Последний оракул - Джеймс Роллинс

Грей перехватил бедолагу, чтобы его было удобнее тащить, и тут его левая рука, обнимавшая бездомного за спину, ощутила что-то теплое и липкое.

Кровь.

Подчиняясь инстинкту, Грей кинулся вбок, упал и скатился с тротуара, не отпуская нищего. Густая трава смягчила их падение.

Следующих выстрелов Грей не услышал, но в то место на асфальте, где он только что находился, впились и, выбив искры, отрикошетили две пули. Не останавливаясь, он продолжал катиться по траве — до тех пор, пока не оказался за монументальным, сооруженным из бетона и стали знаком, стоявшим на лужайке перед Смитсоновским замком. Он был высотой по пояс, и Грей укрылся за ним вместе с оборванцем, которого продолжал прижимать к себе. На знаке красовалась надпись: «СМИТСОНОВСКИЙ ИНФОРМАЦИОННЫЙ ЦЕНТР».

Очень кстати. Если Грей сейчас в чем-то и нуждался, то именно в информации.

Например, относительно того, кто в него только что стрелял.

Монументальный знак, похожий на обелиск, отделял его от Эспланады, предлагая временную защиту. Само здание замка представляло собой нагромождение башен и башенок из красного песчаника, добытого в карьерах Сенека-Крик, штат Мэриленд. Норманнский замок, настоящая крепость. Чтобы укрыться в ней, нужно было преодолеть всего несколько метров, но, выйдя на это открытое пространство, они окажутся как на ладони у снайпера.

Из кобуры за спиной Грей достал пистолет, компактный «ЗИГ-Зауэр» Р229. Нет, он не видел цели, но приготовил оружие на тот случай, если нападавший предпримет прямую атаку.

Рядом с Греем застонал бездомный. Вся его спина была залита кровью. Жизнь до самого конца продолжала оставаться безжалостной по отношению к этому бедняге. Несчастный хотел попросить жалкую милостыню, а получил пулю в спину из-за того, что стрелок, целивший в Грея, промазал.

Но кто пытался убить его? И почему? Бездомный поднял трясущуюся руку, падавшую при каждом вдохе.

По местоположению входного пулевого отверстия и обильному кровотечению Грей определил, что пуля пробила почку несчастного. Смертельная рана, тем более для столь ослабленного организма.

Рука раненого протянулась к бедру Грея. Его пальцы разжались, и монета упала на траву. Предсмертный дар.

Та милостыня, которую подавал Грей, отчасти вернулась к нему.

Выполнив то, что был должен, бездомный умер. Его конечности обмякли, а голова упала на плечо Грея. Тот безмолвно выругался и так же беззвучно добавил: «Прости, старина». Свободной рукой он нащупал в кармане сотовый телефон, достал его и нажал на кнопку экстренного вызова. Ответ последовал незамедлительно. Грей говорил быстро, требуя от главного командования немедленно оказать ему помощь.

— Группа поддержки уже в пути,— сказал директор.— Мы видим тебя на мониторах с камер, установленных у замка. Там много крови. Ты ранен?

— Нет,— коротко ответил он.

— Оставайся там, где находишься.

Грей не стал спорить. Снайпер больше не стрелял. По крайней мере, Грей не слышал звонких ударов пуль по металлическому знаку. И все же он решил не двигаться и дождаться прибытия подмоги.

Сунув в карман сотовый телефон, он поднял с травы монету, выпавшую из руки бездомного. Она была тяжелой, толстой и грубо отчеканенной. Мокрой от крови рукой он рассеянно потер поверхность монеты, и его взгляду предстало изображение то ли греческого, то ли римского храма с шестью колоннами, увенчанными остроконечной крышей.

— Что за черт?

В центре монеты была выбита единственная буква.

Грей подумал, что это греческая буква ∑.

Сигма.

В математике эта буква обозначает сумму слагаемых, но одновременно с этим она являлась символом организации, на которую работал Грей. Это была засекреченная, элитная спецслужба, собравшая бывших сотрудников спецподразделений, прошедших научную подготовку в различных областях знаний и выступавших теперь в роли беспощадного клинка УППОНИР — Управления перспективного планирования оборонных научно-исследовательских работ.

Грей посмотрел на замок. Именно здесь располагалась штаб-квартира «Сигмы», закопавшаяся глубоко под фундаментом Смитсоновского замка, в бункерах, оставшихся со времен Второй мировой войны. Это местоположение было идеальным для «Сигмы»: рядом находились правительственные здания, Пентагон и различные частные и государственные лаборатории.

Он вновь перевел взгляд на монету и в тот же миг осознал свою ошибку. Буква была не греческой ∑, а обычной прописной буквой «Е». В момент паники глаза сыграли с ним шутку: он увидел то, что вертелось у него в голове.

Грей сжал монету в кулаке.

Просто «Е».

Уже не в первый раз за последние несколько недель Грей принимал видимое за желаемое. По крайней мере, в этом были убеждены многие из его коллег. Вот уже месяц как он искал подтверждения того, что его пропавший друг Монк Коккалис, возможно, жив. Но до сегодняшнего дня, даже несмотря на то что он подключил к расследованию все ресурсы «Сигмы», Грей неизменно упирался в одни только тупики.

— Ты гоняешься за призраками,— предупредил его Пейнтер Кроу после первой недели поисков.

Вполне возможно, что так оно и было.

Двери замка, стоявшего через дорогу, распахнулись, и оттуда высыпали фигуры в черном и с автоматами на изготовку. Прибыла группа поддержки.

Они перемещались осторожно, с опаской, но в них никто не стрелял.

Бойцы дошли до того места, где лежал Грей, и выстроились вдоль него защитной фалангой. Один из мужчин опустился на колени рядом с бездомным и поставил на землю чемоданчик с набором средств для оказания первой медицинской помощи.

— Мне кажется, ему это уже не потребуется,— проговорил Грей. Врач проверил пульс раненого и подтвердил предположение коммандера:

— Мертв.

Грей поднялся с земли.

Появление в дверях бокового входа Пейнтера Кроу удивило Грея сверх всякой меры. Без пиджака, с закатанными по локоть рукавами рубашки, босс вышел на улицу мрачнее тучи. Хотя Пейнтер был на десять лет старше Грея, он двигался подобно матерому мускулистому волку. Для своего эффектного появления директор Кроу выбрал момент, когда риск оказался сведен к минимуму. Или же, как и Грей, он пришел к выводу, что снайпер уже смылся.

И этот человек обречен заниматься бумажной работой? Какая несправедливость!

Пейнтер подошел к Грею. В отдалении послышалось завывание полицейских сирен.

— Я на всякий случай вызвал местную полицию,— сообщил Кроу.

— Поздновато,— откликнулся Грей.

— Возможно. Но пусть баллистики определят, откуда стреляли. За тобой был хвост?

Грей мотнул головой.

— Если и был, я его не заметил.

Пейнтер Кроу цепким взглядом осматривал Эспланаду. Кто мог напасть на Грея, да еще буквально на пороге их штаб-квартиры? Ясно одно: это предупреждение. Но против чего? Грей не был задействован в операциях «Сигмы» с того момента, когда он выполнил свое последнее задание в Камбодже.

— Мы уже взяли под защиту твоих родителей,— сказал Пейнтер.— Так, на всякий случай.

Грей благодарно кивнул, хотя и понимал, что ни отцу, ни матери это не понравится. Они только-только пришли в себя после жестокого похищения, произошедшего два месяца назад.

Однако теперь, когда непосредственная угроза миновала, Грей сосредоточился на том, кто пытался его убить и, главное, почему. Не исключено, что покушение было связано с тем расследованием, которое он вел, но неужели его поиски пропавшего друга до такой степени подействовали кому-то на нервы?

Несмотря на то что у его ног лежал мертвец, в душе Грея вспыхнул огонек надежды.

— Директор, а что, если это убийство...

Пейнтер Кроу не дал ему договорить, предупреждающе подняв руку. Его брови сдвинулись в одну линию, глаза сузились. Он опустился на одно колено около трупа и осторожно повернул голову мертвеца, чтобы стало видно его лицо. Через несколько мгновений он сел на пятую точку. Вид у него был ошеломленный.

— В чем дело, сэр?

— Я думаю, мишенью был не ты, Грей.

Грей посмотрел на тротуар и вспомнил искры, которые выбили из асфальта пущенные в него пули.

— По крайней мере, ты был не главной мишенью,— продолжал директор.— Снайпер, возможно пытался убрать тебя как потенциального свидетеля.

— Почему вы так думаете?

— Потому что я знаю этого человека. Его зовут Арчибальд Полк. Он — профессор кафедры неврологии Массачусетского технологического института.

Грей скептически взглянул на желтушное тело, спутанную бороду, грязное лицо. Но директор, похоже, не шутил. Если его слова были правдой, этот бедолага в последнее время переживал не самые лучшие времена.

— Каким образом он опустился до такого безобразного состояния? Пейнтер встал и покачал головой.

— Не знаю. Мы с ним не общались уже лет десять. Но главный вопрос — зачем кому-то понадобилось его убивать?