Живущие под усыпальницами - Роберт Говард

Среди людей, изображенных на рисунках, есть индейцы. Они сражаются с воинами народа, к которому принадлежали художники. Мне кажется, предки подземных жителей скорее относились к кавказскому, нежели к индейскому, типу.

Но пора навестить моего горячо любимого братца. Я выйду через Башню Контрабандиста. Как бы ни спешил Джоб в усыпальницу, я окажусь там раньше. Сделав дело, я покину склеп, и ноги моей здесь не будет. Я позабочусь о том, чтобы дверь в склеп никогда не отворяли. Мощный заряд динамита обрушит часть скалы и навсегда завалит вход в Башню Контрабандиста».

Конрад сунул записную книжку в карман и мрачно произнес:

– Не знаю, сошел с ума Джонас Кайлз или нет, но он сущий дьявол. Я не столько удивлен, сколько шокирован. Какой подлец! И все же кое-чего он не учел – что Джоб Кайлз отправится в гробницу не один.

– Ты прав, – согласился я. – Хотя отчасти дьявольский план удался. Брат Джонаса Кайлза мертв. Видимо, когда Джоб вошел в склеп, Джонас напугал его до смерти и ускользнул через потайную дверь.

Конрад покачал головой. Я видел, что ему не по себе.

– Вряд ли Джоб обнаружил в гробу Джонаса. Если поначалу я видел в происходящем злую волю человека, то теперь... Крик, который мы слышали возле Башни, разгром в комнате, исчезновение Джонаса – все указывает на нечто иное.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил я.

– Предположим, таинственное племя людей, прорывших туннели, не вымерло, – прошептал он. – Предположим, их потомки по-прежнему ведут противоестественный образ жизни в темных норах. Джонас писал в дневнике о своих подозрениях!

– Он провел здесь неделю, – возразил я.

– Ты забываешь, вплоть до сегодняшнего дня путь в шахту был завален камнями. А что, если норы внизу обитаемы и существа, живущие в них, нашли дорогу наверх? Вероятно, одно из них пробралось в склеп и заснуло в гробу, до смерти напугав Джоба Кайлза.

– Конрад, все это чушь, – сказал я.

– Раньше в этих туннелях кто-то жил. Дневник наводит на мысль, что за время своего существования это племя значительно деградировало. Где доказательства, что его потомки не ютятся в черных колодцах, которые Джонас обнаружил под нижним ярусом?.. Тихо!

Он выключил фонарь. Несколько минут мы стояли в темноте не шевелясь. Откуда-то донесся едва слышный скребущий звук. Мы на цыпочках вышли в туннель.

– Это Джонас Кайлз! – прошептал я.

– Если так, он прячется внизу, – пробормотал Конрад. – Звуки доносятся с лестницы. Кто-то поднимается. Не хочу включать фонарь: если он вооружен, свет даст ему возможность прицелиться.

Я не понимал, почему дрожит Конрад, почему трясутся мои поджилки. Вдруг меня словно током ударило. Из глубины туннеля прилетел тот же тихий, жуткий звук. Пальцы Конрада, будто стальные клещи, впились в мою руку. Внизу, во мгле, сверкнули две желтые искры.

– Господи! – услышал я шепот потрясенного Конрада. – Это не Джонас Кайлз!

В тот же миг рядом с первой парой глаз появилась вторая, а затем мгла усеялась огоньками. Они текли по лестнице к нам, но мы не слышали ничего, кроме резких скребущих звуков. Неприятный запах щекотал ноздри.

– Назад! – хрипло выкрикнул Конрад, и мы помчались прочь.

Я услышал шуршание и, повернувшись, выстрелил вслепую. На миг вспышка осветила жуткую тень. Конрад подхватил мой крик. Мы неслись по туннелю, словно беглецы из ада. Сзади кто-то рухнул на каменный пол и забился в конвульсиях.

– Включи фонарь! – прохрипел я. – Иначе заблудимся в этом дьявольском лабиринте.

В луче света мы увидели кольцевой коридор – тот самый, где заметили первую стрелку. Мы остановились. Конрад посветил назад. Там было темно.

– Боже мой, – произнес Конрад, тяжело дыша. – Ты видел?

– Не уверен, – прохрипел я в ответ. – Стреляя, я что-то заметил, какую-то летящую тень... Это не человек. Голова, как у собаки...

– Когда ты стрелял, я смотрел в другую сторону, – прошептал Конрад.

Кожа у меня стала липкой от пота.

– Что ты заметил? – спросил я.

– Трудно описать. В темноте кишели огромные личинки. Ради Бога, О'Доннел, давай-ка выбираться отсюда!

Но, сделав первый шаг, мы застыли на месте. Впереди послышался тот же скребущий звук.

– В туннелях их тоже полно, – прошептал Конрад. – Бежим в другую сторону! Коридор огибает холм, он должен вывести нас в Башню Контрабандиста.

До конца своих дней не забуду, как мы бежали по черному коридору, а неведомый ужас гнался по пятам. Я был готов к тому, что в любую секунду из тьмы на нас выпрыгнет призрак с клыками зверя. Наконец Конрад, освещавший дорогу, облегченно вздохнул.

– Дверь! Господи, что это?

Мы очутились у тяжелой двери, обитой железом. Из отверстия в огромном замке торчал ключ. Конрад шагнул к двери и остановился, обо что-то споткнувшись. Он опустил фонарь, и мы увидели скорченный труп. Из расколотого черепа натекла лужа крови. Лицо стало неузнаваемым, но нам было известно имя этого человека, облаченного в саван.

В конце концов Джонасу Кайлзу пришлось умереть по-настоящему.

– Это он кричал, когда мы проходили мимо Башни, – прошептал Конрад. – Он показался брату, возвратился к себе, и здесь, во тьме, его подстерегла дьявольская тварь.

Тут мы снова услышали скребущий звук, бросились к двери, вцепились в ключ, вырывая его друг у друга. Дверь распахнулась, и мы, шатаясь, выбрались наружу.

Порыв ветра захлопнул дверь, но мы успели оглянуться. В памяти осталась нереальная картина: обезображенный труп, а над ним – серое чудище с горящими глазами и головой пса. Только сумасшедшему может привидеться такое в кошмарном сне.

Дверь с лязгом захлопнулась. Мы мчались вниз по склону, и я услышал сбивчивый шепот Конрада:

– Обитатели мрачных нор, где царят безумие и вечная ночь! Гады ползучие, кишащие в неведомых глубинах?.. Крайняя степень вырождения... Господи, и это – потомки людей! Куда, в какие бездны уходят норы под пятнадцатым ярусом, какие демоны там обитают?.. Боже, защити сынов человеческих от тварей... живущих под усыпальницами!

Примечания

1

Удар милосердия (фр.)