Метеорит с начинкой - Валерий Кобозев

поясок халата, под которым ничего не было. Егор взял Марфу на руки и понес к себе в комнату. Секс у них был бурный и долгий, Марфе хотелось попробовать во всех позах – было видно, что женщина сильно истосковалась по мужской ласке.

Егор прожил у Марфы с Никитой месяц, пока Марфа подобрала подходящий вариант паспорта. Мужик был даже чем-то похож на Егора, поэтому решили не менять фотографию, а в сорок пять лет Егор свою вклеит, как полагается. Стал он теперь Семеном Аркадьевичем Крошевым, сорока лет от роду, а точнее, у него не было ни роду ни племени – умер под мостом от отравления алкоголем, бомж был с десятилетним стажем. Марфа убрала данные о смерти Крошева и все – живи и радуйся жизни, Егор.

На следующий день Никита купил Егору билет на поезд до Новосибирска, дали ему с собой пятьдесят рублей на первое время перебиться, пока на работу не устроится.

Интерлюдия

– Маша, из зоны сообщили, что кранты убийце нашего сыночка, повесили его, имитировали самоубийство, – сообщил своей жене Николай Силков.

– Коля, я хочу на его могилу взглянуть и плюнуть на нее, – сказала Маша.

– Да что на нее глядеть-то? Много чести будет этому подонку! – возразил Николай.

– Хочу убедиться, что эта тварь в могиле лежит, а не землю коптит! – твердо сказала Маша.

– Ну хорошо, давай я обо всем договорюсь с нужными людьми, съездим туда, – согласился Николай.

Через месяц супруги Силковы поехали в ИТК, получив разрешение на свидание с Духом, – коли Махин покончил с собой, то и опасаться им было нечего. Вначале они посетили кладбище и посмотрели на могилу Егора Махина.

– Коля, это что? – спросила Маша, показывая на промоину, ведущую в могилу.

– Ну наверно земля осела, дожди были – вот и промоина образовалась, – неуверенно ответил Николай.

– Нет там никого! Ушел, тварь! – воскликнула разъяренная мать.

– Да ты что? Его же под конвоем даже на кладбище отвезли в последний путь! И зэки его хоронили! – возразил Николай.

– Да нет тут его, вылез из могилы, скотина! – была уверена Маша. – Найми людей, пускай могилу вскроют, хочу убедиться, что он тут.

– Давай сначала поговорим с тем парнем, которого наняли, он нам расскажет, как дело было – может и вскрывать могилу не придется, – предложил Николай.

– Давай поговорим, это не помешает, – согласилась Мария.

На следующий день у них было свидание с Духом. Тот им все подробно рассказал, упомянул о том, что вскрытия не было.

– Он точно жив! Если бы было вскрытие – я бы тогда успокоилась! А так – прикинулся мертвым и вылез из могилы, – настаивала Мария.

– Хорошо, – нехотя согласился Николай, – найду я людей, вскроем могилу.

Через три дня нужные люди были найдены и вечерком приступили к раскопке могилы. Лопаты застучали по доскам гроба, рабочие остановились.

– Тут доски проломлены, земля в гробу, – сообщил один из них заказчикам.

– Вытаскивайте землю из гроба – хотим убедиться, что покойник там лежит, – потребовала Мария.

Рабочие стали аккуратно вынимать землю из гроба. Через полчаса выяснилось, что в гробу никого нет.

– Я же говорила – жива эта тварь! – со злобой воскликнула Мария. – Сообщи в зону – пускай в розыск его подают!

После сообщения Силковых в колонии начался кипиш. По всем правилам произвели вскрытие могилы, составили протоколы и остальные нужные бумаги, объявили Егора Махина в розыск за побег из ИТК.

Глава 2 Василий Ухов, Барнаул, июнь 1985 года

Уже десятиклассник Василий Ухов гордо шел по лесу, держа на плече двустволку деда. Он приехал отдыхать на каникулы к деду в лесничество, где тот был главным лесничим этого участка леса, и никто не мог помешать ему охотиться, хотя у него не было охотничьего билета. Что, впрочем, было не мудрено – охотничий билет только совершеннолетним выдавали, а Васе только что исполнилось шестнадцать. Вася беззаботно шагал по лесу, тихо насвистывая незатейливую мелодию, ноги мягко пружинили по ковру из опавшей хвои. Ему встречались полянки, усеянные грибами, в основном маслятами, а иногда и боровики попадались, но он шел не за этим, его задача была намного серьезнее. Василий же не по грибы в лес отправился, он охотился. Ну, можно сказать, браконьерствовал – пошел тетерева добывать. Дед разрешил подстрелить только одного самца. Он любил поохотиться, а в июне охота запрещена. Но для пропитания лесничим разрешалось добывать дичь – иначе чем питаться в лесу?

Василий услышал над головой протяжный приближающийся звук – так в кино про войну озвучивают падение авиабомбы. У парня похолодело в груди, ему захотелось упасть на землю и сжаться в комок, но любопытство оказалось сильнее, Вася посмотрел вверх – черная полоса наискосок прочертила небо, и через мгновение что-то ударило в землю, где-то совсем не далеко. Это был не взрыв, а очень сильный удар. Василий не раздумывая побежал в направлении звука. Он спустился в распадок, потом стал подниматься на противоположный склон и чуть было не угодил с разбегу в воронку метров двух в диаметре.

– Так, а это что такое? – проговорил Василий. Он уставился на шар, лежавший на дне ямы. Размером шар был раза в два больше футбольного мяча, даже чуть больше баскетбольного. Это был камень, судя по цвету, но красный внутри. Вася вспомнил теплоизоляцию космических шаттлов, о которой была передача по телевизору: раскаленную плитку брали голыми руками, изнутри она светилась красным цветом от высокой температуры, а снаружи уже была холодной.

Парень осторожно спустился в воронку, подобрав сухой сук, чтобы потрогать круглый камень. «Это же настоящий метеорит!» – Вася чуть не задохнулся от восторга – вот же повезло! Он потыкал шар палкой и заметил, что тот на глазах меняет цвет – становится серым, остывая. И вдруг метеорит раскололся на четыре части, освободив шар диаметром с два теннисных мяча.

– Вот чудеса-то! – удивился Вася. Он решил пошевелить палкой сердцевину метеорита, но не успел – и этот шар раскрылся на две части, и из него поперла зеленая флуоресцирующая