Сократ (сборник) - Эдвард Радзинский

Рев толпы.

Корифей . Они подсчитали. Двести двадцать один камень брошен в урну, чтобы оправдать Сократа, но двести восемьдесят решили, что он виновен… Они поиграли в камешки.

Хор . Виновный Сократ должен сам просить наказание у народа.

Сократ . Я удивлен, сограждане. Выпади на тридцать камешков меньше, и я был бы оправдан. Сошлись три мудрых, три смелых обвинителя – и всего тридцать камешков!.. Итак, какое наказание я назначил бы себе сам за свои преступления?.. За то, что никогда не давал себе покоя… За то, что всегда шел туда, где мог убедить вас, что нельзя все время заботиться о чинах, о речах в народном собрании, об участии в управлении и заговорах… За то, что призывал вас думать о самих себе, чтобы каждому стать лучше… Что я назначу себе в наказание за такую свою жизнь?.. Я кормил бы себя бесплатными обедами, как кормите вы тех, кто побеждает на Олимпийских играх. Потому что те, кто побеждает в состязаниях колесниц, дают вам мнимое счастье, а я пытался дать подлинное. Они – повара, я врач. (Усмехнулся.) Кроме того, они здоровы и не нуждаются в бесплатном питании, а я, увы, уже нуждаюсь!

Гневные крики в толпе.

Но я слышу, у вас другое мнение. Что ж, давайте исследуем и другие наказания для Сократа. Итак, первое: вы можете заключить меня в тюрьму. Но я люблю свободу! Я не смогу жить в неволе, и тюрьма для меня хуже смерти! Запомните это, судьи!.. Можно отправить меня в изгнание. Но и это будет неразумно: если вы, мои сограждане, не вынесли моих наставлений, то почему их должны выносить другие! А если на чужбине я откажусь наставлять юношей мудрости, они попросту изгонят меня за бесполезность. Если же я начну их наставлять, меня изгонят их отцы, как это сделали вы!.. Вы скажете, сограждане: но разве Сократ не может жить в Афинах спокойно, никого не уча? Не могу! Свидетельством тому нос Анита… Поэтому, афиняне, у вас есть только два наказания для Сократа: бесплатные обеды, или… (Засмеялся.)

Афины после суда. Стемнело. С факелами в руках возвращаются Сократ и его ученики.

Второй . Что теперь делать?

Сократ . Быть мудрым и ждать приговора.

Второй (шепотом). Сократ, мы устроим побег.

Продикс факелом в руках догоняет Сократа.

Продик . Ты победил меня сегодня, Сократ, но я… улыбаюсь.

Сократ . Это означает, что ты нарочно позволил мне победить себя, как друг детства.

Продик (не желая замечать насмешку). Ты совсем бодр, Сократ, после такого суда! А я, знаешь ли, сильно устаю к вечеру. Хотя я и помоложе. Ты могуч, Сократ. Но зато днем я чувствую себя молодым. Мне кажется, если бы не вели люди этот проклятый счет годам, я чувствовал бы себя совсем молодцом… А ты действительно не боишься смерти?

Сократ . Нет, Продик.

Первый (торжествующе). Сократ!

Продик . Ая боюсь… Вокруг все время уходят сверстники. Живешь, как в порту, когда ждешь свой корабль и смотришь, как отплывают, отплывают… Ну, прощай, Сократ! Мы с тобой вместе начинали, не думал, что так все печально окончится. (Помолчав.) Я очень хотел бы поговорить с тобой… перед…

Сократ . Я всегда рад беседе, Продик. Даже… перед… (Засмеялся.)

Голос Ксантиппы из темноты: «Сократ, Сократ!»

Первый (торопливо). Сократ, быстрее! Второй . Мы приготовили все для пира!

Голос Ксантиппы : «Сократ! Сократ!»

Сократ . Нет. Сегодня я должен быть с нею. Это моя последняя ночь в моем доме. Я всегда жил на улицах, на базарах, в портиках храмов.

Голос Ксантиппы : «Сократ! Сократ!»

Она все пыталась устроить «дом», а я смеялся. Но сейчас мне показалось, что я люблю свой дом. Во всяком случае, я хочу провести в нем последнюю ночь.

Первый (сурово). Это говорит не Сократ. Сократ когда-то замечательно ответил Кимону из Самоса. Когда тот спросил Сократа, откуда он родом, Сократ ответил ему: «У меня нет дома, я – гражданин Вселенной!»

Сократ . Было… Было… Удачный ответ.

Голос Ксантиппы : «Сократ, я чувствую, ты здесь!»

Я вас прошу сделать веселые лица, иначе завтра она приведет детей в суд. И побыстрее спрашивайте, если у вас остались важные вопросы.

Второй . О побеге.

Сократ . Пустое.

Первый . Я всегда хотел спросить тебя. Сократ, о чем ты думал в ту ночь, которую ты простоял в задумчивости, – перед битвой при Потидее?

Сократ . Это важно. Это было во время отступления. Я шел пешим, защищая отступавших. Я убил многих, и люди падали и грызли зубами землю, вопя от боли… А потом, ночью, я стоял без сна в кромешной тьме и вдруг ясно вспомнил, как они стенали и рушились на землю… И мне стало больно в животе. И тут я понял, что есть – общее «я»… что мое «я» – есть у другого, и он тоже «я». Я убивал «я»!

Входят Ксантиппа и Геракл с факелом.

Все хорошо, Ксантиппа!

Ксантиппа (тихо) . Они осудили тебя…

Сократ . Да.

Ксантиппа . Насмерть…

Сократ . Приговор вынесут завтра.

Ксантиппа . Ты не бойся, старенький Сократ… Я не буду стенать, царапать грудь и мести косами пол. Все будет очень тихо. Пошли, родной!

Первый и Второй . Спокойной ночи!

Ксантиппа . И вам того же – спокойной ночи!

Афины. Ночь. Дом Мелета. Анит и Мелет . Анит оглядывается.

Мелет . Не нравится? Бедновато?

Анит . Я всегда рад посетить дом друга.

Мелет . Нам непросто дружить с тобой, Анит. Разница в возрасте… Все сыновья похожи на Эдипа, и у них в крови – убить своих отцов. Об этом твердят все. А то, что папаши завидуют сыновьям и не прочь при случае их съесть живьем, как Сатурн своих возлюбленных деток, – об этом молчок?.. Но когда же ты представишь меня Хору?

Анит . Мы договорились – после приговора Сократу.

Мелет . Это официально. А неофициально, просто, чтобы познакомиться…

Мелет не договорил фразы. Появляется гетера Гарпия . Она молода и прекрасна.

(Почти испуганно.) Зачем?

Анит . Это прекрасная Гарпия. Она была на суде, и ей очень понравилась твоя речь. Она упросила меня познакомить ее с тобой.

Гарпия . Это так, Мелет.

Мелет (засмеялся, стараясь не глядеть на Гарпию; Аниту). Ты хочешь заплатить мне шлюхой?

Анит . Ну, зачем так? Ты выше человеческих слабостей, ты нас предупреждал. Просто божественные Парки прядут нити нашей судьбы, и в твоей судьбе сегодня запуталась женщина. Прощай! Мелет (испуганно). Куда ты?..

Но Анит уходит.

Гарпия . Поэт боится меня.

Мелет (стараясь говорить грубо). Садись, девка!

Гарпия . Мне больше нравилось, когда ты называл меня «шлюхой», суровый поэт. Мне уйти?

Мелет (после паузы). Откуда ты родом?

Гарпия . Еще можешь спросить, который сейчас час. (Засмеялась.) Я из Сицилии, робкий поэт. (Чуть насмешливо.) Конечно, старая история: захватили город, убили отца и братьев и взяли меня в рабство.

Мелет (неловко). Бедная!

Гарпия . Вот видишь, всего один поэтический рассказ, и я уже бедная вместо шлюхи… торопливый поэт!

Мелет . Девка! Тварь! Я тебя ударю! Ты издеваешься…

Гарпия молчит, улыбается.

Прости… Говори дальше. Гарпия (чуть серьезнее, так что юмор теперь почти незаметен). Была рабыней. Меня хлестали по рукам – бичом. (Протягивает к нему руки.) Здесь – отметины.

Мелет дотрагивается до руки Гарпии.

Этот рубец… И еще выше, у плеча…

Мелет вдруг прижимается губами к ее руке.

(Хохочет.) Чувствительный поэт.

Мелет (яростно). А дальше убийца твоего мужа поселил тебя в своем доме? А дальше ты жила с ним! (Задыхаясь.) И ты рожала ему детей! Ты переливала кровь убийцы мужа в кровь его ублюдков! Гарпия (хохочет). Ревнивый поэт!

Мелет . И он за это отпустил тебя!

Гарпия . Так хотели боги.

Мелет . Я плюю на ваших богов! Я в них не верю! (Целуя ее руки.) Никому не верю! Я тебя увидел в первый мой день в Афинах! Ты шла вдоль портика храма! Я часто заглядывался на женщин! Они меня не замечали. Но когда прошла ты, я перестал их видеть! Я называл тебя последними словами! Я все знал о тебе. (Кричит.) Но я не мог тебя забыть! Ты мне снилась. И когда сегодня ты вошла, я испугался! Я по правде понравился тебе на суде?

Гарпия (без выражения). Очень, рыбочка моя!

Мелет (опускается у ее ног и зарывается головой в колени). Я расскажу тебе все! Я был нищ, уродлив, болен и один… И вот однажды я решил: жизнь коротка, она проходит, а я не жил! И я переменил свою жизнь! Я хочу… всего. Поэтому нет больше того, чего бы я не совершил во имя… всего. Я – свободен! Никаких обязанностей! Я! Я! И я крикнул об этом богам! Это было ночью, в поле. И вдруг раздался удар грома. Я понял, что Зевс недоволен, и тогда я заставил себя крикнуть снова: «Плюю на вас, бессмертные боги!»