Солдаты 21 века."Филин" ночной хищник - Негривода Андрей Алексеевич

«Да хер его знает, может и получит Берет пацан — уж очень его жаждет…»

…Весь экзамен Андрея проплыл мимо как в кино: двадцатикилометровый марш-бросок, по оврагам, да через болото, да в полной выкладке; спецполоса препятствий и сразу же на стрельбище, стрельба из пистолета, АКМС, РПГ-7. И всё по временным нормативам, под зорким наблюдением «краповых» офицеров. Дальше, движение по азимуту, на незнакомой местности… А вот за самое окончание экзамена Андрею было стыдно, до слез… Вконец измотанный претендент на Берет, должен был выйти на рубеж и схлестнуться в рукопашке с тремя «краповыми» по очереди. С первыми двумя, Андрей совладал, не без труда, но справился. А вот третий ему достался Бандера… Жестокая рубка продлилась больше 2 минут… Для людей понимающих в рукопашном бое — это почти вечность… Улучив момент, Андрей, хлёстким уракен-бараи рассёк сержанту бровь. Лучше бы он этого не делал! Громадный, пудовый кулачище Бандеры долбанул Андрея по темечку и… И Андрей ляпнулся задницей в лужу, в прямом смысле слова. Он сидел в луже и ничегошеньки не соображал, руки-ноги стали пароллоновые и абсолютно не подчинялись командам мозга.

— Зачёт принят. — произнес рефери-майор. — А ты, Бандера, хоть своих бы не мочил, как «духов». А грохнул бы взводного, своего же, что тогда?

— Да ладно, Гиря, я же не специально. Ну не могу я когда, мне же, юшку пускают, сдержаться. А он ничего, подходит. — Это уже об Андрее. — Боец, хоть и соплив ещё, но боец!

К Филину потянулась лопатообразная ладонь, чтобы помочь подняться. А вот это зря! Отработанным, до рефлекса, айкидошным захватом Андрей опрокинул сержанта на землю и взял на болевой.

— А ведь подходит, а Гиря! — Орал Бандера от боли. — Хитёр, а? Не силой, так хитростью, а! Пусти, Филин, пусти, говорю, всё!

Андрей отпустил и почувствовал, что подняться сил уже не осталось. И тут, какая то сила вознесла его на ноги — это Бандера, одной рукой, за шиворот, поставил лейтенанта на ноги.

— Ай, молодца-а, Филин! Ну, теперь ты наш, командир, наш «краповый», поздравляю Филин!

Вот так лейтенант Проценко стал Филином. Есть что вспомнить…

…А Берет ему вручал Батя, грохнув по традиции кулаком в грудь, до звёздочек в глазах… Это было в начале октября. А через две недели между ними состоялся разговор:

— Давай Филин, садись. — Сказал Батя, вошедшему в кабинет Андрею. — Разговор есть, для начала. Потом приказ. Но, сначала разговор!

Что-то мучило командира. Это было заметно. Никогда не делавший лишних движений, как кобра в засаде, сейчас Батя отмерял шагами метры своего кабинета.

— Ты где на мою жопу взялся, а? — прозвучавший вопрос поставил Андрея в тупик.

— Не понял, Батя?

— Что ты не понял? Не понял он! — Батя нервничал, сильно нервничал. — Сейчас я задам тебе пару-тройку вопросов, а потом мы поговорим. Ты знаком с майором Фатеевой Л.Р. из Одесского УКГБ.

— Это наша соседка, тётя Лариса.

— Тётя Лариса! Ладно! А вот, скажем, с майором Беспалько?

— Это наш особист в училище, а что?

— А то, дурень! Ты уже офицер, а так ни хрена не понимаешь!

— А что я должен понимать-то?

— Ну ладно… У меня тут состоялся, было намедни, разговор с полковником из оч-чень хитрых структур. Так, за бутылкой чая. Больше полусуток говорили. Может, тебе и знать-то этого не стоит, но мы «краповые»… Короче, слушай. Комитет на тебя имел виды уже очень давно, эдак годов с 15-ти, когда твоя тётя Лариса, старший переводчик Одесского ОКГБ, поняла, что твой английский, в твои годы, находится на несколько порядков выше. Потом, Золотая медаль в школе. Я не говорю о побежденной олимпиаде, союзной(!), от МВТУ им. Баумана, по физике-математике. Ты и, правда, так умён, Филин?

— Просто люблю считать.

— Любит он! 19 баллов при поступлении в ОВАКОЛУ при конкурсе 17 человек на место! Беспалько принял тебя под свою опеку уже в училище… Все твои похождения: драки, самоволки, девки в казарме — всё это прикрывалось именно им. Твой Красный диплом — он твой, без помощи Комитета. Но, для них, это был ещё один плюс. Для них… И твоя любовь с Катенькой Елигиной, тоже полностью отслеживалась ИМИ… А вот твоё распределение в отряд было уже целевое. Поступил приказ, и я тебя принял. Не скрою, только после приказа — меня взводным устраивал Медведь, но ты оказался не обычным протеже. За два месяца получить Берет — это, поверь мне результат! Думаю, ты был бы нашим. Но, есть еще одно «но». А вот сейчас слушай, Филин, внимательно… Уж не знаю какие там перспективы тебе готовили, но видимо, по ходу, что-то изменилось… Колю Караманова помнишь?

— Вы ещё спрашиваете, товарищ подполковник?

— Проще, проще Филин.

— Ну да, Батя… Мы вместе к Зыкову ходили в зал тренироваться. Коля старше меня лет на шесть. В додзо был моим наставником. Потом он закончил какое-то военное училище. Я его видел в последний раз, кажется, на первом курсе. Он был уже старлеем. Да, Батя! Уже года четыре прошло!

— Вот именно, четыре!

— Ну и что?

— Как он выглядит, помнишь?

— Чё там помнить? Его всегда «чуркой» называли — ну натуральный узбек или таджик, короче «чурка»!

— Значит, помнишь, и узнаешь, при случае?

— Ну?

— Не запряг! С уважением, с уважением!

— Извини, Батя!

— Ладно. Короче! Вот тебе информация, и она же приказ.

Тяжело давались Бате слова, которые он был, видимо, произнести обязан.

— Есть в одной, из сопредельных Демократических Республик, на самом далеком её юго-востоке, небольшой городишко Чаман. Так, по нашим меркам деревня, одни дувалы. Но! Городишечко находится на пакистанской границе, как наш Чоп, только с той стороны, да ещё проходит через него дорога из Кандагара дальше на юг, в Пакистан. Короче, стратегическая точка. Базар, сам понимаешь, ну и вся инфраструктура. Так вот в этом Чамане есть одна чайхана. Хозяин этой чайханы, этнический таджик из Баграма, беженец, которому четыре года назад повезло — нашёл очень дальних родственников, помогшим открыть ему эту чайхану. Дело пошло… Что-то понимаешь?

— Колька?

— Ох не зря тебя «супера» ведут столько лет… Да — это он. Дело идёт к концу, сам знаешь. Его надо вынимать оттуда. Но, есть одно маленькое «но», которое, если сработать неправильно, может стоить жизни нескольким десятков пацанов. Да и далеко это. Наших там нет. Самые «южные» — в Кандагаре. Но и это не самое главное. Там во всю шуруют цэрэушники. Там вотчина Ахмат-Шах Масуда, а он «америкосами» пользуется во всю. Короче! Чайханщик Хайзулла, под надзором. Плотным, хоть и негласным, но он его срисовал. Подал сигнал, месяц уже прошёл. Его надо вынимать. Твой Коля, очень ценен. Он гнал информацию почти четыре года… А сейчас у него есть что-то, что ещё не знают, но сигнал был чётко оговорен. Почему ты? Не знаю, Филин. Честно скажу, не хотел, что бы это был ты — зелен, извини, ты ещё для таких ребусов. Хотел во главе группы отправить Джо — он поопытнее тебя будет. Но есть приказ. И что, самое смешное, даже с объяснениями… Связь прервана. Жив он или нет, не известно. Но если жив, то, увидев знакомое, с детства, лицо наверняка поверит. Он профи, с другими не пойдёт. А единственное в армии знакомое ему лицо — твоё, Филин. Поэтому тебе вынимать твоего, как ты говоришь, наставника. Короче! Слушай приказ, разведка! На изучение информации и подготовку к отбытию группы у тебя есть 48 часов. Список необходимого вооружения жду к вечеру, подпишу всё, но учти, Филин, там пустыня, песок, мать его ети, пацаны твои — мужики тёртые в горах, а вот пустыню могут знать только Бай и Мулла, остальным будет тяжело. Муллу береги особо — он следопыт, да и вообще… В этом деле незаменим. Тебе от Кандагара до Чамана по пескам чапать, а потом, будем верить в удачу, назад, до Кандагара, на своих двоих, и это в лучшем случае. Посоветовать ничего не могу, в тех местах не бывал, да и никто не бывал — за Кандагаром не наша земля. Думай! Карты местности, в «секретке», можешь изучать. Ну, что? Дам команду, дадут тебе крупномасштабную, но это мало поможет — пустыня. Саксаул, да верблюжья колючка, бля!