Замок Dead-Мороза - Кащеев Кирилл

Все поглядели на Ганну с невольным уважением. Могучая тетка по-девичьи зарделась, а дедок продолжил:

– Повыскакивали кто в чем был – и до замку. Вот, живем. Юрко кабель электрический сюда дотянул, Ганнин Петрусь вроде как и отопление наладил. Бог милостив, якось перезимуем.

– Ваша деревня уцелела, вы можете возвращаться… – начал отец, но его слова моментально заглушил возбужденный галдеж женщин.

– Тихо, бабы! – прикрикнул старик и снова повернулся к отцу: – Так и буревий же не последний, пане! Не, якщо так вже выйшло – тут будемо житы, – твердо объявил дед.

– Но мы этот замок купили! – страстно выкрикнула мама. – Вы понимаете – купили!

– Та цо ж тут не понять – купили и купили, – равнодушно согласился дедок. – Мы ж вас не гоним. Вона, левое крыло свободное совсем. – Дедок кивнул на противоположный конец сводчатого зала, где виднелся очередной темный арочный проем, ведущий невесть куда. – Заселяйтесь, якщо охота! А нам спать пора. Гаси свет, нечего попусту жечь!

Мальчишка протянул руку к выключателю. Еще раз пристально поглядел на Ингу, снова хмыкнул… И свет погас.

– Погодите! Так же невозможно… – протестующе закричала мама. Но ответом ей было только хлопанье дверей – выполняя наказ старосты, деревня отправилась спать. – Ну и что же нам делать? – совершенно потерянно пробормотала она.

В руке отца вспыхнул мощный фонарик. Круглое пятно света обежало зал с галереей, уперлось в арочный проем на противоположном ее конце.

– Посмотрим, что за левое крыло, – отец осторожно двинулся вперед.

Из темного проема на него дохнуло холодом и вонью стоялой воды. Перед ними тянулась анфилада небольших и совершенно пустых комнат, соединенных низкими – даже Инге приходилось пригибаться – арочными проемами. Под ногами тихо шуршал мусор и мелкие камешки.

– У них там хотя бы свет есть! – взорвалась мама.

– Раньше не было. Я думаю, свет они действительно сами провели, – пробормотал брокер.

– Молчите, Пал Иваныч! – Мама была на грани истерики. – Это вы во всем виноваты! Как вы смели продать нам замок с этими… наглыми селянами!

– А что, вполне исторично, в старину к замкам всегда крестьяне полагались, – тихо пробормотал дядя Игорь, обходя очередную комнату по периметру и зачем-то обстукивая каменную кладку стен. Гюнтер и Амалия следили за ним странно ревнивыми глазами.

– Клянусь! Понятия не имел… Еще в ноябре… – Брокер прижал полные ручки к груди.

Но мама его уже не слушала.

– Дмитрий, неужели ты позволишь этим селюкам загнать нас сюда! Прикажи Андрею, – кивнула она на охранника, – пусть немедленно отправляется к мерзавцам и выкинет их вон! В конце концов, у него же есть пистолет!

– Да, деревенька небольшая, пары обойм должно хватить, – не выдержав, задумчиво сообщила Инга. – Трупы выкинем за замковую стену, их снегом присыплет, раньше весны не найдут…

Дядя Игорь хмыкнул и тут же попытался замаскировать смех кашлем.

– Почему моя собственная дочь так извращает мои слова, что я выгляжу полной идиоткой? – взвизгнула мама, будя гулкое каменное эхо.

В темноте, лишь слегка рассеиваемой светом фонарика, на мгновение повисло неловкое молчание. Потом отозвалась тетя Оля.

– Я считаю, надо дождаться, пока рассветет и закончится снегопад, и уехать отсюда, – рассудительно сказала она.

– О, nein! – вдруг запротестовала Амалия. – Совсем не хотеть уезжать! Такой прелесть! Это есть совсем как Европа, настоящий сквот – дом захвачен асоциальный элемент! Такой приключений!

Ее брат подтверждающе закивал.

– Долго мы в этом приключении не продержимся, – нахмурилась тетя Оля, – завтра 31-е, если выедем с раннего утра, к вечеру успеем добраться до города и снять номера в отеле. Городок старинный, встретить в нем Новый год тоже будет приятно. А уже после праздников спокойно, без спешки решать ситуацию с нежданными жильцами…

Отец задумчиво кивнул и пробормотал:

– Да, пожалуй… – И тут же властно распорядился: – Как только доберемся до города, вы, Пал Иваныч, немедленно обратитесь к местным властям… – Отец вскинул руку, пресекая возражения брокера. – Вам придется как-то решать проблему. Причем быстро, если вы не хотите, чтобы я аннулировал сделку и вы остались без комиссионных.

– Но вы же обещали… Новый год… Кого я сейчас найду… Мне так нужны эти деньги… – забормотал брокер, но отец его уже не слушал, потому что с другой стороны на нем повисла мама.

– Но я совсем не хочу возвращаться в город, Дмитрий! Что мы, средневековых городков не видели? – мама уже почти плакала. – Этот замок – наш собственный, а городок – нет!

– Ну попроси Дмитрия, пусть он тебе и город купит! – с прорвавшимся раздражением буркнула тетя Оля.

Мама на мгновение примолкла и искоса глянула на отца. Тот сделал вид, что этого взгляда не заметил.

– Все, разговоры окончены! – объявил он. – Ночуем здесь, завтра уезжаем, с местными разберемся потом…

– Ночевать? Здесь? Без газа, без света, без воды? – Мама зябко закуталась в свою шубку.

– Зато крепких баб значительно больше, чем ты хотела. – И не выдержав, Инга расхохоталась.

Они закрыли старую, с облупившейся краской дверь, чтобы хоть немного создать ощущение уюта, и вскоре в комнате слышалось лишь мерное дыхание спящих.

Глава III. Привидение дикое, но симпатичное, или Погоня со скалкой

Тягучее и безнадежное, как далекий плач обиженного ребенка, завывание заставило Ингу приоткрыть глаза и, хлопая ресницами, уставиться в холодную темноту. Девочка поплотнее укуталась в шубу – от проложенной вдоль стены ржавой трубы едва тянуло теплом… Отец прав, надо прекратить нагнетать саспишенс – мало ей глупостей с опустевшей деревней и привидением, оказавшимся всего лишь мокрой простыней?

Но вот это уж точно не простыня!

Сквозь щель в окне в зал, в котором спала она, родители и их измученные гости, ворвался снежный вихрь, закрутился по полу… Инга ясно видела, как из этого смерча вырастает легкая, полупрозрачная фигура женщины в развевающихся одеждах!

Призрачная фигура застыла посреди зала. Руки в широких рукавах были вскинуты, словно в танце, и слабо мерцали в темноте, как мерцает в ночи снег. Чуть покачиваясь и изгибаясь, фигура медленно закружилась на месте… Когда она повернулась к Инге, девочка увидела, что лицо призрака скрывал водопад длинных волос, излучающих бледно-голубоватое, будто свет галогенной лампы, свечение! Сквозь кружащуюся под неслышимую музыку женскую фигуру можно было различить кладку противоположной стены с висящим на каменном выступе ярким длинным шарфом фройляйн Амалии.

А где сама Амалия? Где Гюнтер, ведь немцы, закутавшись в лыжные куртки, улеглись у той стены…

Инга чуть приподняла голову, незаметно оглядываясь. Зал был пуст. Рядом, завернувшись в такую же голубоватую, как свечение призрака, шиншилловую шубку, посапывала мама, между ней и стеной спал отец – и больше никого. Остальные исчезли.

На Ингу повеяло холодом. Призрак больше не кружил на одном месте. Скользя в медленном церемониальном танце, он незаметно подбирался все ближе и ближе… к ним! Инге показалось, что ее парализовало – руки и ноги будто заковали в ледяной панцирь, не позволяющий шевельнуть даже пальцем. Привидение сделало еще один изящный пируэт – и зависло у самых ног мамы. Закрытое ниспадающими волосами лицо повернулось к спящим. Инга отчетливо ощутила, что привидение смотрит на них! А потом оно протянуло прозрачные руки…

Мама перевернулась на спину. В темноте ее лицо вдруг стало светиться. На губах проступила нежная улыбка, и, чуть покачиваясь, она начала приподниматься…

«Вот так привидение увело всех! – отчетливо мелькнуло в сознании Инги. – И маму сейчас уведет!»

Инга почувствовала, что ее трясет. Да что ж это такое?! Все в наглую наезжают на хозяев замка! Даже потусторонние силы! В конце концов, это теперь их собственные потусторонние силы! Они их вместе с замком купили!

Инга обеими руками сгребла шубу, которой она была укрыта, резко, рывком села и со всего маха хлестнула тяжелой меховой шубой по призраку.