Профи стреляет не целясь - Алексей Пронин

– Шеф, они внизу! – Здоровый крепыш с острым зрением узрел прыгающих беглецов с высоты пятнадцатого этажа.

– Преследуйте их, только не стрелять. Ты меня понял? – яростно рычал в рацию Бернс, охваченный первобытным азартом погони.

– Они уходят через вентиляцию, на подземную стоянку.

– Отлично, мы встретим их внизу, захлопывайте мышеловку.

Бернс потирал руки в предвкушении повторной встречи с дерзкими беглецами. Два огромных джипа, припаркованных у небоскреба, по команде босса взяли резкий старт, чтобы успеть перекрыть выезд из подземной стоянки. Преследователи, выбравшиеся наверх из просторных лифтовых кабинок, шли след в след; попрыгав вниз, добрались до оставшейся открытой вентиляционной шахты. Пока они втискивали в нее свои мощные, раскормленные гамбургерами торсы, под ногами Миа сквозь решетку высветилась подземная стоянка.

Ощущение приближающегося освобождения от преследования – пьянящая вещь не хуже абсента. Не менее пьянящая вещь – ощущение победы над вдоволь насопротивлявшимся объектом вожделения, сдавшимся в кои-то веки на милость победителя. Молодой и полный сил белый клерк, после трехнедельной осады освободивший на заднем сиденье своего «Мерседеса» симпатичную сослуживицу от мешающих удовлетворению плотских желаний материй, был, мягко сказать, разочарован, когда в самый пикантный момент крыша автомобиля с глухим стуком прогнулась от приземления на нее двух тел. Острые коготки предмета вожделения с силой вонзились ему в спину, а барабанные перепонки содрогнулись от высочайшего контральто, поставившего под сомнение его мужские способности. Глаза белого клерка с ненавистью проводили в дальнейший путь разнополую парочку, со сноровкой ковбоев запрыгнувшую в ближайшее авто с открытым верхом.

Вырванные уверенной рукой Миссионера нужные проводки заискрились, давая возможность двигателю набрать обороты. Кабриолет, кстати оказавшийся под рукой, рванул с места, оставив белого клерка наедине с его разочарованием. Миа, выжав полный газ и не снижая скорости, ловко лавировала между машин. Но люди Дугласа Бернса не дремали – два мощных джипа, заглушив моторы, успели загородить собой выезд с подземной парковки. А обладатели строгих костюмов, расположившись рядом в напряженных позах, ощетинились оружием в ожидании встречи с беглецами.

Натужный рев кабриолета, из которого Миа выжимала все положенные лошадиные силы, мелькание авто, мимо которых со сноровкой заправского слаломиста проносилась его нечаянная соратница, – все смешалось в одну футуристическую картинку.

– Держись покрепче! – Не оборачиваясь в его сторону, Миа зигзагами приближалась к перегородившим дорогу машинам.

– Ты сошла с ума! – прокричал ей Миссионер, пытаясь отодрать ее от руля.

Не отвечая, она вильнула в сторону, отчего Миссионера прижало к боковой дверце машины. Положившись на судьбу, он покрепче вцепился в сиденье. Китаянка знала свое дело не хуже профессиональных каскадеров. Кабриолет со всей дури наехал на бордюр, и колеса машины со стороны Миссионера оторвались от земли, подняв его на метровую высоту.

Парни в строгих костюмах, открыв рты, смотрели за тем, как принявший почти вертикальное положение кабриолет пролетел между одним из перегораживающих дорогу джипов и стеной. Вильнув вправо, автомобиль, пружиня амортизаторами, вернулся в исходное состояние. Миссионер, чувствительно приложившийся плечом к дверке авто, утратил способность к удивлению. На лице Миа не дрогнул ни один мускул. Вывернув на дорогу, она вновь как следует притопила педаль газа.

Бернсу стоило определенного труда вывести из ступора своих подчиненных. С небольшим запозданием кавалькада машин, вместившая в себя полный комплект преследователей, бросилась в погоню. Гонка по улицам Гонконга продолжалась не более получаса. Люди Бернса не отставали, но у Миа по дороге созрел еще один безумный план. Она развернула машину в направлении Абердина, к плавучим улицам Гонконга. Джонки, качавшиеся на воде и образовывающие целые водные кварталы, показались вовремя. Машины преследования сжимали свое кольцо, окружая кабриолет со всех сторон. Преследователи ликовали, загоняя беглецов в мышеловку и заставляя местных жителей с интересом оглядываться на автомобильный «тур де Гонконг».

– Я надеюсь, ты умеешь плавать? – Вопрос был задан китаянкой без всякой иронии.

– Можешь на меня рассчитывать.

– О’кей!

Миа, приметив узкую полоску воды между плавучими домами, направила туда авто. Машина, на огромной скорости оторвавшись от асфальта, воспарила над легкой рябью прибрежных волн. Они успели выпрыгнуть еще до того, как кабриолет коснулся воды. В прыжке Миа показала Миссионеру направление движения. Захватив в легкие как можно больше воздуха, он погрузился в глубины залива.

Они вынырнули на поверхность практически одновременно, за джонкой, пришвартованной к одному из домов. Бернс со своими людьми был по ту сторону плавучих баррикад и не мог их видеть. Кабриолет благополучно затонул в прибрежных водах под осуждающим взглядом седеющего китайца, возившегося возле своей лодки. Зацепившись руками за джонку и глядя ему в глаза, Миа приложила палец к губам. Миссионер, держась на плаву, даже не пытался вникнуть в суть разговора. Язык Поднебесной никогда не был его коньком.

– Деньги! – Китаянка подкрепила свои слова характерным жестом. – У тебя есть деньги?

Рука Миссионера послушно скользнула под воду, пробуя достать из внутреннего кармана отяжелевшего и прилипшего к телу пиджака разбухший бумажник. Нехитрая операция увенчалась успехом только через пару минут. Миа, нетерпеливо вырвав его из рук Слобцова, выудила оттуда пару мокрых, прилипших друг к другу стодолларовых купюр и протянула их хозяину приличного на первый взгляд суденышка. Китаец, осторожно приняв купюры, с дежурной улыбкой на довольном лице пригласил их подняться. Перевалившись через борт, они ничком растянулись на палубе. Бросив на мокрые тела брезент, китаец плавно стронул свое суденышко с места.

Проводив взглядом канувший в воду кабриолет, Тед Меола, глава прибывшей на берега Сянгана делегации высококвалифицированных специалистов для ликвидации Председателя КНР, сокрушенно покачал головой. Весь тщательно подготовленный карнавал с треском провалился, пошел на дно, пустив на прощание лопающиеся пузыри надежды на вывод из игры основных игроков. Игроков, которые могут при неблагоприятном стечении обстоятельств доставить ему крупные неприятности.

Размышления Меолы прервал бесшумно возникший рядом широкоплечий гигант:

– Шеф, надо уходить.

Вдалеке послышался вой сирен. Встреча с настоящими местными полицейскими не входила в его планы. Меола картинным жестом выкинул корочки Дугласа Бернса в воду и сел в машину. Продолжать преследование не было смысла.

Лежа в джонке под пахнущим рыбой брезентом, старлей Слобцов мучительно раздумывал над произошедшим. Вместо того чтобы встретиться с нужным, обозначенным в Москве человеком, он знакомится с весьма и весьма подготовленной ко всяческим шпионским перипетиям девочкой, которая вытаскивает его из чьих-то хитроумно расставленных сетей. То, что это никакой не Интерпол, к гадалке не ходи. По ходу дела, это и есть те парни, которые прибыли в Гонконг для устранения очередного китайского Кормчего. Слишком характерные и специфические у них просматривались повадочки. И, что самое интересное и непонятное в этой истории, эти парни знали точно, что встретят именно их и именно в шесть часов вечера. Но откуда они могли это узнать, и что это в итоге может означать? А означать это может только одно – человека, с которым он должен был встретиться, уже как следует обработали и сняли нужную информацию. Но, опять же, если это так, откуда взялась эта сумасшедшая китаянка, которая помогла ему избавиться от дружеских объятий заокеанских рейнджеров? И которая тоже обладала сугубо специфической информацией?

Моторка перестала чихать и заглохла, прервав ход его мыслей. Брезент, которым они были накрыты, ловкой рукой китайца был отброшен в сторону, заставив Слобцова зажмуриться от ярких солнечных лучей. Миа, лежавшая все это время неподвижно, поднялась и залопотала о чем-то со своим соплеменником.

Миссионер осмотрелся по сторонам. Небоскребы деловой части скрылись вдали, уступив место домам ярко выраженной колониальной архитектуры. На побережье вовсю шла торговля рыбой и морепродуктами. До его обоняния донеслись аппетитные запахи с изрядной примесью экзотики, и старший лейтенант почувствовал нешуточный приступ голода. Миа, закончив свою болтовню, кивнула ему головой, давая понять, что гостеприимство хозяина лодки на этом завершено. На традиционное «спасибо» по-английски китаец предпочел не реагировать, и Миссионер, не настаивая больше на принятии благодарности, вместе со всей спутницей сошел на берег.