Ангел-хранитель - Франсуаза Саган

-- А как вы думаете, Льюис? У меня своя жизнь, друзья, наконец... мм... мужчины, которые за мной ухаживают.

Сказав последнюю фразу униженным голосом, я почувствовала, что краснею. Это в сорок пять-то!

Льюис кивнул:

-- Я прекрасно знаю, что есть мужчины, которые в вас влюблены. Например, этот тип, Бретт.

-- Между Полом и мной никогда ничего не было, --сказала я целомудренно. --И вообще, вас это не касается. Просто поймите, ваше присутствие меня компрометирует.

-- Вы уже достаточно взрослая, -- справедливо заметил Льюис. --Я только думал, что если найду в городе работу, то мог бы остаться здесь и платить вам за это.

-- Мне не нужны деньги. Я сама зарабатываю себе на жизнь.

-- Но мне так было бы удобнее, -- примирительно сказал Льюис.

После бесконечных обсуждений мы пошли на компромисс. Льюис постарается найти работу и через некоторое время поселится где-нибудь поблизости. Он на все согласился. Спать разошлись в превосходном настроении. Мы не обсудили единственный вопрос, который мне пришел в голову перед сном: почему он хотел остаться у меня?

Итак, на следующий день я покрутилась на студиях, рассказала о молодом человеке потрясающей красоты, заработала по этому поводу несколько шпилек и договорилась о пробе для Льюиса. Он пришел со мной на студию, покорно выдержал пробу, и Джей Грант, мой шеф, обещал ее посмотреть на следующей неделе-то есть сегодня. Джей сидел в зале для просмотров, обсуждал Льюиса и двенадцать других соискателей, я в это время грызла от волнения ручку, а Кэндй, влюбившаяся в Льюиса с первого взгляда, вяло стучала на машинке.

-- Неважный вид отсюда, --сказал Льюис рассеянно.

Я взглянула на желтеющий газон под окнами. Господи, он говорит о газоне! Этот мальчик может стать настоящей кинозвездой, соблазнителем номер один Соединенных Штатов Америки, а он говорит о каком-то газоне! Я вдруг представила его кумиром толпы, увешанным "Оскарами", разъезжающим по всему миру и время от времени делающим на своем "кадиллаке" небольшой крюк, чтобы обнять старушку Дороти, которая в свое время так ему помогла. Я умилялась самой себе, когда раздался звонок. Повлажневшей рукой я схватила трубку.

-- Дороти? Это я, Джей. Дорогуша, а малыш очень неплох! Просто великолепен! Зайдите взгляните на экран. После Джеймса Дина это лучшее, что я видел.

-- Он здесь, со мной, --выдавила я.

-- Прекрасно. Приводите и его.

После того как Кэнди, вытирая глаза, нас расцеловала, мы прыгнули в машину, за несколько секунд промчались три километра, отделяющие нас от просмотрового зала, и упали в объятия Джея. Хотя я напрасно говорю "мы"-Льюис тащился нога за ногу, посвистывал и, казалось, совершенно не интересовался тем, что происходит. Он вежливо поприветствовал Джея, уселся в темноте рядом со мной, и мы стали смотреть пробу.

На экране он выглядел немного иначе-в нем было что-то не поддающееся определению: нечто жестокое, даже яростное и, признаюсь, невероятно привлекательное, но что меня почему-то неприятно задело. Это был незнакомец, который совершенно непринужденно вставал, прислонялся к стене, закуривал сигарету, зевал, улыбался, как будто он был совсем один. Камера его абсолютно не смущала, непонятно было даже, замечает ли он ее вообще.

Зажегся свет, и сияющий Джей повернулся ко мне:

-- Что скажете, Дороти?

Именно он, и только он открыл Льюиса, это было ясно. Я молча закивала, что в данной ситуации служило лучшим ответом. Джей повернулся к Льюису:

-- Как вы себя находите?

-- Я себя не нахожу, --мрачно отреагировал Льюис.

-- Где учились играть?

-- Нигде.

-- Нигде? Не загибайте, приятель.

Льюис встал. На его лице отразилось отвращение.

-- Я никогда не лгу, мистер... мистер... Впервые в жизни я увидела, как Джей растерялся. Он слегка покраснел и сказал:

-- Я и не говорю, что вы лжете. Просто для начинающего у вас потрясающая естественность. Дороти может вам подтвердить.

Он обернулся с просящим видом, который меня развеселил. Я пришла на помощь:

-- Действительно, Льюис, вы прекрасно смотрелись.

Он улыбнулся и вдруг наклонился ко мне, как будто мы были одни.

-- Это правда? Я вам понравился? Увидев его лицо в двух сантиметрах от моего, я беспокойно заерзала в кресле.

-- Ну конечно, Льюис, я уверена, что перед вами открывается блестящая карьера и...

Джей скромно кашлянул, как я того и ожидала.

-- Я подготовлю контракт, Льюис, и вы сможете, если захотите, показать его адвокату. Где можно вас найти?

Я вжалась в кресло и услышала, как Льюис спокойно ответил:

-- Я живу у мадам Сеймур.

Глава шестая

Большого скандала не вышло, как-никак мое имя не гремит на весь Голливуд. Я удостоилась пары сплетен и нескольких дурацких поздравлений по поводу успехов моего протеже. Но слухи не пошли дальше дверей моего кабинета. Ни одна кумушка не заглянула ко мне на огонек. Небольшая заметка в кинематографической газете сообщала о контракте, подписанном знаменитым Джеем Грантом и неизвестным Льюисом Майлзом. Только Пол Бретт во время импровизированного обеда в баре студии серьезно спросил меня, что я собираюсь делать с Льюисом. Он похудел, что ему очень шло, выглядел немного грустным, как все сорокалетние холостяки в наших местах, и заставил меня вспомнить о существовании мужчин и любовных отношений. Я весело ответила, что с Льюисом не собираюсь делать ничего, что рада за него от всего сердца и что он вот-вот переедет. Пол посмотрел на меня с подозрением.

-- Дороти, я вас всегда любил за то, что вы не лжете и не ломаете идиотских комедий, как это любят делать здешние дамы.

-- Ну и что дальше?

-- Только не говорите мне, что такая женщина, как вы, безгрешно живет уже месяц с красивым молодым человеком. Я признаю, он действительно красив...

Я рассмеялась:

-- Пол, вы должны мне поверить. Он мне не нравится, по крайней мере в таком смысле. И я ему тоже. Это может показаться странным, но тут уж я ничего не могу поделать.

-- Поклянитесь!

Просто смешно, до чего мужчины обожают всякие клятвы. Ладно, я поклялась, и, к моему удивлению, Пол буквально расцвел. Я не считала его ни настолько наивным, чтобы поверить женской клятве, ни настолько влюбленным, чтобы ей обрадоваться. Мне вдруг пришло в голову, что я уже целый месяц живу с Льюисом под одной крышей, нигде практически не бываю и до сих пор не упала в объятия какого-нибудь красавца, хотя подобное случалось со мной в жизни достаточно часто. Я пригляделась к Полу, отметила его обаяние, элегантность, прекрасные манеры и назначила ему свидание на завтра. Он зайдет за мной часов в девять, мы пойдем поужинать и потанцевать "У Романова". Расстались мы чрезвычайно довольные друг другом.

Вот почему на следующий день я вернулась домой чуть раньше обычного, решив разодеться в пух и прах и окончательно очаровать Пола Бретта. Льюис сидел в своем кресле, как всегда глядя в небо. Когда я подошла, он бросил мне какую-то бумагу. Я подхватила ее на лету. Это был контракт с Грантом. Там говорилось о трех фильмах с Льюисом, о довольно приличных гонорарах и о работе только с Грантом. Быстро проглядев контракт, я посоветовала Льюису для большей надежности сходить к моему адвокату.

-- Вы довольны, Льюис?

-- Мне все равно, --ответил он. --Если вам это нравится, я подпишу. Вы, кажется, куда-то торопитесь?

-- На ужин, --сказала я весело. --Через час за мной зайдет Пол Бретт.

Я взбежала по лестнице, забралась в ванну и, погружаясь в горячую воду, стала обдумывать свою будущую жизнь с этим великим оптимистом. Конечно, я выпутывалась и не из таких ситуаций: перед Льюисом отличная карьера, Пол по-прежнему в меня влюблен, мы идем ужинать, развлекаться, возможно, займемся любовью, и вообще жизнь-очень приятная штука.

Я снисходительно посмотрела в зеркало на свое все еще стройное тело, на счастливое лицо, вышла из ванной и завернулась в очаровательный пеньюар от Порто, который моя дочь прислала из Парижа. Потом села перед маленьким столиком, достала целую кучу прекрасных кремов и принялась приводить себя в порядок. В зеркале я увидела, что пришел Льюис. Он вошел без стука, что меня очень удивило, но не обидело, потому что, как уже было сказано, я пребывала в отличном настроении. Он сел на пол возле меня. Один глаз я уже накрасила, а другой еще нет, поэтому выглядела очень глупо и быстро принялась исправлять положение.

-- Где вы собираетесь ужинать? -- спросил Льюис.

-- "У Романова". В Голливуде это один из лучших ресторанов, где принято ужинать. Скоро и вы там будете рассиживать, как настоящая звезда.

-- Не говорите глупостей.

Его голос зазвучал отрывисто, зло. Моя рука с карандашом застыла в воздухе.

-- Я и не говорю глупостей. Это чудесное местечко.

Он не ответил. Просто, как обычно, принялся смотреть в окно. Я закончила свой туалет, но почему-то постеснялась при Льюисе накрасить губы. Это показалось мне таким же непристойньм, как раздеться при ребенке. Вот почему я зашла в ванную, тщательно подрисовала сладострастный изгиб губ в стиле Кро-уфорд и надела свое любимое синее вечернее платье, сшитое по модели Сен Лорана. Пришлось немного повозиться с "молнией", поэтому я совершенно забыла о Льюисе и, выйдя, едва не наткнулась на него, все еще сидящего на ковре. Он вскочил и уставился на меня. Я улыбнулась, очень гордая собой.