Влюбить в себя жену - Андреа Лоренс

– Просто увези меня из офиса, – сказала Амелия.

– Я тебя понял.

Она надела пальто и быстро вышла вслед за Тайлером. Он провел ее на автостоянку, где стоял арендованный новенький черный БМВ.

Оглядев роскошную отделку салона автомобиля, Амелия подумала, как приятно быть богатым. Она никогда не была богачкой. Ее отец, учитель математики, а потом директор средней школы, был единственным кормильцем в семье. Он хорошо зарабатывал, но Амелия всегда считала, что их семья принадлежит к среднему классу. Повзрослев, она вкладывала все свои средства в компанию по организации свадеб. Тайлер был беднее ее, пока они были детьми. Он был одним из шестерых детей в семье, которая жила впроголодь, несмотря на все усилия родителей.

В детстве Амелия и Тайлер мечтали водить новенький БМВ. Сейчас он добился огромного успеха, и она очень им гордится.

– Куда поедем? – спросил он.

– В нескольких кварталах отсюда есть кафе.

– Отлично. – Тайлер завел машину и направился по указанному адресу. В соседнем коммерческом квартале были рестораны и кафе, где они могли посидеть и поговорить. Учитывая состояние Амелии, она вряд ли будет что-нибудь есть, но, возможно, выпьет горячего чаю. И может быть, съест булочку.

По пути в кафе они не разговаривали, что было странно само по себе. Они всегда легко находили темы для разговора и могли часами болтать друг с другом. Теперь между ними повисло напряжение.

Амелия вздохнула и посмотрела в окно. Им нужно многое сказать друг другу, но ни она, ни Тайлер не готовы к разговору. Он только что узнал, что станет отцом. Ему нужно время, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Тайлер никогда не говорил о желании создать семью – по крайней мере, после разрыва с Кристиной. После расставания с ней он с головой ушел в работу. А сейчас новость об отцовстве стала для него неожиданным ударом. Амелия всегда мечтала о детях, но беременность все равно была для нее неожиданностью.

В конце концов, они приехали в кафе. Тайлер купил им обоим напитки, а себе большую булку с корицей. Они расположились на плюшевом диване вдали от остальных посетителей.

Тайлер уселся рядом с Амелией. Их колени слегка соприкоснулись, и она сразу насторожилась.

Амелия принялась размешивать сахар в чае, чтобы не думать о близости Тайлера. Она решила молчать и ждать, что скажет он.

– Итак, – начал он, откусив булку и отпив кофе, – чьим родителям ты хочешь сообщить в первую очередь: своим или моим?

Амелия чуть не поперхнулась чаем. Она совсем не ожидала такого вопроса.

– О чем им сообщать?

– О том, что мы поженились и ждем ребенка, – ответил он.

Она резко покачала головой:

– Ни моим, ни твоим.

Тайлер нахмурился, глядя на нее:

– Нам придется им сообщить рано или поздно. Мы не можем просто показаться в их доме с младенцем и объявить, что это их внук.

– Я понимаю, – возразила она. – О ребенке нам придется, в конце концов, им сообщить. Я имею в виду свадьбу. Я не понимаю, зачем кому-то говорить, что мы поженились, если мы собираемся подать на развод. Честно говоря, я предпочла бы, чтобы мой отец не узнал о нашей свадьбе. Ты знаешь, какой он. Он разрешил мне поступить в университет в штате Теннесси только потому, что там живут мои бабушка и дедушка. Он просто уверен, что я обязательно вляпаюсь в неприятности.

Тайлер задумчиво кивнул:

– Я понимаю твое беспокойство. Я тоже не планировал рассказывать своей семье о свадьбе. Я приехал в Нэшвилл, чтобы договориться с тобой о разводе. Но теперь все изменилось.

Она вздрогнула:

– Как? Что изменилось?

– У нас будет ребенок, – сказал он так, будто сообщая ей очевидную истину. – Будет нелегко, но нам придется создавать семью.

– С-семья? – заикаясь, спросила она, внезапно испугавшись.

– Ну да. Я имею в виду, что, раз ты беременна, о разводе не может быть и речи.

Лицо Амелии стало пунцовым, и Тайлер сразу понял, что ляпнул что-то не то. По крайней мере, он неправильно выразился. Он знал, что предлагает верное решение. Но Амелия не любит, когда ей указывают, что делать.

– Не может быть и речи? – злобно передразнила она его. – Ты ведешь себя так, словно только ты один имеешь право принимать решение. Я знаю, ты привык приказывать своим подчиненным, но ты не мой босс, Тайлер. Ты не можешь заставить меня оставаться твоей женой.

– Конечно, я не единственный, кто принимает решение, – успокоил ее он. – И я тебя не принуждаю. У меня бы и не получилось тебя заставить. Ты самая упрямая женщина, которую я знаю. Но у нас будет ребенок. Мы должны думать о нем.

Ребенок. Тайлер не верил, что произносит это слово вслух. После расставания с Кристиной он поклялся, что не повторит прежнюю ошибку. Радость и мечты о любви не стоят неизбежного краха и разочарования. Он решил, что ограничится короткими романами, и сосредоточился на работе. Бизнес давался ему намного легче, чем мир романтики.

Но сейчас, думая о том, что ему придется строить семью с Амелией, он обнаружил, что эта идея его совсем не беспокоит. Он вдруг представил себе строптивого малыша с непослушными рыжими кудрями, бегающего по кафе. Образ казался настолько реальным, что Тайлер был готов схватить хихикающего ребенка на руки. Он вдруг захотел этого больше всего на свете. Когда Амелия сообщила ему о ребенке, он был поражен, но теперь знал, что следует делать.

Судьба дает Тайлеру шанс завести семью, которую он хотел, и, возможно, во второй раз ему повезет. У него родится ребенок от его лучшего друга. Этот ребенок нуждается в стабильной, любящей семье, и Тайлер вместе с Амелией ему это обеспечат.

Амелия посмотрела ему в глаза:

– Знаешь, я не та женщина, которая настаивает на свадьбе с нелюбимым мужчиной только потому, что забеременела.

Тайлер постарался не обижаться. Он знал, что Амелия любит его. Но как друга. И он любит ее как друга. Однако им наверняка удастся полюбить как мужчина и женщина.

– Я знаю, что наш брак и наш ребенок не входили в твои долгосрочные планы, – сказал он. – Но не кажется ли тебе, что мы, по крайней мере, должны попробовать построить отношения ради нашего ребенка?

– Почему мы не можем остаться друзьями, когда у нас родится ребенок? Мы бы вместе его воспитывали. Будет проще, если ты переедешь в Нэшвилл. Мы не должны оставаться мужем и женой, чтобы заниматься своим ребенком. Мы не должны притворяться, будто наша брачная ночь намного важнее, чем нам кажется, только потому, что я забеременела.

Амелия рассуждала так, словно у них была случайная связь. Но нельзя забывать, что они занимались любовью. Тайлер был уверен, что не желает оставаться просто другом Амелии, когда родится их ребенок.

– Ладно. Давай пока не будем говорить о ребенке. Я хочу, чтобы мы серьезно обсудили, что делать. Нельзя принимать опрометчивое решение.