Бегство Квиллера - Адам Холл

- Дело не только в том, что тут замешаны наркотики и международная торговля оружием. Юго-Восточная Азия - это исключительно сложный регион в политическом плане, и то, что вам предстоит там сделать, Квиллер, должно привести к устранению - или хотя бы к нейтрализации - определенных элементов, угрожающих нарушить баланс сил в данном регионе, включая и потенциальный риск столкновения сил Запада и Советов в Таиланде. Мы...

- Вооруженного столкновения?

- В наши дни, - уклонился он от прямого ответа, - все возможно, особенно после катастрофической неудачи последнего международного симпозиума. И это уже не просто холодная война, а настоящие заморозки.

- Серьезная вещь. Откуда все это взялось?

- Мой департамент поддерживает отношения с этой иностранной державой через дипломатическую почту. Вам придется работать и на нее, но конечный успех вашей миссии пойдет на пользу Королевству и, конечно, нашим союзникам, Соединенным Штатам. Не буду уж упоминать о мире во всем мире. - Он откинулся на спинку сиденья.

- Похоже, это несколько иной вид операций, к которым я привык. Тут слишком много геополитики.

- Да, подтекст её в самом деле геополитический, но пусть он вас не волнует. На самом деле, это именно то, чем вы обычно и занимались - очень осторожное и тщательное проникновение в тайную сеть могущественной противной стороны. - Он снова поправил рукава. - Но почему бы вам еще раз не переговорить с Пеппериджем прежде, чем вы примете решение? Через десять минут мне надо быть в Клубе Путешественников, а вы можете отправляться своим путем. - Он повернулся к окну посмотреть, где мы находимся, и, опустив стеклянную перегородку, попросил водителя высадить его. Выходя из такси, он повернулся ко мне и тихо сказал:

- Как вы, надеюсь, понимаете, никакой встречи у нас с вами не было.

- Я уже взял для тебя билеты на самолет, - встретил меня Пепперидж. "Сингапур Эйрлайнс" рейс 297, пересадка в Бомбее, первым классом. - Он выложил глянцевые листики билетов. - Все уплачено, и не мной. Отель в Сингапуре не самый шикарный, но выбран неслучайно. Он примыкает к одной из торговых улиц и по этой причине должен тебя устроить.

Мы сидели на скамейке в парке. Легкий ветерок рябил гладь озера; на фоне темных, отливавших металлом, облаков флаги над Сент-Джеймским дворцом отсюда казались пурпурными пятнышками.

- Как насчет прикрытия? - спросил я его. - Подходы, курьеры, связь? - Я понимал, что ставлю его в неловкое положение, но выхода у меня не было. Посылало меня с заданием не Бюро. Теперь я имел дело с остатками некогда талантливого оперативника, объяснявшего мне суть задания, к которому он сам не имел отношения. - Впрочем...

- Боюсь, - тихо сказал он, - что главным образом, старина, тебе придется рассчитывать лишь на самого себя.

- Конечно.

- И как ни крути, придется привыкать. - Он усмехнулся.

- Да.

В сейфе у меня лежала дюжина паспортов с визами, которые я могу пустить в ход, если окончательно решусь взяться за это дело.

- Я бы мог предложить тебе прикрытие, - Пепперидж вскинул на меня желтоватые глаза, - в виде импортно-экспортных операций, в которых ты будешь выступать как специалист по оружию. Подробности получишь на месте. - Он вытащил из конверта последний билет, бланк которого украшало изображение летящей утки, и протянул его мне. - Что же до подходов, не беспокойся, на тебя выйдут. Все данные вот здесь. - Сразу же при встрече он вручил мне продолговатый запечатанный конверт. - После того, как будет налажена связь, тебе придется самому подобрать несколько человек, если ты найдешь, кому можно довериться.

Он встал, и я заметил скованность его движений. Господи, да он совсем разваливается, сущий старик, хотя ему нет и сорока...

- Я ничего не могу обещать.

- Конечно, не можешь. Отправляйся, встреться с ними, послушай, что они тебе выложат. Если ситуация тебя не устроит, ты ничего не обязан делать гарантий я им не давал. - Я уловил тоскливую нотку в его голосе. - Терять тебе нечего: за поездку заплачено из их кармана. Так что можешь радоваться.

В последний раз я встретился с ним через два дня, за чашкой кофе у "Уимпи" на Элгвар-роуд. Когда мы вышли, я предложил Пеппериджу подбросить его по дороге в аэропорт.

- Не стоит утруждаться, старина, я с удовольствием пройдусь, что пойдет мне только на пользу. - Он стоял, засунув руки в карманы, и полы плаща хлопали его по коленям; улицу насквозь продувало весенним ветром, который нес с собой запах дизельного топлива. - И знаешь, я... - Его узкогубый рот внезапно обрел жесткость - я позавчера в рот и капли не взял, и, пока мы с тобой работаем в паре, так будет и дальше. Я просто... - вытянув из кармана узкокостную руку, он сделал отметающий жест, - я просто хотел, чтобы ты об этом знал. Вот возьми лучше... - Он протянул мне визитку. - Я снял коттедж в Челтенхеме, недалеко от штаб-квартиры. Пивнушки вокруг, конечно, полны интересной публики, которой нужна информация, и, если я нащупаю, что может тебя заинтересовать, сразу же дам знать. Там же и номер моего телефона. Он принадлежит владельцу, так что записывай его не на мое имя, а только номер, ладно? Я поставлю автоответчик. Ты всегда сможешь оставить послание для меня, если я ушел куда-то в бар. - Он снова смущенно улыбнулся. - Тоник с ангостурой, так? Господи, ну и мрачная жизнь меня ждет, должен сказать.

Мимо прошло двухпалубное судно, и от рокота его двигателя звякнуло стекло витрины магазина готовой одежды.

- Я, конечно, обзаведусь друзьями в Челтенхеме, - усмехнулся Пепперидж. В голосе у него на этот раз слышались горделивые нотки. - В случае необходимости, я смогу связаться с тобой даже с их радиостанции, через Верховный Комиссариат в Сингапуре. - На мгновение он отвел глаза, а потом его желтые глаза, сощурившиеся от ветра, снова уставились на меня. - Я понимаю, что это не та служба, к которой ты привык. Но уж извини.

Через час и четырнадцать минут, в 17.51, я вылез из машины и направился к стойке сингапурской авиалинии в аэропорту Хитроу. Сзади подъехала еще одна машина, и я рассеянно взглянул на ее единственного пассажира, обратив внимание на родинку под ухом.

Миновало еще полчаса, и самолет рейса 297 уже вырулил на взлетную полосу, где, ожидая разрешения на старт, разогревал двигатели. Разрешение было получено с диспетчерской башни в 18.24, с опозданием на семь минут. Вечернее небо было почти чистым, только в южной стороне горизонта плавали башенки облаков.

Через девять часов лета, в Бомбее, где мне предстояла пересадка, я купил сингапурское издание "Тайме" и расположился в кресле зала ожидания. В Куала Лумпуре лидер Национального фронта вчера объявил, что пора положить конец несбалансированной промалайзийской правительственной политике и предупредил премьер-министра доктора Мохадира Мохамеда Датук Сери, чтобы он положил конец коррупции. В Бангкоке новый военный руководитель Таиланда генерал Чаволит отдал приказ: армия и государственные радио и телевидение не будут участвовать в политических играх в преддверии всеобщих выборов. В Сингапуре министр обвинил офицеров полиции в ненужной жестокости и предложил им наладить более тесные контакты с народом, которому они служат. Драки между подростками в кофейнях и вайаигах обретали всю большую жестокость, которая, в свою очередь, требовала все более жестких мер, потому что, например, вчера двенадцатилетнему мальчику ножом отрезали ухо.

В газетах не было ни одного упоминания о торговле наркотиками или оружием. Минут через двадцать, поднявшись, я приобрел экземпляр "Глитца" и направился на посадку на рейс 232, который отлетал в Сингапур в 08.36. Я едва успел на него.

Во время полета я еще раз перечитал инструкции, врученные мне Пеппериджем, намертво запомнил основные указания в них и затем, в туалете, разорвал три листика тонкой бумаги на мелкие кусочки, которые спустил в унитаз. Когда я вернулся к себе на место, стюардесса задернула шторы между салоном первого класса и туристским, после чего повезла по проходу тележку с напитками. Я же предпочел откинуть спинку сиденья и расслабиться, переходя от альфа- к бета-волнам.

Конечно же, в СИС внедрилась парочка "кротов". Иначе и быть не могло.

- Не хотите ли шампанского?

Миндалевидные глаза с густо подведенными веками; дорогое шелковое кимоно с охряными драконами и белой оторочкой, несколько изящных складок на покатых плечах.

Я покачал головой.

- Мы летим по расписанию?

Она глянула на нефритовый циферблат своих часиков.

- С опережением в десять минут. В Сингапуре мы должны приземлиться примерно через три часа, в час по местному времени. Вам принести что-нибудь, сэр?

- Ничего, спасибо. - На меня пахнуло запахом духов пачули, когда она прошла мимо меня.

О "кротах" мне поведал Флодерус: все, кому полагалось, знали о них, и многим не спалось по ночам. Они убили кучу времени, пытаясь вычислить их, но пока не обнаружили, и никто не может точно сказать, какой ими нанесен урон. Так вот обстояли дела. Один из "кротов", скорее всего, почувствовал: Флодерус что-то затевает. Или же Пепперидж слишком громко говорил, в баре или в другом месте.