Частная жизнь звезды - Мэгги Кокс

– Я не знаю… Да…

Фрея несколько раз нервно сцепила и расцепила пальцы, и Нэш нахмурился. Он никогда еще не видел таких бледных рук. Казалось, они сделаны из слоновой кости. У Нэша появилось непреодолимое желание обнять Фрею и согреть своим телом. Но он понимал, что может спугнуть ее, и потому рисковать подобным образом просто не мог. Ведь он обещал Оливеру помочь ей.

– Ну, хорошо… Если вы хотите, чтобы я помог вам, мы должны сотрудничать. Не думайте, что я не понимаю, как вам сейчас трудно решиться опять появиться перед журналистами. Я не хочу лгать вам, это будет нелегко. Но кроме этого, мне необходимо от вас кое-что еще. Мне нужно, чтобы вы появлялись в некоторых местах, на некоторых мероприятиях. Если вы не сделаете этого, я не смогу выполнить просьбу вашего дяди помочь вам. Вы понимаете?

В его голосе прозвучали стальные нотки, и Фрея почувствовала, что этот человек привык в своей работе к самым высоким стандартам, которых он придерживается сам и требует от других. Похоже, он никому не позволит встать на своем пути. Фрея твердила себе, что должна быть довольна его упорством. Но сейчас все ее мысли были заняты только тем, что ей снова придется встать перед камерами и отвечать на вопросы. Все ее существо противилось этому, хотя она понимала, что сделать так необходимо ради себя самой.

Фрея сидела молча, пытаясь унять свое волнение.

– Вы говорите, что понимаете мое нежелание вновь появляться перед прессой и публикой… – Фрея с трудом сглотнула, прежде чем продолжить: – Интересно, как бы вы пережили это насилие над собой! Они могут выжать из тебя все, а ты ничего не можешь сделать, чтобы защититься! Да, мне нравился мой успех. Но я никогда не понимала, как важна для человека личная жизнь, пока все это не случилось. Я заслуживаю наказания? – Фрея посмотрела на горящий камин, потом вновь обратилась к Нэшу. – Бракоразводный процесс и без того очень тяжелая процедура, даже без вмешательства публики и прессы. Ты купаешься в их любви и признании, пока твоя звезда горит на небосклоне. А вы знаете, какое удовольствие они получают, когда твое положение на том пьедестале, на который они вознесли тебя, становится неустойчивым?

– Не давайте им мучить вас. Вы просто должны доказать, что вы сильная. Нужно дать им отпор, Фрея! Не позволяйте никому запереть вас в этом доме, словно вы боитесь жить полной жизнью. Ведь они именно этого добиваются! Не давайте им повода для радости! Особенно вашему бывшему мужу, иначе он подумает, что до сих пор имеет влияние на вас.

Слова Нэша больно ударили по натянутым нервам Фреи. Она, как могла, пыталась противостоять лжи Джеймса, но, когда он извел ее своими упреками и оскорблениями, и когда его сознательная ложь для прессы нанесла серьезный вред ее самооценке и уверенности в себе, Фрея устала сопротивляться. В суде она ничем не смогла помочь своей защите и во всем случившемся винила себя… Даже пыталась убедить себя, что заслужила это. За блестящую карьеру надо было расплачиваться. Джеймс Фрейзер был ее возмездием.

– Я должен кое-что спросить. Почему вы не подписали брачный контракт, чтобы обезопасить себя хотя бы материально? И почему не наняли себе достойного адвоката? Я уверен, что ваш дядя мог бы…

Фрея вспыхнула от этих слов.

– Дядя ничего не обязан делать для меня. Я – взрослый человек и сама принимаю решения, даже если они неверные! А что касается брачного контракта… Джеймс убедил меня, что он нам не нужен. Знаю, вы считаете меня самым глупым человеком на планете, но что сделано, то сделано, назад уже ничего не вернуть.

– Вы сказали, что он убедил вас?

Нэш нацелился на это слово, как орел, камнем падающий на свою жертву, и Фрея почувствовала, как загорелись ее щеки. Однажды она завела с Джеймсом разговор о брачном контракте, но все закончилось угрозами с его стороны. Он носился по гостиной и угрожал ей самоубийством, потому что она не любит его и не доверяет. Фрея изо всех сил старалась успокоить его, пообещав никогда больше к этой теме не возвращаться. Конечно, она позволила себя одурачить… Теперь она была абсолютно уверена в этом.

– Он ударил вас?

– Нет… Но вы бы удивились изобретательности отдельных индивидов, когда надо кому-то причинить боль. В любом случае, какое это имеет значение сейчас? Мы оба знаем, чем закончился мой брак, и я понимаю свои ошибки, но от этого ситуация не становится менее катастрофичной.

Неужели и Нэш осуждает ее за брак с таким человеком, как Джеймс, и за то, что не подписала брачный контракт, чтобы подстраховаться? От этой мысли Фрее захотелось указать ему на дверь. Ее и так многие осуждают!

– Я много раз сталкивался с подобными случаями, – вздохнул Нэш. – Повторяю, если я собираюсь помогать вам, мне надо знать, что вы готовы сотрудничать. Я хочу помочь вам вернуть прежнюю жизнь, но вы должны хотеть этого в сто раз сильнее.

– Я же дала вам слово помогать во всем, – мягко заметила Фрея. – И не лгала вам вчера. Я на самом деле гораздо крепче, чем кажется. Просто есть дни… Есть дни, когда я…

– Знаю. – Нэш понимал ее, потому что сам переживал такие времена. Но это было очень давно, когда он не был так успешен и уверен в себе, как сейчас. – Однако чем больше вы встречаете трудностей на своем пути, тем сильнее вы становитесь, Фрея. Поверьте мне. Я знаю, о чем говорю.

К величайшему облегчению Нэша, Фрея расслабила плечи и уже больше не выглядела как испуганная лань. Он знал, что должен выбрать момент и спросить ее об увлечении алкоголем и наркотиками. Только не сейчас. Хотя при всей ее уязвимости в этой женщине была внутренняя сила. Иначе она просто не вынесла бы всего, что свалилось на ее голову.

– Теперь я бы выпил чашечку кофе, – произнес Нэш. – А потом приступим к работе над заявлением.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Нэш собирался уходить, и Фрея с удивлением обнаружила, что не хочет его ухода. Впервые за долгое время она комфортно чувствовала себя в компании с другим человеком и больше не хотела оставаться одна. Мягкий и спокойный голос Нэша словно помог Фрее выйти из-за высокого мрачного забора, которым она отгородилась от всего мира, и туда не хотелось возвращаться.

Нэш уже воодушевил ее на перемены в жизни. Слушая, как он читает заявление, с которым она завтра предстанет перед прессой, Фрея заразилась напористым тоном изложения.

Она больше не была жертвой в глазах публики. И это радовало Фрею.

Джеймс слишком долго диктовал ей, как жить, и она с лихвой расплатилась за свое замужество слезами, деньгами и разрушенной карьерой. Теперь Фрея хотела восстановить свою жизнь, прямо смотреть людям в глаза и не бояться осуждения. Она хотела восстановить репутацию, работать и зарабатывать на жизнь. Но самое главное, она никогда в жизни не станет искать новую любовь. Ведь настоящая любовь – это такая же редкость, как растущие в Арктике орхидеи.