Скоба - Кира Май

Пять партий подряд я продула практически всухую. Да и пиво закончилось. Пора закругляться. Мы встаем одеваем в гардеробе верхнюю одежду и идем до машины. У меня хорошо развита интуиция и понимание не выраженных эмоций, еще с детства. Видимо сказывается некий детский опыт, когда ты учишься понимать, что происходит в семье, когда тебе ничего не говорят. Ты учишься чувствовать.

Мы сидим в машине. Вроде бы пора ехать. На улице уже темнеет. Как же не заметно пролетело время. Ощущение недосказанности и не желание отпустить друг друга витает в воздухе. Но никто не может это выразить открыто. Мы трогаемся и просто едем, без конечной точки. Подъезжаем к развилке на которой можно свеврнуть в сторону моего дома, я чувствую как он медлит. И сама от себя не ожидая говорю: «Что я могу показать как красив наш город в огнях! С самой высокой точки». Он как будто этого ждал. Радостно поворачивает в противоположныю сторону от моего дома и мы едем. А у меня в голове искреннее желание показать ему мир своими глазами. Мне кажется это ему необходимо. Когда стоишь высоко на горе и весь город у твоих ног, возникает некое ощущение тишины и покоя, когда ты можешь сверху лицезреть город в его суете и делах. Едущие куда-то машины, миллионы огоньков в окнах, мосты, все это завораживает. Как давно ты этого не видел? Посмотри, мир он такой, он не состоит только из постоянных карабканий вверх. Иногда просто нужно отпустить все и наслаждаться происходящим и никак не зависящим от тебя. Просто жизнью.

Огоньки отражаются в наших глазах, мы сидим разговариваем от том кто где родился. Я рассказываю о самом моем любимом месте на земле. Моем родном маленьком городке на Волге. Он оказывается тоже не из большого города, но он его не любит и не привязан к нему душой. Вдруг неожиданно его глаза пропитываются такой сильной выразительной нежностью, что мне даже на секунду кажется время замирает. Что же это? Что дальше?

– Ты очень очень красивая. Мне очень хочется тебя поцеловать… – выдает он, как будто сам не ожидая от себя.

– Не надо! – выпалила я, как будто увидела черта.

Боже! Что со мной? Что за реакция? Я даже не подумала. Это больше похоже на непроизвольную защитную реакцию. Может нужно было дать поцеловать? Куча мыслей в голове, пытаюсь что-то анализировать, но не выходит. Вместо этого, чтобы как-то скрасить паузу, предлагаю потихонечку ехать ближе к дому. Он соглашается.

Вот он, мой подъезд, за время пути у меня было время подумать. Хорошо, что так. Не нужно никакого поцелуя. Он прекрасный, но ведь он просто человек из чата с которым мы возможно больше не встретимся. Писатель, у него другой уровень жизни, к которому он привык. Где тут я? Ведь на самом деле он просто приехал из любопытства. А так у меня останутся отличные впечатления. И я буду гордится тем, что знаю известного писателя лично.

Вдруг он тянется рукой куда то на заднее сидение и достает книгу. Свою книгу. Достает из бардачка ручку и подписывает мне ее. Потом вручает мне ее с теми же словами, что и написал. Вулкан мыслей, доселе не посещавших мою голову вскипает…

– Спасибо большое. – говорю я и начинаю прощаться.

– Очень приятно было познакомится, рада встрече…

Он в ответ говорит теже слова, ну и добавляет: «До встречи в чате!»

Выхожу из машины. Что-то не так. Ноги не идут. Вернее идут, но очень медленно, так долго я на третий этаж еще не поднималась. В груди тепло. На душе состояние счастья. Перед глазами его глаза, запечатленные уже в памяти, ярко блестят в огнях города. Слышу как отъезжает машина. Захожу домой держа книгу в руках. Встречает мать. Все как в блаженном сне. «Что это?!» – спрашивает она. Я медленно протягиваю книгу. Смотрит не понимающе. Говорю: «Открой, там подпись. Я познакомилась с этим человеком и он подписал мне книгу. Мы играли в бильярд,» – как-то бессвязно бормочу я, снимая верхнюю одежду. Глаза матери начинают сильно блестеть, гордостью, то ли за меня, то ли за себя. В ней начинает подниматься та самая ее буря эмоций. В ее мыслях она уже далеко, теперь она теща известного писателя! Теперь-то она точно всем докажет и покажет кто она такая.

Вроде все так как и было. Но постоянно тянет в чат. И он постоянно там, раньше он не сидел тут так часто. Как только он видит меня, сразу пишет, мы общаемся. Не затрагиваем никаких тем, все очень весело и не серьезно, некая борьба по словоблудию. Кто кого. Мы знаем телефоны друг друга, но не звоним и не пишем смс. В итоге в шутливой форме договариваемся встретится и он приезжает вновь.

Выхожу к подъезду, сажусь в машину. Так радостно и тепло от встречи, как будто это не второй раз когда мы видимся, а теперь кажется, что мы всю жизнь знакомы. Никакого напряга. Мы едем куда глаза глядят и болтаем. Он лишь говорит: «Давай ты будешь штурманом». Ну штурманом, так штурманом. А давно ты был за городом? Поехали в область. На самом деле я хорошо знала дорогу только до своего любимого городка, поэтому мы и двигались в том направлении. Путь туда полтора часа, если не спешить, но мне показалось что мы ехали вечность. Так много и жадно разговаривали, все было интересно. Мысли, желания, идеи, взгляды на разные ситуации. Мы просто были родными. Каждый из нас был самим собой. Он в тот момент был просто человек, не писатель. А я… я была просто сбросившим панцирь защиты открытым «ребенком». Эта странная метаморфоза произошедшая с нашей первой встречи была так интересна.

Он рассказывал о том, как он пришел к писательству. Что в девяностые годы он был очень богат, ездил на черном двух дверном мерседесе, которых в стране было по пальцам пересчитать, и хорошо наварился в те времена. Тогда были машины, заводы и пароходы. И вообще было легко делать деньги на развалившейся стране, когда обычный народ просто пытался выжить и не понимал что происходит. Как их тогда называли – предприниматель первой волны. Как потом партнеры его подставили и он загремел в тюрьму, правда всего на один год. Как выживал в тюрьме и обнаружил свой писательский талант именно там, сочиняя красивые письма и стихи на волю для других более авторитетных заключенных. И вы знаете, меня никак это не пугало, передо мной был просто человек со своей историей жизни. Ведь у нас у всех есть некая история.

Тем временем мы приехали в мой родной город. Он безумно красив, исторически ценен. Там нереальной красоты природа. И мощь воды, нереально большой разлив Волги. Правда приехали мы не в то время, на реке стоял лед и всей красоты было невозможно увидеть. Мы вышли из машины, был солнечный день, снег слепил глаза. Мне это все не мешало, приятный собеседник, родной город, красивый. Мне просто хотелось бегать и прыгать от радости. Что в принципе я и делала. Во мне много осталось непосредственности и не испорченности от ребенка и оно сильно вырывалось наружу. Наверное это еще больше привлекало писателя во мне. После того что он пережил, после тех кругов в которых он вращался со своими материальными стандартами, чопорностью, он просто расслабился и понял, что тут нет подвоха.

Конец ознакомительного фрагмента.