Влюбленный эльф - Михаил Эм

воздуху, участник аттракциона — вместо того, чтобы расшибиться в лепешку — падал прямо в воздушную подушку и не страдал. Правда, про подушку Ариэлю рассказал папа — сам Ариэль ее не видел. Но ведь от этого подушка не исчезла: как лежала на другом конце Буйного парка, так и осталась лежать — никто ее не трогал.

При Ариэле в воздух запустили двух взрослых эльфийцев и одну девочку — они растворились в небесной синеве, маша крылышками. Куда приземлялись запущенные, с того места, где находился Ариэль, видно не было, ведь воздушная подушка располагалась на другом конце парка!

— Сначала я, — сказал отец матери, — потом ребенок, потом ты. Не волнуйся, я ребенка на месте приземления приму.

Ствол березы согнули и закрепили у земли, отец оседлал его и подмигнул Ариэлю. И вот березу отпустили. Отец взвился в воздух и скрылся — в направлении, в котором до него скрылись двое взрослых эльфийцев и одна эльфийская девочка.

Наступила очередь Ариэля. Нет, Ариэль нисколько не волновался, а если и волновался, то самую малость — ровно столько, сколько нужно для поддержания душевного равновесия. Его крылышки были сложены, а волосы не искрили, тем самым демонстрируя спокойствие и сосредоточенность.

— Когда окажешься в воздухе, маши крыльями, — посоветовала мать. — Появится ощущение, будто ты летишь. Как наши предки.

— Хорошо, мама, — ответил мальчик.

В этот момент он уже оседлал березовый ствол, пригнутый к земле и сотрясающийся от желания разогнуться и выстрелить Ариэлем в воздух.

Ариэль и сам не понял, когда ствол распрямился. Мгновение — и он уже летит по воздуху над Буйным парком. Внизу мелькают прохаживающиеся посетители, вон площадка для цирковых выступлений — кажется, тролль снова жует свою каменную глыбу: не прежнюю, а другую, конечно, — а вон, по левую руку, вход в Буйный парк и единороги, ожидающие клиентов на транспортной стоянке. Мальчик летит, а его сердце захлестывает ощущение неимоверного счастья — такого неимоверного, что хочется, чтобы оно продолжалось вечно.

Вспомнив, как мама советовала махать крыльями, чтобы возникло ощущение полета, Ариэль замахал крыльями, и ощущение полета действительно возникло. Однако, полет уже пошел под уклон, земля начала стремительно приближаться, и Ариэль увидел расположившуюся на земле воздушную баранку, но такую огромную, что ее можно было сравнить с отдельным зданием. Ариэль летел в самую середину воздушной баранки, которая и должна была погасить скорость падения.

На страшной скорости Ариэль воткнулся в подушку, но совсем не больно и даже немножко приятно — только нужно было следить за крыльями, чтобы не поломать. Впрочем, Ариэль был эльфийцем, а любого эльфийца — что темного, что светлого — первым делом учат концентрироваться и складывать крылья так, чтобы ничего не поломать при случайном падении. Поэтому приземление Ариэля прошло успешно. Мальчик воткнулся в подушку, затем его подкинуло высоко в воздух, затем пониже, а вскоре и вовсе перестало подкидывать, и Ариэль зарылся в надутую воздухом прорезиненную ткань.

Тут и отец подоспел, вытащив сына из воздушной подушки — и очень вовремя, потому что в их сторону уже летела, перебирая крыльями, запущенная следующим номером мать.

Когда все оказались на земле, то поздравили друг друга с удачным приземлением.

— Уф, ну и полетали! — широко улыбнулся отец. — Погодите немного, я сейчас…

И указал в сторону круглой зеленой будки — общественного туалета.

— Ариэль, ты хочешь? — спросила мать.

— Нет, не хочу, — отказался Ариэль.

Несмотря на то, что он выпил один стакан березового и полстакана вишневого сока, мальчик действительно не хотел в туалет. С большим удовольствием он бы еще полетал: чувство возвышенного восторга, испытанное во время полета, не отпускало.

Отец ушел в туалет, а они с матерью стояли рядом с будкой и ждали.

За время их ожидания приземлилось еще несколько березовых пассажиров — трое или четверо, — и все они сразу после приземления бежали в туалет. Вероятно — хотя Ариэль этого совершенно не чувствовал, — полет по воздуху способствовал наполнению мочевого пузыря.

Ожидание отца затягивалось. Вот уже пассажиры, зашедшие в туалет позже отца, вышли из двери — все светлые эльфы, разом, одновременно, — и быстро разошлись в разные стороны, а отец все не появлялся.

Они ждали еще пятнадцать сотен мгновений, пока уставшая мать не попросила Ариэля:

— Зайди посмотри, что он там застрял? Живот прихватило, что ли?

Ариэль пошел и отворил фанерную дверь. Рядом с писсуарами валялся окровавленный мужчина, с поломанными крыльями, слабо стонущий и сучащий левой ногой — видимо, в беспамятстве. Туалетные кабинки были поломаны и частично обгорели, как будто в них устраивали фейерверк… или несколько эльфийцев насмерть бились на магических заклинаниях.

Мальчик прикрыл фанерную дверцу и вопросительно обернулся к матери, но та уже поняла: случилось что-то ужасное, — и бежала к общественному туалету со всех ног.

1.4. Бонбоэль

Бонбоэль, глава Магического агентства, в сокращении МААГ, сидел в своем кабинете с видом на сосновый бор и читал доклад. В докладе значилось:

«Довожу до сведения:

Вчера, 24 числа, по официальному каналу получены сведения из городской лекарни о поступлении на излечение мужчины в возрасте около 30 циклов. Диагноз: множественные переломы костей и крыльев, порезы на лице, гематомы в области грудной клетки и бедер, сотрясение мозга.

Проверкой документов установлено:

Имя пострадавшего — Зуриэль.

Зуриэль является работником МААГ, в должности второго ответственного секретаря.

По мнению лечащих врачей, Зуриэль подвергся избиению со стороны неизвестных — по всей видимости, нескольких эльфийцев, с применением боевой магии.

Посредством беседы с супругой пострадавшего дополнительно установлено:

Нападение произошло днем в общественном туалете Буйного парка, где пострадавший отдыхал вместе с семьей (супруга Бониэль, 28-ми циклов, и сын Ариэль, 6-ти циклов). В помещении общественного туалета пострадавший находился один, жена с ребенком ожидали на входе.

За время ожидания общественный туалет посетили 3 или 4 светлых эльфа, зашедших в туалет позже и вышедших раньше пострадавшего. Можно предположить, что именно эти светлые эльфы явились непосредственными исполнителями нападения. Косвенно это подтверждается тем, что на протяжении означенного периода другие эльфы или иноплеменники общественный туалет не посещали, также тем, что неизвестные светлые эльфы заходили в общественный туалет порознь, по мере своего прибытия с аттракциона „Гнутая береза“, но вышли оттуда одновременно, причем разошлись в разные стороны, хотя выход из Буйного парка единственный.

Изложенное дает основания подозревать, что нападение было заранее организовано и спланировано.

Можно предположить, что нападавшие следили за Зуриэлем с начала его прогулки по Буйному парку — скорее, с момента его выхода