ЛОЖКА ДЕГТЯ - В. Шлифовальщик

- Я учусь, - уныло проговорил Герт. – Хотя на кой оно мне надо…

- Как «на кой»?! – возмутился Фил. – Собирать коренья ты не умеешь! Проповедь слушать – тоже! В пересущ прёшь не глядя! Вообще что ты можешь в этой жизни?!

Герт грустно посмотрел на романтика и выдавил из себя:

- Наверное, ничего.

- Вот и я про тоже. Толку от тебя как от полуживака.

Вспомнив странного человека с трупными пятнами, Герт содрогнулся. Фил это моментально заметил:

- Да не трясись ты! Обычный полуживак, через дней десять помрёт полностью. Сам таким будешь когда-нибудь.

- Можно избавиться от скачков, - вдруг чужим голосом проговорил новичок. – Плавные переходы между явлениями и состояниями. Значит, и переход от жизни к смерти тоже может быть постепенным.

У Фила полезли глаза на лоб от удивления. Он уронил от неожиданности брабульницу, и остатки ценного брабулята вылились на землю. Но он этого даже не заметил, поражённый непонятной фразой новичка.

- Ты чего это сейчас сказал? – с трудом выдавил романтик.

Герт потряс головой, похлопал глазами и проговорил:

- Не знаю. Вспомнилось что-то. В памяти застряло. А что это значит, не могу понять. Ума не хватает.

Фил вспомнил о других странных фразах и словечках, которые время от времени вворачивал в свою речь новичок. До сих пор его не интересовало, кто такой этот новичок, откуда он взялся. Сейчас же от новичка повеяло загадкой, и остатки любознательности у Фила разыгрались не на шутку.

- Слушай, Герт, - обратился он к новичку. – Я думал, что ты – обычный нищесвой, только из другого обиталища. Есть тут в Отстойнике такие. Но сдаётся мне, что ты не нищесвой. Ты кто вообще? Смотрила обессвойственный? Священник бывший?

В ответ Герт только криво усмехнулся. Фил тоже ухмыльнулся:

- Не угадал? Хочешь сказать, что ты – из-за Купола? Наружник?

- Представь себе, - невозмутимо ответил Герт.

Романтик рассмеялся:

- Брехло ты, а не наружник! Чего так скромно? Назвался бы уж сразу Лепестом!

Если бы новичок стал спорить, с пеной у рта доказывать, что он наружник, Фил бы ему не поверил. Но оборванец пожал плечами, мол, не веришь – не надо, нагнулся и начал подбирать рассыпанные коренья. Романтик обошёл Герта со всех сторон. Не похоже, что этот оборванец его разыгрывает. Хотя, кто знает: ума у Фила сейчас недостаточно, чтобы понять, враньё это или нет.

- Что-то не похож на наружника… - с сомнением произнёс Фил, пристально рассматривая новичка.

- А ты видел наружников? – хмыкнул Герт и ехидно добавил: - Хозяин!

- Не видел, - честно признался романтик. – Но знаю, что они не такие. Они… Они…

Он бессильно защёлкал пальцами. Новичок насмешливо смотрел на него, ожидая ответа. Не дождавшись, он спросил:

- И какие они, наружники, по-твоему?

- Другие, - уверенно ответил Фил. – Может, они и не люди совсем.

- Кто это тебе сказал? Отец Гведоний, небось, наплёл?

- Ну почему сразу отец Гведоний? Все говорят…

- А ты верь больше болтунам…

Конечно, за такие слова и поведение не мешало бы как следует врезать зарвавшемуся новичку. Для шустрика он слишком дерзок с хозяином. Но слова оборванца глубоко затронули романтическую душу Фила, и он не стал распускать руки. На мечтателя повеяло неизведанным и непознанным. Ведь романтика у него даже без накопника превышает норму; смотрилы излишек не изымают. Кому нужно это бесполезное свойство, это ведь не смелость и не сила воли.

Романтик вспомнил, что священник рассказывал о Закуполье и с суеверным страхом уставился на новичка:

- Отец Гв… То есть люди говорят, что за Купол попадают только после смерти. Да и то лучшие из лучших. А оттуда вообще не возвращаются…

Герт только хмыкнул в ответ:

- Ладно, чего об этом… Пошли коренья собирать.

Прозвучало это так обыденно, что романтик успокоился. К тому же Герт был совершенно не похож на выходца с того света. Более того, новичок сам побаивался смерти. Затрясся как женщина, когда полуживака увидел! Значит, сказки всё это, про Закуполье.

Фил мёртвой хваткой вцепился Герту в рукав.

- Подожди! Если ты не врёшь, расскажи, как ты сюда попал.

- Обессвойствили меня и сюда отправили… Всё потерял… - помрачнел Герт. - Вот теперь буду до конца жизни копаться в дерьме и шустрить.

- За что обессвойствили?

- Всё равно не поймёшь. Давай искать уже… Ах, извини, забыл добавить «хозяин»!

Герт обернулся к ближайшей куче словохлама и начал сосредоточенно в ней рыться. Но было видно, что это он делает только для того, чтобы уйти от неприятного разговора. Фил рассеянно ковырял землю. Он представлял себе загадочное Закуполье, где жизнь сладка и беззаботна. Где полно похлёбки, коренья растут прямо под ногами, а действяки валяются на каждой тропинке. Где смотрилы не отбирают свойств, не разве что чуть-чуть, а предводители бьют не кулаками, а ладошками.

Что же нужно натворить, чтобы тебя изгнали из такого удивительного места? Утаить накопник? Ограбить второсклад? Фил вспомнил о спрятанном накопнике. Вот бы его сейчас сюда! Добавить немного ума, и сразу стало бы ясно, врёт новичок или нет. Но приходилось довольствоваться тем минимумом, который был в наличии.

- Ты чего какой квёлый? – окликнул задумавшегося Фила бывший наружник. – Вон какой корень пропустил!..

- Расскажи о Закуполье, - попросил романтик жалобным тоном.

Герт посветлел взглядом, набрал в грудь воздуху, напрягся и замолчал.

- Ну? – поторопил его Фил.

- Никак! – прохрипел наружник. – Не могу объяснить…

- Чего объяснить?

- Всего. Ума не хватает. Помнить помню, а рассказать не могу.

Однако Филу так хотелось узнать правду, что он решил рискнуть.

Всё-таки Фил перестраховался, сообразив о риске той жалкой крохой ума, которая у него была. Когда до тайника осталось около сотни шагов, он приказал Герту остановиться, а сам отправился к спрятанному накопнику. Он рассчитывал, если новичок нажалуется на него смотрилам, а сам не будет знать, где тайник, то будет шанс отвертеться и обвинить новенького во вранье.

Когда романтик вернулся с драгоценным накопником, Герт с тоской смотрел на Купол, пытаясь что-то разглядеть сквозь мутную стену. Когда Фил окликнул его, новичок вздрогнул, невидящими глазами поглядел на накопник.

- Откуда он у тебя, у нищесвоя паршивого? – спросил он, приходя в себя от тяжких мыслей. - Прости, кстати, за грубость, хозяин!

- Смотрила один обронил, а я подобрал… Только смотри, никому не говори! Выдашь, кто у меня есть накопник – берегись! – пригрозил Фил. – Я тебя хоть здесь, хоть за Куполом достану!

Герт недоверчиво оглядел Фила с головы до ног и криво ухмыльнулся, видимо, не поверив в мстительность напарника.

Друзья спрятались в укромное место под нависшей железякой, где романтик обычно накачивался умом и мечтал. Фил предварительно оглядел окрестности; ни собратьев, ни патрулей смотрил поблизости не было.

- Нам на двоих тут ума маловато, - посетовал романтик, активируя накопник. – Но хоть что-то…

Когда новичок получил свою порцию ума, он моментально преобразился. Пустые глаза превратились в глубокие и горящие. Морщины на лбу разгладились. Показалось даже, что лоб Герта стал выше, и уродливые шишки на черепе разгладились. Романтик никогда не видел со стороны, что делает ум с человеком, поэтому с любопытством наблюдал за напарником. Себе Фил добавил вторую половину ума. Подумав, он добавил себе всю романтику, которая была в накопнике, для того, чтобы получить самые яркие впечатления от рассказа новичка. От романтики жажда нового разгорелась в нём во стократ сильнее.

- Рассказывай скорее! – поторопил он оборванца, который с видимым удовольствием прислушивался к внутренним ощущениям.

- А что тебя интересует?

- Да всё. Как живут наружники, чем ты занимался… Вообще, что там за мир, за Куполом.

Герт немного подумал и вздохнул:

- Ума маловато у нас. Я толком рассказать не смогу, а ты понять.

- У тебя, что ли, раньше больше ума было?

- Раз в двадцать больше, - ухмыльнулся новичок.

- Хорошо тебя обессвойствили! Ну, так у тебя же ум отняли, а не память. Помнить о Закуполье ты ведь должен!

Но Герт только развёл руками:

- Помнить помню. А вот объяснить суть не могу. Дал бы ты ещё умишка!

- А больше нет, - Фил для убедительности потряс накопником, в котором оставались решительность и кучка других свойств попроще. – Если я тебе свой ум отдам, то сам не смогу понять ничего.

- Больше нет! – с тоской повторил новичок. – В том-то и беда! Был бы ум да сила, стал бы я торчать в этой помойке! Придумал бы, как отсюда выбраться.

Он вскарабкался на железный лист и с отчаянием наподдал ногой полупрозрачный Купол, как будто хотел пробить его и выбраться наружу.

- Хочешь знать, что там, за Куполом? – с яростью обернулся Герт к Филу. – Хорошо, я расскажу тебе! Там настоящая жизнь, Фил, а не существование. Там никто не копается в словохламе. Там люди добрые и умные. Там есть творильни с выдумницами, приставниками и аналогизаторами. И ошибочники… Фантобы, сглажники, скрепилы… А буквальники какие, видел бы ты! А словогены!