И пришел Лесник! 6 (СИ) - Лазарев Василий

— И что же потом произошло со Старым? — мне такие истории очень нравятся.

— Вывели его на чистую воду, но пристрелить не успели. Тогда и началось самое веселье, он успел покусать шесть человек. Обращённым надо всего минуту, а то и меньше, чтобы оставить человека вообще без крови. После такого он гарантированно очнётся тоже обращённым. Матёрым вурдалакам времени надо и того меньше. Тем они и опасны. Идёшь ты с ним рядом, и в этот момент он бросается на тебя. Если ты не имеешь дара для физического устранения, то считай покойник.

— Неприятно, — почесал затылок папаша Кац.

— Согласен, — улыбнулся Череп.

Глава 3

Клюв

После завтрака у нас началось «обучение», как бы смешно это не звучало. Хотя смешного было мало, во всяком случае от Клюва мы вышли очень озадаченные. Так продолжалось две недели, в течение которых Клюв натаскивал нас. В конце мы уже более-менее ориентировались в том куда попали. Некоторые из занятий запомнились особенно.

— Давайте знакомиться. Меня зовут Клюв, видели мои плакаты? Как вам? — молодой парень с бегающими глазами не находил себе места и всё время что-то теребил в руках. Клюва он получил за свой внушительных размеров нос, которым он постоянно шмыгал. В классной комнате висели ещё несколько его творений, чтобы не говорили, лично мне они понравились. Было в них что-то такое злодейское и наплевательское на всех. Человек хоть и вёл себя странно, зато гнул свою линию, а не шёл за кем-то.

— Видели в столовой два плаката, — кивнула Лиана.

— Плакаты? А это фигня. Старьё, я думал их давно выбросили оттуда. Сам я там давно не появляюсь. Не люблю громкие сборища и пьянки.

— И часто они там… морально разлагаются? — заинтересовалась Кобра.

— Да почитай после каждого рейда, пару раз в неделю точно. Начинается всё чинно, зато потом частенько доходит до групповухи. А мне потом выговаривают, что я, мол, чернуху рисую. Мне пожрать сюда приносят, — он обвёл руками свою берлогу. В центре некогда просторного зала он разгрёб место для нескольких кресел и стола. Именно разгрёб, по всей видимости лопатой. Всё остальное пространство было завалено многочисленными предметами, некоторые мы видели впервые. — Вот моя последняя работа, смотрите.

Клюв положил на стол картину в деревянной рамке. Метр на полметра. На ней были изображены люди, заражённые и ещё какие-то типы в чёрных плащах. Все были перемешаны между собой и занимались чёрт знает чем.

— Босх? — спросил папаша Кац, как самый образованный из нас.

— Ха, этот халтурщик и рядом не стоял, — без ложной скромности сообщил Клюв. — Я на неё три месяца потратил.

— Эка тебя контузило, парень, — покачала головой Кобра, рассматривая как обращённый вылезает из задницы нейроманта и тут же кусает белокурую девицу, заталкивающую в себя горстями жемчуг. Над ними навис высокий мужик в длинном плаще и солдатской шапке. Щёточка усов и острый нос выдавали в нём Почтальона. Он тыкал прикладом немыслимой винтовки девку в бок. Сама же винтовка родилась во грехе противотанкового ружья с гаубицей. Между ног Почтальона ужом полз другой нейромант весь бледный с длинными клыками. В руках у него сверкал не то камень, не то какой-то прибор, который он присобачил на лоб элите. Страус на слоновьих ногах и с зубами в пеликаньем клюве. Там ещё было сотни две подобных персонажей, но я не смог дальше себя насиловать и поблагодарил Клюва за оказанное нам доверие и намекнул, что неплохо было бы «поучиться».

— Да, да. Приступим. Как вы уже знаете, ваши приспособы принесённые из прошлого слоя здесь ни фига не пашут. Вы их выкинули и забыли. Это нормально и тут вы меня спрашиваете, а что взамен? Логично. Что? А я вам скажу! По всему Улью мы чуть ли не каждую неделю находим бункеры. Большие, маленькие, всякие. Битком набитые всячиной, да. Оружие, какое? Замечательное я бы сказал. Те, кто это всё оставил нам несомненно были приверженцами техно мира. Начнём с простого. Вот! — он положил на стол пистолет. Размер его внушал. Патрон к нему тоже. 14.5 миллиметров. Внешняя компоновка напоминала мой любимый маузер. Но кроме этих убийственных патронов, ствол облепили ещё несколько приспособлений.

— Лазерный прицел, на мишени возникнет красная точка. Очень удобно целиться в темноте. Это прожектор, ослепляет вообще всех, будь ты даже слепой крот, всё равно получишь по полной. И ещё микрофон, он тоже может работать в качестве прицела, когда ни черта не видно. Бьёт на звук. Вот так пистолет можно заставить стрелять из-за угла, — он нажал кнопку сбоку, и пистолет переломился пополам. Рукоятка со спусковым крючком по идее должна оставаться за углом, а сам ствол заворачивал на девяносто градусов. — Вот так! Может стрелять очередями. В магазине двадцать патронов.

— Тяжёлый, — Лиана взяла его в руку и тут же опустила на стол. — Неудобно.

— А ты кто? — опасно пошевелил своим громадным носом Клюв.

— Снайпер.

— Ага. Ща, — он быстро исчез в стенном шкафу громыхая железом, но вскоре вернулся с совершенно умопомрачительным орудием в руках. Оно было с него ростом и выше самой Лиана. Приклад был небольшим, зато ствол внушал уважение.

— И что мне с ним делать? — хмыкнула моя жена.

— Винтовка сейчас не в сложенном состоянии, — он быстрыми движениями укоротил её в трое. — Ствол можно удлинять на полтора метра, смотря на кого охотишься. Чем длиннее ствол, тем больше убойная сила. Патрон на двадцать миллиметров. Разрывной, зажигательный, оглушающий. Если надо взять живым, то оглушающий. Есть ещё с ядерной боеголовкой, но у нас их мало, так просто тебе их не дадут.

— Ядерной боеголовкой? — удивилась Лиана.

— Да. 0.1 килотонны. Когда уже ничего не остаётся. Мы его зовём «поцелуй смерти».

— Что-то вроде автомата есть? — спросил я, играя пистолетом. Игрушка как раз для меня.

— Есть. Вот образец, — Клюв вытащил из-за кресла короткий автомат. Калибр внушал доверие, те же 14.5, но с шестью стволами сразу. — Боепитание ленточное, лента в ранце. Тысяча выстрелов, затем в ход идёт сам ранец, у него в днище заряд на пять килотонн. Есть таймер, чтобы успеть свалить подальше. Есть модификация с диском вместо ранца, но патронов мало, а тащить это с собой ради ста патронов и тележки с дисками никому не охота. Берут два-три ранца и вперёд. Есть ещё безоткатная носимая пушка. Складной лёгкий миномёт. Дальше уже идёт стационарное вооружение. Станковый пулемёт с тридцатимиллиметровыми патронами. Гранатомёт. Так же в ассортименте есть гранаты, мины. Все имеют опознавательные датчики свой-чужой. Что ещё? А экзоскелет. Есть такое. К нему крепится два автомата и два ранца по две тысячи патронов каждый. Гранатомёты, два. И кучу всякого оборудования ещё. Надо показывать в деле.

— Неплохо, а холодное оружие есть? — спросила Кобра.

— В основном кинжалы и короткие широкие мечи. Всякого говна вроде сюрикенов и прочего не держим. Длинных мечей нет, неудобно махать ими. Щитов нет, брони нет. Не выдержит ничего. Самая лучшая броня тут, — он постучал себя по лбу.

— А как же титановые пластины на разгрузках?

— Так, от осколков и то в основном от своих. Нейроманты оружия не имеют. Только заражённые и обращённые.

— Заражённые у вас с оружием здесь ходят? — не поверил я своим ушам.

— Да, после нейромантов они с собой могут и ядерную бомбу таскать на спине. Те, кто ходят на ногах, имеют шестиствольные пулемёты в лапах. Те, кто на четырёх или ползают, то в плечах. Могут даже пушку на себе носить, а благодаря имплантам они почти никогда не промахиваются. С элитой вообще шутки плохи, они не только таскают оружие, но сильны необычайно, а также живучи. Был случай, когда одна суперэлита вырезала бункер.

— Но их по-прежнему можно убить, поразив споровый мешок? — спросила Лиана.

— С этим сложнее. Сам мешок у них бронированный и к тому же хорошо защищён костяной пластиной. Попасть трудно, пробить тоже. Если только оглушить и подойти ближе, когда он на некоторое время застынет. Или грубо рвать в клочья, надеясь попасть по нему. Других вариантов нет. Короче смотря на какую элиту, нарвётесь. Если в туннелях и вообще под землёй, то ещё можно её выпотрошить. А уж если на поверхности встретите скреббера, то… вы навсегда останетесь в наших сердцах.