Докричаться до небес - Лана Муар

Глава 4

— Бутч, забери меня, пожалуйста.

— Ты где?

— У мамы.

— Сейчас буду.

Он отключился, а я положил телефон рядом с собой на скамейку и потянулся к бутылке. Свернул пробку и сделал жадный глоток. Поперхнулся, но продолжал пить, не чувствуя вкуса. Так, словно вместо коньяка, я пил воду. Давился, проталкивая в себя глоток за глотком единственное спасение от своих мыслей и самого себя. Посмотрел на фотографию и виновато отвел глаза:

— Прости, мама. Я завяжу. Обязательно завяжу, но не сегодня.

Отставил опустевшую бутылку в сторону и потянулся за второй, физически ощущая осуждение единственного человека, который меня понимает. Понимал. Горлышко выскользнуло из трясущихся пальцев, и я, поежившись, опустился в снег на колени, шаря рукой под скамейкой. А бутылка, словно издеваясь, никак не хотела возвращаться, отскальзывая все дальше. Зарычав от злости, повернулся, наткнулся на небесно-голубые глаза, и завыл, молотя кулаком промерзшую землю.

Бутч бережно положил букет алых роз у основания мраморной плиты, провел ладонью по ее краю, а потом расстегнул куртку и накинул ее мне на плечи.

— Фил, ты совсем ебнулся. Еще бы голый приперся.

— Заткнись. Что ты со мной сделал? Что ты мне вколол, Бутч?

— Заглохни! — он поднял меня, прислонил к оградке и быстро собрал в пакет бутылки. — Поехали.

— Что ты сделал? Зачем? Бутч, ты мудак! Зачем ты мне сказал про ночь?

— Затем, чтобы ты начал думать! — зло ответил он. Тряхнул пакетом и, схватив меня за грудки, притянул к себе. — Это тебя не спасет! Понимаешь? Подумай своей тупой башкой! Подумай, что бы сказала твоя мать! Подумай, Фил! Этого она хотела от тебя? Сомневаюсь.

— Отвали! — оттолкнув его от себя, заорал я. — Ты нихрена не понимаешь!

— Да? — Бутч снова рванул меня на себя и зло зашипел, — У меня не было и сотой части того, что было у тебя! Твоя мать не отказалась от тебя! Не бросила у дверей детдома, чтобы не позориться сыном-уродом. И после этого, ты мне хочешь сказать, что я ничего не понимаю? Меня вычеркнули из жизни за кривые глаза, а за тебя, дебила, отдали жизнь! Кто из нас двоих должен ненавидеть этот ебучий мир? Кто? Ты? Или все же я? Кто, Фил?

Бутч встряхнул меня, как щенка, и опустился на скамью.

— Помнишь, как мы познакомились? — он усмехнулся. — До сих пор не могу понять, почему твоя мама тогда не сдала меня в ментовку. Привела к вам домой, накормила и попросила отдать фотографию из кошелька. Фотографию, а не деньги. Понимаешь? Ей была важна твоя фотография.

— Заткнись! — прохрипел я, вытирая слезы. — Я все это знаю.

— Нет! Ты послушаешь еще раз! — Бутч достал из кармана связку ключей и посмотрел на маленькую обшарпанную машинку-брелок. — Ты тогда отдал ее мне, хотя тетя Женя только купила новую модельку для твоей коллекции. Помнишь?

— Помню. Красный "Вайпер".

— И трансформера.

— Который ты тут же сломал, — грустно улыбнулся я.

— Иди в жопу! У меня таких игрушек никогда не было. Откуда я знал, как его правильно складывать, — Бутч пожал плечами и помотал головой. — Прикинь, как мне было обидно. А сейчас. Посмотри на себя, Фил. Откуда из тебя вылез этот урод? Где тот парнишка?

— Он умер, Бутч.

— Повтори!

— Он умер, Бутч!

— Нет, сука! — Бутч поднялся и хлестко ударил меня в грудь, вышибая из нее остатки воздуха. — Ты, как последний дебил, закопал его в том дне! Не стал даже пробовать жить дальше! Думаешь тебе одному херово? Да? Твоя мама собиралась усыновить меня. Она уже оформила все документы, и я впервые поверил, что у меня тоже будет настоящая семья и появится младший брат. А ты? Помнишь, как ты радовался? Помнишь, как показывал мне мою будущую комнату?

— Помню, Бутч, — прохрипел я, хватая ртом воздух.

— Мне насрать, что ты там себе придумал. Нравится тебе это или нет, но ты все равно остался моим братом. Младшим братишкой, который уже в край задолбал своими выходками! — он помог мне разогнуться и повел к машине с шашечками, выкинув пакет с бутылками в мусорку. — Дебил, ведь просил не бухать.

Два дня я провалялся в постели, бредя от температуры и кошмаров, захлестнувших мое сознание с новой силой. А Бутч все это время возился со мной. В те моменты, когда я выныривал в реальность, он отпаивал меня какой-то мерзостью, укутывал одеялом, слушая, как стучат мои зубы о край кружки и снова исчезал в накатывающей темноте. Мир превратился в повторяющиеся слайды одного единственного дня. Дня, который разделил мою жизнь на две части. В одной я был счастливым мальчишкой, бегущим с мамой наперегонки по лестнице, а в другой… В другой появился поседевший отец и звенящая пустота в квартире.

— Ну как? Полегче?

— А что со мной будет, Бутч, — просипел я, выдавливая улыбку. Поднялся с постели и стал натягивать джинсы.

— Далеко собрался?

— До… мой, — бухающий кашель разбил слово пополам, но никак не повлиял на мои намерения валить. — Спасибо за все, Бутч.

— Возьми мою куртку. И лекарства.

— Хорошо.

Законопатившись в куртку, которая была мне велика на четыре размера, махнул рукой и отчалил на такси в клуб. Домой, в привычном понимании этого слова, я бы не поперся в любом случае. Тем более в таком состоянии. Видеть отца и его Ингеборгу не было ни малейшего желания. Хотелось просто отлежаться, а не слушать бесконечные нотации и ор.

Выйдя у служебного входа, долго хлопал себя по карманам в поисках ключей, пока не вспомнил, что выскочил в одной майке, а потом закрутилась эта канитель. И как полный дебил поперся долбиться в основные двери. То, что клуб официально начинал свою работу только вечером, не означало, что днём в нем никого нет. Несколько минут я пинал двери, сатанея от собственной тупости. Остановился прокашляться и едва не впечатал ботинком Дэну по ногам — он вовремя отскочил в сторону, предупреждающе завопив: "Фил, бля!"

— Чего так долго? — спросил я, проталкивая его внутрь.

— Да я вообще мимо случайно проходил. А ты куда пропал? Мы уже в ментовку заяву писать собирались.

— Не дождетесь такого счастья, — расстегнул куртку и включил начальника, — Какого хера не бритый?

— Ты уже определись. То отращивай бороду, то брейся.

— Да? — я помотал башкой, вспоминая о своих указаниях на счёт бороды, но так ничего и не выковырял из памяти. — Короче, сбрей. И придумай что-нибудь пожрать.

— Окей. — Дэн почесал подбородок и побрел в сторону кухни, что-то недовольно гундося под нос.