После него - Найки Рор

class="p1">— Выгляжу готовым ко всему, но на самом деле я хотел быть готовым только для тебя.

Я улыбнулась ему и почувствовала, как пылают щёки. Харди положил руки мне на колени, скользнул ими по бёдрам и в итоге расстегнул мои джинсовые шорты, которые в итоге полетели на пол.

Я осталась в топе и трусах. В обычной ситуации я бы умерла от стеснения, оказавшись полуголой перед парнем, который мне нравился, но я была возбуждена и наполовину пьяна.

Харди расстегнул свои шорты-бермуды, и мой взгляд упал на его пах. Если всё пропорционально, этот вечер станет незабываемым во многих отношениях.

Харди снова расположился между моих ног и завладел моим ртом. Его язык чувственно двигался, повторяя движения бёдер. Я ощущала себя влажной, готовой и чувствительной. Если он продолжит, я кончу, даже не нуждаясь в большем.

Последовали сумасшедшие мгновения, наполненные стонами, пока мои руки искали опору вдоль его спины.

Когда я уже готова была умолять его о большем, Харди встал на колени, скинул шорты и трусы, и взял презерватив. Я наблюдала, как он раскатывает его на огромном эрегированном члене. Затем он просунул большие пальцы под резинку моих трусиков и снял их тоже. Наклонился, его голова оказалась между моих бёдер, и он лизнул мои влажные складочки.

— Харди, — прошептала с мольбой. О чём я хотела молить, было неясно: хотела ли я, чтобы он продолжил, остановился или никогда больше не позволял мне покидать этот номер?

— Пруденс, ты лучше, чем клубничная водка, — пробормотал он, расположившись надо мной. — Я хочу увидеть выражение твоего лица, когда ты кончишь.

Я улыбнулась, прикусив губу.

— Ты уверен, что заставишь меня кончить? — поддразнила я.

Он улыбнулся в ответ.

— Да, бл*дь, я уверен. — Не добавив больше ничего, он просунул головку члена между моих ног. В ответ я обхватила его ногами за талию. — Думаешь, ты сможешь принять весь?

— Я хочу полностью.

При этих словах Харди сильно толкнулся в меня, заполнив полностью, и я почувствовала удовольствие и боль одновременно. Я опустила веки и, потянувшись, схватилась за простыни.

— Нет, Пруденс, открой глаза, я хочу видеть тебя.

Я повиновалась.

Харди начал двигаться, и я почувствовала, что в меня вторглись, причём не только телом. В тот момент, когда мои глаза были прикованы к его глазам, я была внутри него, как и он внутри меня. Я отпустила простыни и положила ладони ему на спину.

Харди стал толкаться сильнее, наполняя меня с ещё большей силой.

Я была в нескольких мгновениях от того, чтобы достичь самого мощного оргазма за всю свою жизнь. Стоны стали неконтролируемыми, а от моих ног начал подниматься жар.

— Давай, детка, кончи на мой член, — пробормотал он, и меня захлестнула волна оргазма. Я с силой вцепилась ему в спину, не заботясь о том, что, возможно, оставлю на коже глубокие красные царапины.

Харди подождал, когда я немного приду в себя и сменил положение. Он схватил меня за ноги, завёл себе на плечи и продолжил свой натиск.

— Так ты ещё теснее, — сказал он, увеличивая ритм. Я почувствовала, как снова разгорается огонь. При каждом толчке я прижималась к нему. — Я почти, Пруденс, — пробормотал он, усиливая удары. Харди кончил, выкрикивая моё имя и закрывая глаза. Великолепные черты его лица стали ещё прекраснее. — Боже, застрять в этом лифте было лучшим событием в моей жизни.

Горячий, раздражающий солнечный луч упал мне на глаза.

Сколько сейчас времени?

Почему мне тяжело дышать? Да, конечно, Харди. Я приподняла веки и, взглянув на него, обнаружила, что он мирно спит рядом со мной, обнажённый и едва прикрытый простыней. Его мускулистая рука покоилась на моей груди, в невысказанной просьбе не уходить.

Жаль, однако, что меня разбудило солнце, а потом мне захотелось в туалет.

Как можно медленнее я убрала его руку и встала с кровати. У меня болели спина, ноги, попа и та часть тоже; ну там действительно болело. Первым делом я закрыла занавеску и пошла в ванную.

Это была лучшая ночь в моей жизни, самая волнующая, самая страстная, самая значимая.

Чёрт, чёрт; я влюбилась! Я смотрела, как Харди спит, на безмятежное выражение его лица, взъерошенные каштановые волосы, прекрасное тело, наполовину спрятанное под простынёй.

Сделав свои дела в ванной комнате, я вернулась в спальню и взяла телефон; было всего восемь утра, так что мы спали не больше пары часов. Никаких входящих сообщений от Тедди.

Вот это было странное обстоятельство. Может, они не заметили, что в номере меня нет? Или, возможно, девчонки ещё не вернулись?

Поэтому я решила найти ответы на свои вопросы. Я поспешно оделась и взяла ключ от номера. Успею вернуться до того, как проснётся Харди.

Я вышла в общую гостиную и, к счастью, не встретила никого из его друзей, а затем стала искать второй ключ, с помощью которого могла бы вернуться, не разбудив Харди.

Вспомнила, что он положил его на маленький столик рядом с диваном, и действительно нашла ключ там, поверх нескольких карточек, похожих на приглашения.

Схватила одну… да, я собиралась использовать её, чтобы написать свой номер телефона.

Открыла карточку из роскошной бумаги с тиснёными золотом загогулинами, и сразу замерла, уставившись на имена жениха и невесты: Кэнди и Харди. Я моргнула не менее шести-семи раз, прежде чем прочитала снова.

Кэнди и Харди.

Кэнди и Харди.

Харди.

Харди женился.

Мой Харди, мой источник оргазмов, тот, кто крепко обнимал меня, уверяя, что мы будем поддерживать связь, будем говорить о фильмах и путешествиях, тот, кто уже запланировал выходные на летние каникулы, кто привезёт мне банку клубничного варенья своей бабушки.

Я не могла в это поверить, он разыграл меня как дурочку. Он был с другой…

Он женился на другой? Каким гигантским придурком он был?

И потом, когда он сказал мне, что с ним должно произойти нечто судьбоносное, я предположила, что он имел в виду свою работу, а не кольцо, которое собирался надеть на палец. «Что он за кусок дерьма?» — подумала я.

Как он мог так поступить? Он казался идеальным парнем во всех отношениях, а главное… Боже, как я могла на всё купиться?

Я отдалась незнакомцу, доверяя его словам, веря в искренность этих проникновенных глаз, а вместо этого он использовал меня, обманул.

Я чувствовала себя преданной, хотя не на мне он собирался жениться на следующей неделе.

Мне нужно было сбежать.

Я положила ключ и покинула этот проклятый люкс. Я была дурой.

Всего одна простая ночь.

В тот самый