Прогноз на любовь - Рене Шанн

Ее невестка Алиса, сидящая напротив, перегнулась через стол, что-то спрашивая. Алиса вышла замуж за Руперта, когда Фелисити находилась в немилости, поэтому впервые увидела ее спустя пять лет после свадьбы. Алиса была дочерью местного пастора, и Фелисити сомневалась, что у нее вообще бывают искушения посмотреть на сторону. Иногда она недоумевала, почему Руперт, падкий на хорошеньких женщин, женился на Алисе. Потом задумалась: а что представляет из себя Алиса? И, если уж на то пошло, что за люди ее отец и мать? Фелисити вдруг пришло в голову, что она никого из своей семьи не знает близко, и ей стало немного грустно.

Она решила, что это, наверное, оттого, что она очень отдалилась от них после своего замужества — конечно, это не относилось к Линн. Линн всегда была единственной — особенно после того, как с ней случилось это несчастье, — с кем она всегда поддерживала близкий контакт.

Линн сидела на другом конце стола рядом с Гордоном Мейсфилдом. Фелисити понимала, что на него смотрят очень благосклонно, как на будущего члена семьи. Этот симпатичный, опрятный молодой человек, с внешностью, претендующей на солидность, что-то громко рассказывал, привлекая всеобщее внимание, хотя, кроме Линн, был самым младшим за столом. Слушая довольно пространную историю о том, что с ним случилось сегодня, Фелисити восхищалась его самоуверенностью. Она легко могла представить его лет через двадцать, с солидным брюшком, вполне самодовольным, с обширной клиентурой из богатых бизнесменов, которые изо всех сил стараются сократить сумму налога хоть на пенни. Если он женится на Линн, то их дети получат хорошее образование и будут напичканы теми же неколебимыми взглядами, которых придерживается глава семейства.

Поэтому Фелисити пришла к выводу, что Гордон не сможет стать хорошим мужем для Линн. Если бы кто-нибудь из семьи спросил ее мнение на этот счет, она бросила бы гаечный ключ в их хорошо отлаженный и смазанный механизм. Уж она бы высказалась, если бы вопрос вынесли на повестку дня, насчет того, что Ричард Хейворд смог бы дать Линн гораздо больше счастья. Ведь в Ричарде бурлила та же неодолимая жизненная сила, которая так притягивала ее в Клайве — когда можно послать к черту здравый смысл и точный расчет — и которая для остальных членов семьи была абсолютно непонятна и неприемлема.

Позже, когда подали кофе и ликеры, неугомонный шум голосов на время замолк, и Марсия, постаралась привлечь внимание Фелисити.

— Я так понимаю, что та женщина, Маргарет Диэринг, все еще работает у Клайва?

Фелисити посмотрела в стальные голубые глаза сестры, не зная, что ее взгляд был не менее холодным и жестким.

— Да. Мы ею очень довольны. С тех пор, как она пришла работать в магазин, у нас появилось много новых богатых клиентов, так что она приносит немало пользы.

Фелисити нарочно подчеркнула свое участие в делах магазина. От нее не ускользнул подспудный намек Марсии, что Клайв теперь единолично управляет магазином — с помощью Маргарет Диэринг.

— Знаешь, когда я в последний раз туда заходила, мне показалось, что она ведет себя совершенно как хозяйка, — не унималась Марсия. — Ты знаешь, Клайв всегда продает мне то, что мне понравилось, со скидкой. Его не было в магазине, и она ни в какую не хотела уступать мне в цене.

Джордж стряхнул пепел с дорогой сигареты своего тестя.

— Наверное, она просто близко к сердцу принимает интересы дела, — предположил он. Сам того не ведая, Джордж повторил недавние слова Клайва.

— Моего дела, — твердо подчеркнула Фелисити. Слова Джорджа больно отозвались в ее сердце. Фелисити была недовольна, что он выразился теми же словами, что и ее муж.

Ее мать, сегодня вечером выглядевшая настоящей главой семейства, как показалось Фелисити, бросила в ее сторону вопросительный взгляд.

— Но в последнее время ты там редко появляешься, не так ли, дорогая?

— Я работаю два раза в неделю, а скоро буду ходить чаще.

— Думаешь, стоит? Вид у тебя еще не совсем здоровый.

— Пустое. Со мной все в полном порядке.

Миссис Бартон окинула взглядом стол, затем отодвинула свой стул:

— Давайте перейдем в гостиную.

Фелисити видела, как Гордон Мейсфилд оттащил Линн в сторону, когда они шли по коридору. Она не удивилась, когда через минуту Линн объявила, что они идут прогуляться. Линн посмотрела на бабушку:

— Бабушка, ты не против?

— Ну конечно, дорогая деточка, идите.

— Мы недолго. Просто сегодня такой замечательный вечер…

Дверь за ними закрылась, и Марсия бросила через комнату взгляд на мужа:

— Может быть, она вернется и представит нам своего будущего мужа, как думаешь?

— Я бы не удивился. — Джордж поудобнее уселся в кресле, и его полное тело заняло все сиденье. — Что ж, я буду очень рад. По-моему, Гордон Мейсфилд вполне достойный молодой человек.

Фелисити слушала, как все в комнате более или менее согласились с этим, и вздохнула. Какая молодая девушка вроде Линн захочет стать женой «достойного молодого человека»?

— А когда, ты говоришь, приедет Клайв? — спросила миссис Бартон, когда часы пробили десять.

— Как только закончится деловой ужин с клиентом.

— Ну все-таки надо учитывать, что сегодня у меня день рождения…

Алиса наклонилась вперед:

— Кстати, мама, вы мне напомнили… мы же еще не спели вам «С днем рожденья…».

Это обращение к свекрови «мама» всегда неприятно коробило Фелисити. Она подумала, что, должно быть, в свое время Алиса наслушалась передачи «Дневник миссис Дейл». Когда раздался хор нестройных голосов, выпевающих банальные слова, в котором был слышен и дрожащий дискант Алисы, ее передернуло. Впрочем, Фелисити, очевидно, была в меньшинстве, потому что остальные — Марсия, Джордж, Руперт и даже ее отец, пели, казалось, с искренним воодушевлением.

Прямо в середине поздравления Эдит, их престарелая прислуга, вошла и, дождавшись тишины, доложила о прибытии Клайва. Он постоял в дверях с легкой усмешкой на губах. Как с годами узнала Фелисити, эта улыбка была у него припасена исключительно для ее семейства. Затем Клайв подошел, смиренно склонив голову, поцеловал мать Фелисити в щеку и поздравил ее с днем рождения.

— Фелисити, наверное, предупредила вас, что я не смог освободиться раньше. Прошу меня простить, мне очень, очень жаль.

— Ничего страшного, Клайв. Не надо извиняться.

— Что будешь пить, Клайв? — подал голос мистер Бартон.

— Виски, пожалуйста, если можно.

Клайв принял довольно сдержанные приветствия от прочих членов семьи, затем подошел к Фелисити. Та улыбнулась и указала ему место рядом с собой на диване.