Третий Генерал: Том IX - Александр Сергеевич Заикин

брат императора. — Неназванные воспользовались тем, что контролируют Румынию и заставили генералов отправить десятую часть всей армии чтобы раз и навсегда разобраться с Дракулой. Выжило всего сто семнадцать человек.

— Почти семь тысяч солдат погибли менее чем за тридцать секунд. И ты, как и я, понимаешь, что будь их там хоть десять тысяч или даже больше, то процент потерь был бы аналогичен. Просто уничтожение большего количества солдат и техники потребовало бы ещё несколько секунд. Когда-либо в истории один маг мог совершить нечто подобное?

Валерий не ответил на вопрос Виктора и повисла тишина. Да и нужен был ли ответ? И так очевидно, что подобного никогда не происходило. При масштабном сражении один маг в лучшем может разом убить лишь до сотни солдат противника.

Но на деле в армии противника тоже есть маги или у воинских подразделений при себе будут защитные артефакты. Поэтому большую часть сражения всё будет зависеть от простых солдат пока будут вести свою битву. И лишь когда одна из сторон окончательно ослабеет и выдохнется, тогда маги другой стороны начнут убивать десятки солдат противника. Так воевали уже не одну сотню лет и даже рывок технологий вкупе с созданием различной военной техники не сильно изменили ситуацию.

А тут один массированный удар и несколько тысяч погибших. Поэтому весь мир гудел, а власть имущие вместе с теми, кто осознал все масштабы проблемы, потели от страха.

— У меня был разговор с Никитой, — продолжил Виктор. — Очень серьёзный и обстоятельный в те два дня, что мы планировали всю эту операцию. И он мне как духу сообщил, что это всё ещё лишь одно из первых его усилений. Он близок к половине той мощи, которой однажды будет обладать когда-то. Понимаешь? Половина! Опять же, по его словам, ему ещё надо несколько дней, чтобы только освоиться со своим текущем уровнем сил и вот тогда то, что он всем продемонстрировал, Никита сможет проворачивать почти на регулярной основе. И без каких-либо последствий для себя даже в виде моментального истощения сил!

— Это будет покруче даже ядерного оружия, — сказал Валерий. — Масштабы поменьше, но общий ущерб в десятки или даже сотни раз больше. Знаешь, без всяких шуток и иронии скажу, что мне жалко румын и турков — они сами не понимают на что нарвались. И пускай сила Зотова действительно заставляет поволноваться, однако на деле он настоящее благословение как для нас, так и всей империи. Ты знаешь, как я не люблю всю эту высокопарную чушь, но действительно создаётся впечатление, что паренька нам послали сами боги.

— Может мне действительно передать ему трон? — Задался вопросом Виктор. — Знаю, что и раньше говорил об этом из-за наплыва эмоций или хотя бы как в шутку, но сейчас я всё чаще и чаще задумываюсь об этом вполне серьёз. Ты сам о таком развитии ситуации не размышлял?

— Размышлял, даже с женой об этом не единожды разговаривал, — не стал скрывать Валерий. — А таком просто невозможно не задуматься. Но всё же снова скажу тебе не пороть горячку. Начнём с того, что Зотов один такой уникальный и совершенно непонятно унаследуют ли его дети и прочие потомки его силы. Ещё ты сам сказал о том, что парнишка вообще не высказывает никакого желания взять власть в свои руки, его всё устраивает. Вот честно, ты если уж что-то задумал, то узнай мнение Никиты насчёт этого дела, хорошо? Будет не очень весело если ты передашь ему трон, а он ему вовсе не сдался.

— Насчёт того насколько сильными будут его дети и потомки у меня вообще нет никаких сомнений. Ты и сам знаешь, что у него есть способы сделать любого мага сильнее. Думаешь со временем передав эту информацию в наши руки он при этом обидит собственный род? Только не после того, как Зотовы уже оказались почти полностью уничтожены. Что же касается желания… Есть такое слово «надо». Мы с тобой это слово очень хорошо знаем, да и Никита тоже всё понимает. Он будет зол, может затаит на меня личную обиду. Но пройдёт чуть-чуть времени и он возьмётся за дело. Из Зотова выйдет достойный император, а твоя дочь будет прекрасной императрицей. Они сумеют построить лучший мир.

— Даже спорить с тобой по этому вопросу не буду, они действительно сумеют это сделать, — кивнул головой мужчина. — Только знаешь, в чём дело? Они это сделают и без трона, императорских титулов и регалий. Зотов уже стоит этот самый лучший мир. Пускай для этого он проливает целые моря крови и отнимает тысячи жизней. Просто он, как и мы, лишён наивного взгляда на мир, у нас есть понимание что лучший мир не построить без иногда воистину жестоких методов. Особенно когда очень многие с радостью готовы нам помешать. В общем, хочешь братского совета? Подумай хорошо над моими словами. А затем смирись с тем фактом, что Зотову престол империи совершенно не нужен. Вот что хочешь ты делай, но сидеть тебе на троне ещё много лет, потом передашь его своему сыну, тот своему и так далее. Рюриковичи были правителями России, ими и останутся. Зотовы же будут нам верными соратниками обеспечивая благополучие страны.

— Не очень хочется это признавать, но да, ты абсолютно прав, — вздохнул Виктор. — Ведь есть такое слово «надо»… Ладно, пошли уж отдыхать. Сейчас от нас мало что зависит. Всё в руках Никиты.

* * *

Адриан сидел в недавно построенном зале совета. Перед ним стояли немногие оставшиеся старые старейшины и те, кто совсем недавно ими стал из-за того, что Бальтазары понесли тяжёлые потери. Четыре старейшины, которые в числе первых были усилены и вышли за пределы доступной людям магии. Их гибель действительно тяжёлая потеря, на них были потрачены драгоценные ресурсы. Хуже всего, что они не достигли своей цели.

Но это уже дело прошлого. Бальтазары уверенно становились сильнее, они приняли множество вампиров из других кланов и постепенно усиливали «старую гвардию». Им требовался ещё год с небольшим после чего клан Бальтазаров громко заявил бы о себе. Пара месяцев и под их контролем оказалось бы сразу несколько стран Европы! После этого ни один вампир больше не стал бы подчиняться людям!

Но совершенно неожиданно, буквально в один миг, всё оказалось на грани краха.

— Кто этот треклятый Драку̀л, откуда он взялся и какие цели преследует? — Спросил Адриан у