Проект Х - Антон Перунов

  - Да и не упомню... было ли такое...

  - Вот и попробуешь, авось и пригодится еще...

  Наш добрый хозяин оказался толковым организатором. Весьма качественно и без лишних разговоров он припахал к работе всех троих. Пашку назначил дрова колоть и баньку топить, воду таскать для огромного бака, короче, назначил ответственным за это дело. Я месил тесто, а Бобра определили на мойку и чистку овощей - не самая завидная участь, к слову... Валерка все порывался завести какой-нибудь разговор с Михалычем, выспрашивая все, что ему в голову приходило, но 'суровый отшельник' остался глух к его заходам, ограничиваясь лишь короткими распоряжениями и указаниями.

  Я в этом был с ним согласен - болтать, когда готовишь еду, да еще и вкусную еду - лишнее. А застолье намечалось серьезное. По всему выходило, что готовится настоящее пиршество. И оставалось непонятным только одно - неужели Михалыч так расстарался для девки с бабой (кто знает, может, он не просто так их ждет, а интересом, да червовым)? Или же наше появление так существенно отредактировало его планы? Три молодых мужика могут съесть на удивление много, но... нет, не верится мне, что ради нас могут такие приготовления вестись. Тут одно из двух - или я сошел с ума, или мы попали в сказку про бабу Ягу, которая и накормить, и в баньке попарить и спать уложить, а уж потом расспрашивать.

  Вот ведь живут люди в глуши, словно и нет на них рассейской власти, ментов и прочих радостей. Широко живут, богато и основательно. И не сомневаюсь, что в арсенале у Егора винтовки - самое слабенькое из вооружения. Слыхал я про таких селян... Даже пару знаю лично. Живут себе - горя не знают, на антресолях АКМ, пара цинков с 'маслятами', гранаты да пара пистолетов - так, просто, чтобы было на всякий случай.

  Вымешивая уже почти готовое тесто и с удовольствием ощущая ровную, упруго-пышную массу под руками, которую и мять то приходилось с немалым усилием, снова задумался - для кого ж такая прорва еды готовится?

  Все мои сомнения разрешились сами собой, когда вовсю ширь распахнутые ворота вкатилась повозка, запряженная парой гнедых в масть битюгов, чем-то напомнивших мне роскошными гривами и тяжелыми, мощными головами владимирских тяжеловозов. Потому что следом за телегой, в которой удобно устроившись на облучке сидели две женщины (большего я разглядеть в первый момент и не успел) во двор въехали два суровых на вид всадника. Рядом с ними, тихими тенями внутрь проникли и два молчаливых кудлатых пса уже знакомой породы - такие же встречали нас вчерашней ночью. Выглядели мужики серьезно. Сам хозяин, стоило все процессии втянуться во двор, сразу же принялся закрывать створку ворот, Пашка, в который раз притянутый к работе, налегал на вторую, короткий стук и тяжелый, кованный засов лег в пазы - все теперь просто так внутрь не проникнуть.

  Пока возились с воротами, гости успели спешиться и подвести коней к коновязи. Что за времена нынче пошли сумасшедшие... народ начал ради экономии на коней пересаживаться... нет, я и сам не прочь, но ведь только вчера из Омска, тысячи машин потоком, все суетятся, гонят, подрезают и нарушают ПДД, пешеходы лезут как попало и куда попало и главное - спешка, прямо гонка изо дня в день. А вот так - на лошадях, не погоняешь, тут все размеренно, спешился, проведи коня привяжи, расседлай, покорми или воды дай, да не просто так, надо же натаскать ее в поилку... фиг знает... или нельзя сразу после езды поить?

  Повозка являла собой чудо инженерной мысли двадцатого века - колеса от легковушки, да и оси от нее же, всего скорее, если у Егор Михалыча не получится движок восстановить и мою ласточку ждет такая же участь. Борта деревянные, впереди пристроена лавка, править лошадьми, да не простая, а подпружиненная, для пущей амортизации, на которой восседала крепкая на вид тетка лет сорока. В кузове сего транспортного агрегата с комфортом (не знаю, но предполагаю) устроились две девушки. Интересно, а наш хозяин про одну, темнит Михалыч или сам не знал? Не суть, посмотрим на селянок, каковы на вид? Может, найдется такая, что захочет большой и светлой любви на местном сеновале? Уж не знаю, к чему во мне проснулись эти интонации, но девушки даже на первый взгляд, показались интересными. Стройные, высокие, светловолосые и изящно-ловкие. Первым, подоспев к борту, я с подобающей случаю галантностью подал первой руку, за что получил фырк в лицо и чуть насмешливую улыбку, мол, сама справлюсь. Чуток обескураженный, все же протянул руку и второй, на этот раз промашки не вышло - девушка, охотно приняв мою помощь, легко оперлась о ладонь и почти невесомо слетела на землю.

  - Меня Слава зовут, а вас? - на душе образовалась необычайная легкость. Тонкий аромат свежести и цветов окутал и понес куда-то в мир чудес, а глаза какие, синие, как весеннее небо, а смотрят как на меня... я не спешил отпустить талию девушки, хоть и понимал, что перебор наверно это, но ведь и она не стремилась высвободиться, может, ждала, что сам отпущу?

  Грубый толчок плечом разом разрушил все. Один из двух мужиков, что приехали с девушками бесцеремонно вклинился между нами и теперь стоял передо мной, заслонив девушку своей бородато-усатой мордой. А ничего себе так, брутальный самец, и на деревенского не шибко похож, девкам поди нравится... и смотрит так, словно зарезать хочет, вот и ножик у него для таких делов самый подходящий - натуральный свинорез.

  Все эти мысли промелькнули в голове, оставив горький осадок страха и разочарования. Блин, он же меня реально зарезать может, сволочь! Тело чуток одеревенело и я словно застыл, ощущая, как от лица уходит кровь и предательская бледность заливает щеки.

  - Че, говорун, замолчал, а так сладко пел... - И голос у гада мужественный, уверенный, Господи, да че ж делать то? Он же меня раза в полтора больше, уроет и все - позорище...

  Мужик ухватил меня за грудки и слегка встряхнул:

  - Э, ты там часом не помер со страху, говорун?

  В этот миг я заметил из-за спины громилы лицо той девушки. В нем было... много всего, но самое главное - она смотрела на меня, и словно ждала...

  Мужик снова дернул меня за куртку, а я в ответ отклонился назад, сопротивляясь. В глазах бородача мелькнуло заинтересованное удивление и даже удовольствие, мол, во - наконец-то можно будет и кулаки размять... он потянул меня к себе, не давая отклониться, а я, почуяв, что тяга достаточная, качнулся уже навстречу, проваливая его вперед. Колено само вылетело вверх и с почти различимым хрустом въехало в промежность мужику. Останавливаться на достигнутом в мои новые планы не входило. Я помнил про свинорез...

  Правая рука пошла по широкой дуге, встречая лицо противника ребром ладони со стороны большого и указательного пальцев, короткая подсечка и враг валится навзничь. Я замахнулся, чтобы добавить ему от души еще и сверху, заодно и ножик забрать, но властный окрик остановил.

  - Стой! Не балуй, паря! Отойди от Петруся! - помутневшим взглядом я поймал в фокус говорившего - второго из приехавших мужиков. Меня капитально колотило, но свирепый, злой до невозможности настрой не оставлял. Хотелось чего-то страшного, зверского. К чертовой бабушке зарезать этого урода или поставить крест ножом на его лбу, чтобы знал - кто тут хозяин. Мужик, словно почуяв мой норов, потянулся к кобуре, опа, а я и не заметил, что он при стволе. Лады, тогда отбой пока.

  - Слышишь меня или совсем очумел? Ты зачем на парня накинулся?! - Спокойно, но с напором продолжал второй.

  - А, - вдох-выдох, - пущай не лезет и за грудки не хватает, - без капли сожаления взглянув на поверженного мной противника, ответил я. Парню приходилось плохо. Дышал он с надсадным хрипом и то через раз, на лице кровь - видно нос я ему разбил.

  - Очухается, вон здоровый какой, - а у самого мысль стукнула в темечко ' А ведь теперь просто так не разойтись, надо за винтарем валить'.

  - Не, так дела не делаются, не по-людски. Егор, - второй обратился к невидимому мне хозяину дома, - нехорошо выходит. Дом твой, обидели дружка моего, тебе и разбираться, а то и до большой крови дойти может.

  Я стараясь не оставлять вне поля зрения обоих мужиков прошел на крыльцо мимо Михалыча, бросившего на меня задумчиво-отстраненный взгляд. В сенках быстренько отыскав винтовку, хотел взять ее, как в голову шарахнуло - это зачем мне винтовка? Я что - людей убивать собираюсь? Совсем нюх потерял? И где тот мирный чел, который всегда предпочитал решать дела миром? Елки-палки!

  Я оставил оружие на месте, а сам, приложив немалое усилие, ноги вдруг налились тяжестью, снова вышел на крыльцо. Картинка за те секунды, что меня не было, разительно изменилась. К парню подошли девушки и старались ему как-то помочь, Михалыч и второй стояли рядом, тихо переговариваясь. На душе стало паскудно, получается все против меня, а почему? Разве я первым напал?! Я только защищался от унижения! Торопиться решать и говорить не к месту вроде, так что помолчу пока.