Нервных просят утопиться - Маргарита Южина

– Слушай, ну что такое, а? – раздосадованно скривился Севастьян. – Как только у меня назревает ответственный момент, так я срочно кому-то нужен!.. Сейчас!! Кто там зовет?! Гутя, посиди здесь. Я сейчас.

Севастьян куда-то унесся, а Гутя нервно улыбнулась. Ой, ну и смешные эти мужики. Можно подумать, она не знает, что он хочет ей сообщить!

Гутя уже представляла, какими словами Севастьян будет признаваться ей в любви, а в мозгу сам по себе работал калькулятор – во сколько может обойтись такое застолье, как у Светланы? Как знать, может, и ей придется скоро отмечать помолвку. Нет, она не будет, конечно, собирать всех своих клиентов… Хотя почему бы и нет, вон какие все славные!

Севастьян все не приходил. Через полчаса Гутя стала его искать среди гостей, а уже через час встревожилась не на шутку – яркого, веселого красавца Севастьяна никто не видел. Его никто не звал, и никто не мог сообразить – куда мужчине приспичило удалиться.

– Гутиэра Власовна, а может, он домой смотался? – предположила Ниночка Смирнова. – Как он у вас выглядит-то? Я даже рассмотреть не успела!

– Нормально он выглядит, я рассмотрела. А домой?.. На чем ему мотаться? Машина же здесь! – пыталась успокоить Светлана. – Нет, Гутиэрочка, он просто заблудился в моих комнатах и задремал.

– Задремал! Что он, старик какой? – ворчала Ниночка. – Тоже мне спящая царевна! Удрал он! Вот попомните мое слово – удрал. От меня знаете сколько мужиков удирало!

Ниночка всегда казалась Гуте странной и неприятной. Она как будто нарочно злила подруг, поэтому те у нее долго не задерживались, и Ниночке приходилось искать новых. Другое дело – Светлана, теплый и милый человек.

– А я считаю, что он здесь! Зачем ему на ногах скакать, если можно на машине! – упрямо не давала расстраиваться она.

Гости снова сплотились за столом и опять подняли рюмки, теперь уже за удачное возвращение беглеца. Вскоре за возвращение Севастьяна было выпито столько, что тот должен был вернуться буквально через секунду и не иначе, как на личном самолете. Но в этот вечер его больше никто не видел.

Не было его и утром. Однако после завтрака зазвонил дачный телефон. Светлана кинулась к аппарату, но Гутя ее опередила.

– Алло, простите, я говорю со Светланой? Мне нужна хозяйка, – заговорила трубка необыкновенно приятным женским голосом.

– Да-да, это я, говорите! – не задумываясь, лгала Гутя.

– Светлана, я секретарь Севастьяна Ефимовича. Он просил перегнать его машину на стоянку возле ДК Труда.

– Он просил… а где он сам? Он на работе?

– Конечно! Наша фирма в эти выходные получила металл, поэтому работает. А Севастьян Ефимович никогда не отсиживается дома.

– А… А почему он сам не позвонил?

– Потому что сейчас у него планерка, а потом он принимает металл, я же объяснила. Вы уж перегоните, пожалуйста, он обещал оплатить расходы. Извините за беспокойство.

Трубка отключилась, а раздавленная Гутя все никак не могла разжать пальцы. Значит, права Ниночка Смирнова – ее кавалер просто предательски сбежал! И верить в это было стыдно и больно.

Дома про неудачную вечеринку Гутиэра решила не рассказывать. Она честно пыталась загрузить себя домашними заботами и работой – теребила альбом с застаревшими женихами, просмотрела переписку, даже сделала маникюр. И может быть, ей удалось бы отвлечься, если бы не сестрица.

– Какой позор, моя сестра не ночевала дома! – уже который час воздевала она пухлые руки к потолку. – Какой срам! Подними глаза, беспутная Гутиэра! В глаза смотреть!

– Да отстала бы ты, Аллочка, – отмахивалась Гутя.

– Я бы, может быть, и отстала! Но… Какое пятно на мою репутацию! Кто теперь меня возьмет в невесты с эдаким клеймом?

– Тебя и до этого не больно-то брали.

Отвязаться от сестры было невозможно. Алла мстила за корзину, за квелого мужичка с косицей и вообще – за ее несложившийся роман с Севастьяном.

– Вот! А теперь и подавно не позарятся! Матвей! Матюша! – тащила Аллочка заспанного кота к сестре. – Смотри, Матюша! Правда, твоя хозяйка похожа на ту кошку с первого этажа? Хоть бы кота постыдилась! Отвечай! С кем ты провела эту ночь?!

На Гутю навалилась страшная усталость, и даже ругаться было лень. Зато сестра бурлила нерастраченными силами.

– Аллочка, там телефон звонит.

– Ты меня больше не обманешь! Довольно и того, что ты натравила на целомудренную девицу этого усатого таракана!

– Я не травила тараканов, ты что-то путаешь.

– Я путаю?! А кто у меня корзинку спер?! Этот таракан – твой клиент! А то ты не знаешь, что корзина – это все, что у меня осталось от родительского дома! – со слезами взвывала Аллочка. – А он ее упер! И только пятак на память оставил! Нет, ты уж будь добра, ответь…

Так продолжалось до самого вечера, правда, с короткими перерывами на обед. От этого ворчания у Гути так разболелась голова, что она в девять часов уже улеглась.

Улеглась, но уснуть сразу не получалось. То она видела себя в прекрасном светлом платье, на пороге их районного загса, под руку с улыбающимся Севастьяном. И тогда искала самые фантастичные оправдания для своего сбежавшего жениха. То на нее накатывала обида, и она принципиально представляла себя у загса под руку совсем с другим господином. То она и вовсе приказывала себе забыть о загсе, а пыталась нарисовать себе врата женского монастыря. Утешения ничего не приносило. Гутиэра так и уснула с нахмуренными бровями.

Утро наступило серым и безрадостным, впрочем, такой же серой была почти вся неделя. Аллочка продолжала дуться, Варвара прилежно убегала на работу, а Фома добросовестно лечил больных. И Гутя стала понемногу втягиваться в работу – ничего яркого в своей жизни уже не ожидая. Но вот в конце недели произошли события, которые надолго выбили семью Неверовых из обычной колеи.

Утро пятницы началось со звонков. Наступали выходные, и клиенты Гутиэры Власовны снова кинулись в бой за семейное счастье.

– Гутиэра Власовна! Вы кого мне подсунули?! – возмущенно верещала Ирина Андреевна, самая строптивая клиентка. – Мой напарник, оказывается, собирается ехать за границу лечить почки!

– Ну… во-первых, не напарник, а почти супруг, а во-вторых… А что вам, собственно, не нравится? Пусть лечится, – пыталась успокоить капризную дамочку Гутиэра.

– Вот не надо только надо мной издеваться, да? Он же подавал надежды на скорую, тихую кончину! А теперь разбазаривает наши деньги! Да какие наши, почти мои!!

Гутя еще не успела ответить, как к ней подскочила Аллочка, вырвала из рук трубку и брякнула ее на рычаг.

– Все бы только языком болтала… К тебе пришли.

В прихожей топталась растерянная Светлана.

– Гутиэра Власовна… Вы знаете, мне сегодня соседка по даче позвонила. Там, кажется, Севастьяна нашли… – пролепетала она.