Джунгли убивают нежно - Негривода Андрей Алексеевич

Пока Андрей возился с нехитрой закуской, генерал разлил по бокалам коньяк – в один половину, во второй щедро, до краев.

– Ну что, Кондор. Снимай медаль, – он указал на полный бокал. – Будем обмывать твою первую награду по русскому обычаю.

Андрей отстегнул медаль с кителя и утопил ее в душистой огненной жидкости.

– А откуда вы так хорошо знаете наши обычаи, мон женераль?

Генерал только улыбнулся хитро:

– Паук.

– Да, конечно, Паук, – поправился Андрей.

– Вот так-то лучше... А насчет обычаев, Кондор... Я знаю много обычаев разных армий – давно служу, давно живу...

– Ясно...

– Ну что? Выпьем, Кондор?

– Выпьем, Паук!

Они чокнулись, и Андрей в три больших глотка опорожнил свой бокал. Приятное, мягкое тепло стало медленно растекаться по его усталому телу, и Филин расстегнул китель.

– Закуси... – Жерарди пододвинул к Андрею тарелочку с лимоном и большими ломтиками черного шоколада.

– Мы награды не закусываем. – Андрей отер ладонью губы и широко улыбнулся: – Чтобы не последняя была...

– Ну, что ж... Если заслужишь...

Генерал опять наполнил оба бокала.

– Ну а теперь, Кондор, выпьем за новоявленного Малинового берета.

– Это большая честь для меня, Паук! Я слышал, что такие береты носят очень немногие.

– В настоящее время на действительной службе в Легионе таких 76 человек, все офицеры в чине не ниже лейтенанта. Хотя... С сегодняшнего дня есть и один сержант – семьдесят седьмой... – Жерарди улыбнулся. – И еще 47, которые являются почетными пенсионерами Легиона. Вот такая математика, Кондор...

– Спасибо, Паук!

– Ты его заслужил, Ален! Выпьем за это?

– Конечно!

И еще около двухсот граммов дорогущей «огненной воды» растеклись благодатным теплом по телу Андрея.

– Х-хе-х! – крякнул генерал в кулак и принялся жевать дольку лимона.

– У-ф-ф! – вторил ему Андрей.

– Ну что, Кондор, как мыслишь свою дальнейшую службу?

– Согласно вашему приказу я должен вступить в командование диверсионно-разведывательным взводом. Только вот своего взвода в казарме я не нашел. Кроме, разве что, Гота.

– Все верно.

Генерал тоже расстегнул китель и откинулся на спинку кресла.

– Здесь произошли небольшие перемены, вернее, кадровые перестановки, Кондор. Лейтенант Дворжецки теперь занимается учебным процессом новых претендентов в легионеры, а капрал Гот назначен инструктором в одну из групп. Поэтому ты и видел их сегодня.

– Ясно... А взвод?

– Со своим взводом, Кондор, ты встретишься послезавтра... Тебе придется посоветоваться со Скорпионом и, конечно же, с Готом и пополнить свой взвод за счет новичков – есть там несколько достойных кадров, на мой взгляд, но ты должен решить сам, Ален, – тебе с ними служить. После твоей операции во взводе Скорпиона... – Жерарди запнулся, но тут же продолжил: – А теперь уже Кондора, образовались свободные вакансии...

– Кого-то списали?

– Так уж получилось – мы люди военные... У них у всех были, как показалось сначала, ранения легкие и средней тяжести, в основном в ноги. Но «приговор» эскулапов был суров – не годны. Одни пенсионеры, другие отправлены на нестроевую службу...

– Вайпер?! – спросил с большим волнением Андрей.

Этот поляк почему-то стал ему очень дорог, а Кондор помнил, что тот получил довольно серьезное ранение в бедро.

– Оставили твоего капрала. – Генерал улыбнулся на то, как с огромным облегчением вздохнул Кондор. – Живуч и настойчив твой снайпер. Правда, оставили его пока только на несколько месяцев, до следующей медкомиссии. А там...

– Поляка я не отдам!

– Время покажет, Ален. Время покажет...

– Почему только послезавтра, Паук?

– До твоего подразделения еще предстоит добраться, Ален, а это 2 часа лету.

– ?

– Взвод сейчас дислоцируется на нашей базе в Аяччо.

– Корсика?

– Да! Курорт...

– Курорт... – протянул задумчиво Филин. – В расположении 2-го парашютно-десантного полка[7] только и остается, что загорать на пляже...

– Командованием было решено, что для большей универсальности твоему взводу будет полезно поучиться кое-чему у профессионалов-альпинистов.

– Вы имеете в виду какое-то задание? – Андрей даже привстал со своего кресла в ожидании положительного ответа.

– Нет! Пока нет, во всяком случае... А что, очень надоела праздная гражданская жизнь?

– Во как! – Филин чиркнул ладонью по шее.

– Ну, это дело поправимое, Кондор, – улыбнулся генерал. – Думается мне, что слишком долго вы там не засидитесь...

– Хорошо бы...

– Ваш русский третий тост? – Генерал поднял бутылку, в которой оставалось ровно на два бокала, и вопросительно замер, глядя на Андрея.

– Обязательно!

Опустевшая бутылка была отставлена в сторону, а наполненные бокалы подняты.

– Этот тост мы пьем молча и не чокаясь, Паук. За тех, кто погиб...

Он опустил руку и пролил на пол треть из своего бокала, вспоминая своих погибших солдат из отряда «Сова», вспоминая Змея, Тюленя и Джина[8] и, конечно же, Кошку, Светлану Беликову... И одним махом выпил оставшееся.

– Земля пухом, – произнес генерал и в точности повторил действия своего сержанта.

Они молча пожевали лимон, и генерал взглянул на часы:

– Что ж, сержант. Коньяк допит, время 21.30. Отправляйтесь отдыхать, завтра вам предстоит нелегкий день.

На этом, как понял Филин, неофициальная часть «посиделок» с генералом была закончена. Андрей поднялся, застегнул китель и встал по стойке «Смирно!»:

– Разрешите идти, месье генерал?!

– Иди, сержант. И обязательно выспись – завтра тебе понадобится свежая голова!

– Так точно, мон женераль!

Андрей развернулся и почти строевым шагом покинул кабинет, чем вызвал грустную улыбку у Жерарди...

Надо ли говорить о том, что отдыхать Андрею этим вечером не пришлось?.. В опустевшей взводной казарме его с огромнейшим нетерпением поджидали Скорпион и Гот. И опять была бутылка коньяка. И расспросы о здоровье, о жизни, о настроении... Да мало ли о чем?!.

Ближе к полуночи, когда он понял, что алкоголь не действует, «не в коня корм», Андрей решил совместить приятное с полезным:

– Мартин, Паук говорил, что мне необходимо подобрать четверых новичков во взвод. И, мол, среди твоих курсантов есть несколько интересных парней.

– Есть такие, Кондор! – улыбнулся Гот и взглянул на Скорпиона.

– Да, Ален, есть несколько интересных кадров, но выбирать тебе, – подтвердил лейтенант Дворжецки.

– Надо бы взглянуть на их досье, послушать ваши мнения... Вы как? А завтра уж и лично познакомиться, посмотреть на занятиях... Все равно алкоголь не забирает что-то...

– Добро, – согласился Скорпион и кивнул Готу.

Без особого рвения огромный немец поднялся из-за стола и отправился куда-то в глубь казармы. Он вернулся через несколько минут, держа в руках небольшую стопку картонных папок.

– Ну вот. Это те, кого почти ничему учить не надо – они про войну и сами все знают. «Семь самураев».

Досье действительно было семь штук, и Андрей, опрокинув в рот вместе с друзьями еще по 100 граммов коньяка, взял первое в руки.

С фотографии на Кондора смотрел суровым взглядом из-под сросшихся на переносице смоляных бровей человек явно «кавказской национальности».

– Мартин, это твои кадры, ты их знаешь лучше, вот и охарактеризуй каждого. Кратко, но достаточно подробно.

– О’кей... – Гот прокашлялся. – Гуния Нодар, мы его уже окрестили – Flash...

– Вспышка, значит, – тихо произнес Андрей.

– ...Осетин, 34 года. Староват, конечно, но... Как удалось выяснить – старший прапорщик запаса, в должности командира разведвзвода ОРБ ДШБр[9] прошел Афганистан, Южную Осетию, служил советником в Анголе. В армии четырнадцать лет. Имеет награды.