Любящее сердце - Мэри Бэлоу

– Да уж, – медленно проговорила Дженнифер, – он и впрямь похож на черта. В той же мере, в какой лорд Керзи напоминает ангела. Ты совершенно верно отметила, Саманта, что они – полная противоположность друг другу. Этот господин имеет внешность Люцифера, тогда как Керзи – ангела.

– Ангел Гавриил, – со смехом заключила Саманта, – и дьявол Люцифер. – Затем, поиграв зонтиком, продолжила:

– Знаешь, эта прогулка оказалась на редкость удачной, несмотря на требования тети Агги, чтобы мы до следующей недели и носу не показывали там, где можно встретить кого-нибудь из высшего общества. Два господина пожелали нам доброго дня, и я готова взлететь от счастья, несмотря на то что один из них похож на черта. Красивого черта, должна заметить. Тебе-то, конечно, не придется ждать до следующей недели. Завтра утром к нам пожалует лорд Керзи.

– Да, – словно очнувшись от сна, встрепенулась Дженнифер.

Действительно, сегодня утром стало известно о том, что лорд Керзи приехал в Лондон и намеревается нанести визит ее отцу и ей самой.

Иногда так трудно заставить себя помнить о том, что тебе двадцать лет и ты дама из общества. Трудно уследить за тем, чтобы пальцы сами радостно не вращали ручку зонта, а ноги не начинали приплясывать. Завтра она увидит Лайонела. Завтра, возможно, помолвка будет объявлена официально.

Завтра. Когда же оно наступит?

Глава 2

Леди Брилл, приходящаяся Дженнифер и Саманте теткой – тетя Агата, – была всего лишь вдовой баронета и сестрой виконта, но при этом умела выглядеть величественной и неприступной настолько, что ей могла бы позавидовать герцогиня. За долгие годы жизни в столице она досконально узнала все правила игры в свете и на практике изучила его законы. Использовав тонкую лесть и мягкую вкрадчивую настойчивость, леди Брилл добилась, что уже к раннему утру, всего лишь спустя ночь после того, как мадам Софи сняла мерки с мисс Дженнифер Уинвуд и мисс Саманты Ньюмен, для первой из них было готово бледно-зеленое утреннее платье, которое доставила в дом помощница мадам Софи. Портниха настояла на примерке, желая быть уверенной в том, что платье сидит великолепно и не требуется никаких переделок.

Дженнифер необходимо было выглядеть наилучшим образом во время первого официального визита к ней виконта Керзи.

Она должна быть скромной и сдержанной, такой, как положено быть леди. Это внушала себе Дженнифер, перебирая дрожащими от волнения руками несуществующие морщинки и складки. Сердце ее трепетало. Она дышала так, будто только что пробежала милю вверх по склону холма. Саманта заглянула в гардеробную, чтобы сообщить, что граф и графиня Рашфорд и виконт Керзи уже приехали.

– Ты отлично выглядишь, – сказала она, глядя на кузину со смешанным чувством восхищения и зависти. – Дженни, скажи, каково это? Что ты чувствуешь, зная, что вот-вот должна встретиться с будущим мужем?

Что она чувствовала? Будто ноги ее налились свинцом. Если бы она утром в состоянии была что-то съесть, то ее, наверное, стошнило бы. Впрочем, тошнота и так подступала к горлу.

– Ты думаешь, надо было отрезать волосы? – спросила Дженнифер, не зная, что сказать. Из зеркала на нее смотрела уверенная в себе леди, способная говорить вполне внятно; она с трудом верила тому, что видит. – На мой взгляд, они и впрямь слишком длинные, хотя тетя Агги говорит, что короткие волосы в моде на сезон, не больше.

– По-моему, у тебя очень даже элегантная прическа, – сказала Саманта, – а эти две свободные прядки – просто прелесть. Знаешь, я думала, ты будешь плясать от возбуждения.

– Как же! Я ног не могу оторвать от пола. Саманта, мы виделись почти год назад, мельком, пробыли вместе минут пять, а наедине вообще никогда не оставались. Что, если он передумал? Что, если он вообще никогда не хотел этого брака? Наши отцы договорились несколько лет назад, не спрашивая нашего согласия. Я никогда не была против, а как Керзи?

Дженнифер побледнела. Она вся трепетала от волнения.

Саманта прищелкнула языком и посмотрела на потолок.

– Мужчин никто не принуждает жениться, Дженни. Женщины – другое дело. У нас вообще редко спрашивают, чего мы хотим. Такова жизнь, и тут уже ничего не поделаешь. Если лорд Керзи против этого брака, он мог бы давно сказать об этом. Не говори глупостей. Это у тебя от волнения. Раньше что-то ты не высказывала никаких сомнений.

Но это не значит, что у нее их не было. Просто она прятала их глубоко, сама забывая об их существовании. Как часто она боялась, что мечты обернутся ничем. Не сбудутся, и все тут. Дженнифер даже не пыталась представить, что она будет делать, если все так и случится. Жизнь ее сразу потеряет смысл, в сердце появится пустота, болезненная и страшная. Но… Керзи был уже здесь. Сейчас, в эту самую минуту, он ждал ее внизу.

– Если меня не пригласят в гостиную прямо сию же минуту, я рухну на пол, – проговорила Дженнифер, с силой сжав пальцы в кулак и столь же резко разжав их. – Может, это всего лишь визит вежливости? Как ты думаешь? Наверное, они должны нанести нам несколько визитов, прежде чем подойти к существу дела, не так ли? Представляю, какой дурой я буду выглядеть в их глазах: разодетая в пух и прах ради обычного утреннего приема… Скорее всего леди и лорд Рашфорд и Лай… их сын будут надо мной смеяться, когда останутся одни. Если бы он пришел ради этого, то не стал бы брать с собой маму и папу, ведь так?

Саманта опять со скучающим видом посмотрела на потолок, но на этот раз ей не пришлось утешать подругу, поскольку в дверь постучали и дворецкий объявил, что мисс Уинвуд ждут внизу, в гостиной.

Дженнифер сделала глубокий вдох, обнялась с кузиной и пошла к гостям. Спускаясь по лестнице, она крепко держалась за перила, молясь о том, чтобы ноги не слушались ее и сердце не выпрыгнуло из груди.

Итак, она вот-вот увидит его. Такой ли он, каким она его помнила? Будет ли он доволен тем, как она выглядит? Сможет ли она вести себя так, как полагается солидной двадцатилетней даме?

При появлении Дженнифер три джентльмена, находящихся в гостиной, одновременно встали с кресел. Дама осталась сидеть. Дженнифер сделала изящный реверанс, поздоровавшись с отцом, затем,.после того как отец представил ее гостям, поприветствовала графа и графиню Рашфорд. Граф был все таким же крупным, каким она его запомнила. В его облике еще сильнее проступило нечто от хищника, нечто угрожающее. Саманта не раз говорила, что сын его точь-в-точь похож на отца и когда-нибудь станет его копией, но Дженнифер так и не смогла найти между ними хотя бы приблизительное сходство. Лайонел никогда не сможет превратиться в нечто столь… малопривлекательное. Графиня была бесформенной и рыхлой дамой с плоским невыразительным лицом. Удивительно, как у таких ничем не примечательных людей мог родиться столь красивый сын!