(Не) твой муж (СИ) - Екатерина Руслановна Кариди

Настя стала готовиться к ужину.

Раз уж ей несколько раз напомнили об этом.

Хотя она совершенно не понимала, что за игру ведет ее шеф. Иногда ей казалось, что ему все известно и он проверяет ее. Иногда — что проверяет Виктора. Ингеборгу. Себя. Целесообразность слияния бизнеса. Что угодно.

В другие моменты, анализируя его поведение, Настя не могла вспомнить ничего предосудительного. Просто вежливость. Он человек старой закалки. Джентльмен. Таких теперь мало, увы.

Но от этого всего ей было не легче. Эта дурацкая тайна, которая, возможно, вовсе и не тайна, висела над ней, как… проценты по кредиту. И кстати, о кредитах, ей вовсе нежелательно терять работу, потому что кредит сам себя не выплатит.

Понятное дело, что эти мысли хорошего настроения ей не прибавляли.

А ее бывший муж… О нем она вообще думать отказывалась. Все в прошлом, он женится. И дай бог ему счастья в новом браке. Больше, чем было у них.

«Довольно!» — сказала она себе, открыла шкаф, чтобы достать платье.

Их было два, оба развешены на плечиках. Одно цвета морской волны, другое нежно-лимонное. Она некоторое время смотрела на них, потом выбрала то, что под глаза. Этот оттенок синего ей нравился. Мягкая струящаяся ткань, покрой самый обычный, без рукавов, отрезное по талии, с пояском.

Вот только глубокий вырез… Плевать, в конце концов, она одевается в первую очередь для себя. Настя оставила платье на кровати и ушла в ванную.

Приняла душ, но голову мыть не стала, волосы чистые, только днем мыла. Она собиралась их подколоть в узел. А вот макияж пришлось накладывать тщательнее, после этого ее синие с зеленью глаза казались просто огромными, а розовые губы складывались бантиком. Терпеть она не могла эту дурацкую форму губ, но в сочетании с вечерним платьем макияж смотрелся идеально.

Теперь украшения. Сюда — ничего броского, яркого. Маленькие серьги-гвоздики с бриллиантиками и к ним колечко. Немного духов.

А время подходит, подходит время.

Настя оглядела себя еще раз, потом подумала и достала легкий шарф. Только собралась накинуть на плечи, ожил лежавший на кровати гаджет. Она аж вздрогнула от неожиданности, хотя постоянно подспудно ждала этого звонка.

— Да, Михаил Аркадьевич, слушаю вас.

— Я жду вас в холле, спускайтесь.

И все. Он отключился.

Хотелось спросить — он что, не видел ее входящие? Но Настя уже поняла, что это бессмысленно, с ней будут говорить, только когда сочтут нужным. Что ж, в этом случае ее совесть чиста.

***

Все повторилось примерно как днем на обеде. Только ужинали они в другом ресторане. Тут было вычурнее и роскошнее, звучала негромкая живая музыка.

И тут была терраса.

А за столом, за исключением меню и того, что мужчины были в черных костюмах, а они с дочерью шефа в вечерних платьях, ничего не поменялось. Ингеборга, очень красивая в золотистом платье, что-то рассказывала, блестя глазами, и была в центре внимания. Мужчины снисходительно улыбались, глядя на нее, и переговаривались между собой.

Настя по большей части отмалчивалась.

Ее шеф… Он опять был предупредителен и ухаживал за ней, как будто они были парой. Но был еще Виктор. Один раз Настя поймала на себе взгляд Виктора, он скользнул по вырезу ее платья и тут же отвернулся. В его синих глазах плескалась ярость. Может быть, ей показалось. Во всяком случае, с того момента Настя откинулась назад и вообще в разговоре старалась не участвовать.

Тем более что пошли мужские разговоры о делах.

Воспользовавшись моментом, Настя накинула шарф и вышла на террасу.

Тут было хорошо, прохладно. Прозрачный воздух, горы, звездное небо. Немного отдохнуть, подышать воздухом, прежде чем она вернется за стол и снова окунется в эту давящую атмосферу. Настя пошла к краю террасы, подальше от двери и замерла, глядя вниз.

И вдруг услышала сзади тяжелые твердые шаги.

От неожиданности Настя дернулась. Потому что сразу узнала, кто это. По энергетике. Ей даже не нужно было оборачиваться.

Виктор не спеша, медленно впечатывая шаги в пол, подошел к краю террасы. Несколько лет прошло, ничего не изменилось. Она узнала и манеру, и походку. Боковым зрением ей было видно, что бывший курил, глядя куда-то на горы.

Настя отстраненно отметила про себя, что он многовато курит для человека, желающего показать, что его дела идут превосходно. Впрочем, ей-то какое дело? Курит он или нет, ее вообще не касалось.

Но черт бы его побрал, она слишком остро ощущала его присутствие, он заставлял ее нервничать. А еще больше ее заставляла нервничать двойственная ситуация, в которой она оказалась.

И вдруг Виктор словно почувствовал, резко обернулся к ней.

Чеееерт! Волной пробежала дрожь по коже, как от ветра. Настя плотнее завернулась в шарф. А он оглядел ее всю, скучающее выражение обозначилось на лице.

— Холодно?

Настя ответила:

— Нет.

Мужчина хмыкнул так, словно все ее тайные мысли были для него как на ладони. И отвернулся. Некстати все. Сейчас Насте хотелось только уйти, но надо было пройти мимо него, а приближаться к нему желания не было.

Повисло молчание. Некоторое время слышалось только, как он затягивается дымом.

— Ты сейчас с ним?

Слишком резко и внезапно прозвучал вопрос.

Она непроизвольно дернулась, стягивая шарф на груди. Виктор не имел права задавать ей такие вопросы. Однако он смотрел на нее. И столько цинизма во взгляде, а улыбка… Презрение просто сочилось из него.

Настя отвела взгляд и ровно проговорила:

— Это тебя касается?

Он не ответил. Опять повисло душное молчание, слышно было только, как он затягивается, и ей боковым зрением был виден огонек сигареты. Невыносимо. Не выносимо.

— Разве тебе не нужно быть рядом с Ингеборгой? — спросила она, глядя вправо, туда, где в темноте над горой поднимался желтоватый месяц.

Виктор саркастически усмехнулся, потом проговорил, поворачиваясь к ней:

— Ингеборга прекрасно занимает сама себя.

Потом склонил голову набок, словно разглядывал диковинку, и спросил:

— Не боишься замерзнуть? М?

Забота? Хотелось сказать, чтобы шел лесом со своей заботой! И раз Виктор никак не хотел убраться, она уже собиралась развернуться и уйти, но в это время на террасу легла тень и послышались мужские шаги.

Михаил Аркадьевич, это был он. Настя готова была сквозь землю провалиться. Ее шеф подошел, окинул быстрым взглядом их обоих и сразу повернулся к ней:

— Анастасия, вот вы где.

Снял пиджак и накинул ей на плечи. Это вышло у него так естественно, что Насте оставалось только пробормотать:

— Спасибо.

Рядом раздался резкий звук, кажется, бычок полетел в урну. Виктор, тихо посмеиваясь,