и покосился на Жухлого, который совершенно спокойно смотрел на живую стену вокруг. — Но опасности, по ходу, нет.

— Уверен⁈

— Нет. Но лучше не провоцировать.

— Движение на десять часов! — прозвучал чей-то возглас.

Бо́льшая часть стволов тут же развернулась в сторону опасности. Однако смысла в этом не было, потому как границу пересекла орда насекомых. Стрелять по ним из автомата — такое себе развлечение, разве что пули зря потратить. Впрочем, плюс в данном действии всё же имелся. Подствольные фонари ярко осветили кишащую тёмную массу, которая выбралась на открытое место и вдруг приняла форму цифры. Не абы какой, а нашей, земной. Она продержалась секунду, а затем сменилась на следующую.

— Запоминай. — Я толкнул локтем ближайшего ко мне бойца и метнулся в палатку за планшетом.

Выудив устройство из рюкзака я снова выскочил на улицу и, развернув программу блокнота, принялся забивать в него цифры. Спустя какое-то время стало понятно, что комбинация повторяется уже по третьему кругу, и я оставил это занятие.

— И что это значит? — выкрикнул я. — Что это за цифры⁈

Ответом была тишина, что, впрочем, не удивительно: ведь звери не умеют разговаривать. С другой стороны, насекомые тоже строем не ходят. И уж тем более не принимают форму известных нам цифр. Именно на это я и надеялся, что они сейчас перестроятся в какое-нибудь слово, которое всё объяснит. Но вместо этого тёмная масса снова втянулась за невидимую границу, а спустя секунду звери бросились врассыпную, оставляя нас в полном недоумении.

Жухлый в очередной раз лениво зевнул и улёгся у моих ног. Но на этот раз я не поддался на провокацию. Сон как рукой сняло. Не уверен даже, что хоть кто-то из нас сможет сейчас лечь спать.

Из темноты появилась громадина боевого костюма и нависла надо мной, будто скала.

— Это что за херня сейчас произошла? — повторил свой вопрос Коробков.

— Хотел бы я знать, — буркнул я и уставился в экран планшета. — Какое-то послание.

— От кого?

— Скорее всего, от мутантов.

— И что это значит?

— Блядь, Короб, спроси чего полегче! — огрызнулся я.

— Ну-ка, дай глянуть, — попросил он, и я развернул к нему планшет. Капитан некоторое время рассматривал ряд цифр, а затем выдал очевидное: — Они вроде повторяются, нет?

— Вроде да, — пожал плечами я.

— На координаты похоже, — добавил он.

— Вбей в карту.

— Уже.

— И что там?

— Ничего, — ответил Коробков.

— Далеко от нас?

— Километров триста, но это ещё не всё.

— Ну ты будешь рожать, нет?

— Там море.

— В смысле — море?

— Блядь, в прямом! Точка попала на море. Около двух километров от берега.

— А если их местами поменять? — предложил я. — Я про широту с долготой.

— Да я понял, ща… — Коробков на некоторое время замолчал, подгоняя цифры. — Не, тоже какая-то херня получается: лес, деревья… Да смысл вообще их местами менять? Они бы тогда их в другом порядке показывали.