Идеальная - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

– Ну, Клэр… – тянет мама, едва зайдя ко мне в комнату. Сама она свежа и идеальна. Смотрит, недовольно поджав красивой формы накрашенные губы. Цвет пыльной розы идет и ей, и мне. – Посмотри на свое лицо? Разве так можно! Сегодня самый важный день твоей жизни!

– Вот ты сейчас серьезно? – взрываюсь я и недовольно кошусь в ее сторону. – Самый важный день? Не издевайся. Ты вызвала стилиста? Вот пусть она и колдует над синяками под моими глазами. Это ее профессия, в конце концов. А я не обязана выглядеть свежей и счастливой, когда меня выдают замуж за престарелого извращенца. У нас с тобой разные представления о самом важном дне в моей жизни!

– Следи за языком, – цыкает мама, и ее взгляд становится ледяным. И это еще меня называют холодной и бездушной. Они просто незнакомы близко с Фионой фо Селар.  – Ты ведешь себя, как ребенок. Никто не виноват в той ситуации, в которой ты оказалась, кроме тебя самой. Отец и так делает все, что можно. Но ты и сама знаешь, насколько принципиален тот законник. Если бы мы могли с ним договориться, давно бы это сделали! Он не оставил выбора. Поэтому потрудись и прояви благодарность тому, кто решил тебе помочь! Между прочим, поставив под удар свою репутацию!

– Отсюда вопрос, ему зачем это надо? И что меня ждет в Нагдаде? Я боюсь, мама, там у меня не будет ни вашей защиты, ни прав.

– Если тебя посадят, ты и тут останешься без защиты и прав, а условия в тюрьме Кейптона намного хуже, чем в доме герцога в Нагдаде. Поверь.

– Ну, прекрасные перспективы! – шиплю я и с трудом удерживаюсь, чтобы не метнуть вазу в стену. Очень хочется, но мама совсем не одобрит. Ее глаза и так сверкают. Чую, мне скоро прилетит магическая подзатрещина.

Я нервничаю и поэтому грублю. Разговор с Дереком ничего не дал. Он не сказал, поможет мне или нет. Точнее, сказал, что помогать не будет, но ведь в его интересах не допустить свадьбу? Или я хочу от него слишком много? И законник не планирует прыгать через голову, чтобы раскрыть это дело? Наверное, у него полно еще таких же,  или более важных. Боги, как я привыкла быть центром этого мира. Сложно смириться с тем, что все не так, как мне хочется, и я ничего не могу с этим поделать.

Как же бесит неопределенность! Мама еще что-то говорит, но я просто не могу сосредоточиться на ее словах. Голова раскалывается. Если Дерек не прекратит безобразие, которое по недоразумению носит название «моя свадьба», я просто рухну в обморок в самый ответственный момент, и это даже игрой не будет. Мне, действительно, плохо и страшно.

Сборы на собственную свадьбу, провожу как в тумане. Я не верю, что все это происходит со мной. Демоны, я даже лицо жениха не могу вспомнить, только цепкий и колючий взгляд, который меня пугает! Не хочу! Просто до дрожи. Прилагаю неимоверные усилия, чтобы не сорваться. Держаться помогает только надежда, что Дерек решит вмешаться. Эта надежда иррациональная, но кроме нее, у меня, надо признаться, ничего не осталось.

Бледно-розовые туфли на металлической шпильке, украшенной стразами. Колодка у них невероятно удобная, подстраивается под ступню. В иной ситуации я была бы от них в восторге, а вот платье традиционное – на мой вкус даже слишком. Белоснежное с открытой спиной и пышным подолом. Не мой стиль, я бы укротила  его хотя бы спереди. И вообще, на свою настоящую свадьбу я выбрала бы совсем другое.

– Мам, что это? – недовольно спрашиваю я, испытывая потребность хотя бы из-за чего-то устроить скандал. – Ты схватила первое попавшее? Ты же знаешь, мне нравится Луи Беннито. Айрис выходила в модели из его последней коллекции. Мы с тобой еще обсуждали и сошлись на том, что платья идеальны! Откуда эта мечта окна в нашей гостиной?

– Дорогая, ты же сама сказала, тебе все равно. – Мама не настроена на скандал и старается держаться, отвечая мне ровно и без раздражения. Да уж выдержки ей не занимать. Мне еще учиться и учиться. А вот выносить мозг у меня получается определенно лучше.

– Поэтому вы взяли то, что гарантировано будет меня бесить?

Мам снова поджимает губы, вдыхает и признается:

– Пожелание жениха. Платье прислал он. Мы решили, что спорить ни к чему. К тому же оно тоже от известного дома мод,  последняя коллекция, отделка кристаллами Ваксоу. Оно соответствует твоему статусу.

– Оно не соответствует моему пониманию прекрасного, – шиплю я.

– Менять уже ничего не будем, – отрезает мама. – Во-первых, не успеем. А, во-вторых, это платье понравилось твоему жениху. Мне кажется, это весомые аргументы.

–Прекрасно – мой будущий муж стар,  противен и отличается дурным вкусом! Просто мужчина-мечта!

– Ему тридцать три, Клэр, – ровно говорит мама, но ее голос начинает дрожать. Я все же ее достала. – Не такой уж и старый, и совсем не противный.

– Мне двадцать. Не старый он для тебя, – добиваю я ее и испытываю смешанное со стыдом удовлетворение.

– Ты забываешься! – шипит она, а я пожимаю плечами. Меня бесит все. И  пышный подол и фата, тоже какая-то нелепая хоть и дорогая. Я похожа на взбитые сливки, которых слишком много и они пытаются сбежать с десерта.

Не вынеся моего дурного настроения, мама все же уходит, оставив меня в окружении девушек, которые приехали сделать меня красивой. Ладно, хоть они свои и давно знакомы и со мной, и с моими вкусами.  Тут мне никто не указ. Не знаю, может, стоило оставить  то лицо, с которым я сегодня проснулась, как месть жениху за это ужасное платье, но я слишком привыкла выглядеть хорошо, поэтому не могу себе позволить пугать окружающих. Даже если они этого заслужили.

Мне укладывают волосы  крупными локонами. Каждая прядь отдельно, словно прическу немного растрепал ветер. Случайный человек и не поймет, сколько времени потребовалось, чтобы создать на голове эту легкую небрежность.  На некоторые тонюсенькие прядки нанизаны жемчужины. На затылке  изящная заколка, к которой крепится фата.

Макияж почти незаметен.  На скулах легкий румянец. Синяков и покраснений вокруг глаз нет, зато есть легкая дымка, которая делает взгляд загадочным. Помада цвета пыльной розы, но чуть светлее, чем у мамы, на ногтях такой же лак. Я безукоризненна даже в этом платье.

Невеста-мечта. Невинная (с виду, конечно же), нежная (тоже ложь) и кроткая (три раза ха-ха). Интересно, герцог понимает, на что подписался? Он ведь даже не общался со мной ни разу. На что рассчитывает? Ему все равно или он думает, будто  с обручальным камнем, вставленным в кольцо, получит настоящую жену?

Больше всего я боюсь, что уверенность Алексиса связана с тем, что он просто не намерен считать со мной. Воспринимает как дорогую собачку, которую купил у заводчиков и теперь волен распоряжаться так, как посчитает нужным. Нет! В Нагдад мне точно ехать нельзя.

Глава 3

Когда спускаюсь в холл, то понимаю, что в моей голове созрело аж три плана. Если Дерек не явится, а похоже, он не явится, то, значит, упаду в обморок на самой церемонии. Если ее все равно не отложат, то стану женой дипломата, получу статус неприкосновенности, уеду в Нагдад и по дороге сбегу.

Когда каждый потенциально неудачный план оказывается прикрыт еще одним, я чувствую себя чуть легче. Хотя от волнения все равно кружится голова. Напрягает меня лишь то, что  мои документы с утра забрал папа. Злого умысла в его действиях нет, они требуются для официальной части церемонии, но это очень сильно выбивает из колеи. А если мне их не вернут? – Мысль бредовая, но от этого не менее пугающая.

– Эй! – возмущаюсь я, оказавшись внизу и обнаружив пустой холл. – Папа же сказал, что церемония будет проходить тут.

– Клэр, Алекс передумал. Он сказал, что бракосочетание должно состояться в центральной ратуше.

«Ну, звездец! – думаю я. – Теперь, даже если Дерек захочет остановить этот балаган, то не сможет этого сделать!»

– А что не на площади? – спрашиваю недовольно.

– По-прежнему будут только самые близкие, но  скрытность сейчас тебе тоже не на пользу. Все должны знать, что церемония совершенно легальна и открыта. Нам нечего скрывать.