Игра контрастов (СИ) - Рей Полина

Нет, конечно, Аня интересовала его совершенно не так, и думал он о ней совершенно в ином контексте. Но ведь думал же!

Эта девчонка забавна. Маленькая, хрупкая, такую только толкни, кажется, она упадёт и разобьётся на тысячу осколков. А смотрит так, будто способна убить одним взглядом. Аня мне нравится, с ней весело. Когда я думаю о ней, почему-то тревога из-за Игоря становится блёклой. Потом она возвращается вновь, и тогда я уже осознанно начинаю вспоминать Аню. Так становится легче… 

Макс не любил это место. Оно потом долго снилось ему ночами, и ему казалось, что совсем скоро он сам очутится здесь. И уже к нему будут приходить родные и друзья.

Кладбище Северное. Само название его холодное и липкое, как горсть подтаявшего снега. Тем холоднее здесь, когда ты приходишь на могилу к своему другу.

Макс провёл пальцами по чёрной гранитной плите, с которой на него смотрел улыбающийся Илюха. Положил на могилу сигарету и поднялся с корточек.

«Любимому сыну, брату, другу» - блестели на солнце золотые буквы. Илья погиб в шестнадцать, по глупой случайности. Связался с пьяными отморозками в подворотне. Хотя, смерть в шестнадцать – это в принципе глупая случайность. Второго такого друга у Макса не было и никогда больше не будет, тем острее ощущение безысходности, которое всегда живёт в таких местах.

Сделав глубокий вдох, Максим развернулся и пошёл в сторону выхода. Светило яркое солнце, но Максу казалось, что по спине проходят волны озноба. Это ощущение теперь нескоро покинет его, и пережитое даже не разделишь с дневником. Оно другое, где-то на самом дне сердца, откуда выхода нет.

4.3

Она сидела прямо на земле. Рядом – мотоциклетный шлем и кожаная куртка. Макс узнал Аню сразу, на мгновение замерев от неожиданности в оцепенении. Девушка расположилась возле такой же чёрной гранитной плиты, понуро опустив плечи и склонив голову. И от этой картины в груди Максима что-то болезненно сжалось.

Аня теребила в руках ленту от венка, Макс разглядел только одно слово, написанное на чёрном атласе «…скорости». Он просто присел рядом, поймав взгляд Ани, которая от неожиданности сделала глубокий рваный вдох.

- Ты вполне мог дождаться вечера, как и договаривались, - тихо проговорила она, криво улыбаясь и стирая с лица слёзы.

Макс вернул невесёлую улыбку и провёл пальцем по ленте, которую не выпускала из своих рук Аня.

- Как?

- Разбился на мотоцикле.

- Твой парень?

- Друг.

- Давно?

Макс не стал смотреть на дату, выгравированную на надгробной плите, ему было важно слышать Аню. И Макс сам не знал, почему.

- Чуть больше года.

Макс выдохнул сквозь крепко стиснутые зубы. Илья погиб десять лет назад, и всё равно чувство потери было очень свежо. Что уж говорить о том, когда прошёл всего год.

- Понятно. Мне очень жаль.

- И мне. – Она помолчала, а потом подняла голову, всматриваясь вдаль. Туда, где над бесчисленными крестами простирался горизонт. – Я Вандер для Тоши починить хочу. Он об этом мечтал.

- Прости, - выдохнул Макс, беря за руку Аню. Здесь этот жест показался совершенно естественным. И повторил: - Прости.

- Ничего, - Аня перевела взгляд на Максима. – Ты ведь не знал.

- Не знал, - кивнул Макс и замолчал.

Так они и сидели рядом, на земле, держа в руках одну ленту, и каждый думал о своём, но в то же время чувствовал, что именно сейчас и именно здесь он не один.

- Идём? Холодно. - Макс поднялся с земли и протянул руку Ане. Та подняла на него глаза, глядя вопросительно, и столько всего он успел прочитать в этих глазах. Страх, желание доверять и огромное одиночество, которое Аня так усиленно прятала за своим поведением. Наверное, он окончательно сошёл с ума, если верит в то, что научился читать по глазам. И если ощущает внутри жгучее желание защитить, быть рядом. С той, кого едва знает.

- Солнце. - Она, наконец, решилась и подала Максу руку, поднимаясь на ноги и поёжившись. – Тепло вроде.

- Вот именно, что вроде. – Он огляделся, будто ища что-то. – Ты на мотоцикле?

- Да. У ворот припаркован. – Макс всё ещё не выпускал ладони Ани, а она и не торопилась убирать руку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Тогда идём. - Он подхватил с земли куртку, накинул её Ане на плечи и повёл в сторону выхода с кладбища, неся в свободной руке шлем. Больше они не сказали друг другу ни слова – говорить об обычных делах вроде новой встречи или о чём-то подобном не хотелось.

Макс лишь забрал у Ани телефон, который она вытащила из кармана, набрал на нём свой номер и вернул хозяйке.

- Позвони, - проговорил он едва слышно, развернулся и пошёл к своей машине, через несколько секунд услышав позади рёв удаляющегося мотоцикла.

Смерть – такая простая штука. Особенно, когда понимаешь, что это твой единственный выход. Иногда кажется, что всё происходящее с тобой – нормально. Вся эта жизнь, шелуха, мимолётность. Встать утром и позавтракать – норма. Поехать на работу, заключить контракт, пообедать. А внутри – пусто. Зачем тогда нужно всё это, если внутри тебя пусто? 

Я и сам ещё не понял, что произошло сегодня. Кто-то заполнил эту пустоту или просто стал её частью? Как хочется верить, что заполнил…

5.1

Макс чертыхнулся и отбросил мобильник на низкий столик, стоящий рядом с диваном в зоне VIP. Андрей опаздывал, причём очень сильно, а это означало, что сегодня Максу не суждено самому увидеться с Аней, чтобы передать ей обещанную запчасть.

- Алё, Вить, привет. - Он постучал пальцем по подбородку, раздумывая, стоит ли положиться в этом вопросе на своего хорошего приятеля или попробовать перенести встречу на другой день. – Да, слушай внимательно. Через час за вилкой той, что ты достал, девушка должна приехать, постарайся, чтобы всё было в лучшем виде, хорошо?

Он помолчал, слушая ответ собеседника и кивнул, хотя, видеть этот жест Витя не мог.

- Идёт.

Макс злился. И злился просто адски. Для него это чувство, которое он вдруг стал испытывать просто из-за того, что планы на встречу с Аней провалились, было весьма необычным, но поделать с ним Максим ничего не мог. А вообще глупо всё это. Кто сказал, что они с Аней встретятся ещё хоть раз, стоит только ей получить то, что нужно? И это «что-то» - вовсе не общение с Максимом.

- Макс, ты чего такой злой? – Андрей приземлился напротив, своим появлением выводя его из состояния невесёлых размышлений. – Стряслось что-то?

- Да нет, - Макс дёрнул головой, будто желая стряхнуть настойчивую мысль. – Ну, рассказывай, какие у тебя дела?

Он не приехал сам, а прислал вместо себя своего приятеля. Почему-то это обстоятельство расстроило Аню. И расстроило довольно сильно, хотя, она всеми силами старалась эту эмоцию не замечать. Кто он ей, если уж так разобраться? Никто. Просто парень, который вдруг, отчего-то, по её же собственной глупости, показался кем-то наиболее близким из всех тех людей, что постоянно присутствовали в её жизни. Теперь Анины ощущения наиболее точно описала бы фраза: «Сама придумала, сама расстроилась». Ну, обратил он внимание на неё на свадьбе, ну, так совпало, что их объединяло общее горе. И пусть в его компании Ане становилось как-то странно спокойно и уютно. Но ведь она сама придумала себе всё это, не так ли?

Аня поблагодарила Виктора, прошла к стойке для оформления доставки, но сама то и дело ловила себя на том, что смотрит по сторонам, ожидая увидеть поблизости Макса. Да, чёрт бы его побрал! Аня была уверена, что они вот-вот встретятся, и сейчас испытывала разочарование.

Она знала, что ей поможет сейчас – нужно выехать на трассу и промчаться по ней на предельной скорости. Чтобы встречный ветер стёр все мысли, ведь они такие глупые. Так непохоже всё это на ту кем она привыкла быть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Аня вышла из магазина и постояла некоторое время, подставив лицо яркому солнцу. Совсем скоро наступит вечер, который обещает быть тёплым, солнечным и приятным. Это значит, самое время исполнить задуманное. После этой ночи она забудет о том, что вдруг, за три коротких встречи, кое-кто стал ей странно близким. Таким близким, что теперь ему принадлежит так много её мыслей. Она забудет об этом, чтобы никогда больше не вспоминать. Так всегда было проще.