Удача улыбается - Александр Славинский

Тана Син посмотрел на Вили и покачал головой. А парень, спрятав глаза, принялся сосредоточенно укладывать в пластиковый мешок разбросанные по квартире останки.

Инспектор задавал Ледану вопросы, уточняя время и последовательность событий. Но уяснив, что тут замешан гадур, отношение к подполковнику изменил. Да и развороченная квартира подтверждала версию Дукова. Но, похоже, следователь ещё недоумевал по поводу самого происшествия. Нетипичный случай. А обстоятельство, выбивающееся из привычной картины мира, вызывает подозрение.

– Сэмпай, – на японском обратился к инспектору судебно-медицинский эксперт, осматривавший тело убитой. – Женщина скончалась от удара, нанесённого в верхнюю часть головы. Отпечаток хобота гадура явственно проступает на разбитом лице в виде огромного синяка. Контур не соотносится с человеческой рукой.

– Итак, картина ясна, – подытожил главный следователь. – Но вот чего не пойму – зачем понадобилось гадуру вламываться сюда? Абориген прошёл три тысячи километров, чтобы убить хозяйку квартиры. Что вы можете рассказать о взаимоотношениях между родственницей и гадурами?

– Ничего. На Эйрите я недавно. А с тётей познакомился сегодня, за несколько минут до её смерти.

– Не сомневаюсь, данный вопрос так и останется без ответа, – погодя сказал Тана Син, потирая бровь. – Даже спросить не у кого. Гадуров в суд не вызовешь. И, насколько я знаю, таких происшествий раньше не случалось.

На том, пожалуй, можно бы и закрыть дело. Но инспектор не спешил, продолжая дотошно выспрашивать подробности.

– Шеф, – обратился к следователю один из полицейских. Говорил на японском, но Ледан улавливал общую суть. – По служебному каналу передали, что люди сегодня видели гадура на улицах города. Спрашивают, не относится ли к нашему делу?

– Полагаю, да, – тут же отреагировал инспектор, бросив взгляд на Вили. – Я не припоминаю, чтобы гадуры бандами разгуливали по столице.

Тана Син прошёлся по квартире, внимательно осматривая разломанную мебель. Задержался у кухонной стойки, где целым остался лишь водопроводный кран, утопленный в стене. Дуков следил за инспектором взглядом, ожидая дальнейших расспросов. Но и так ясно, что подполковник больше не является подозреваемым.

– Сэмпай, мы изучили видео с камеры у входа в подъезд, – доложил вновь прибывший коп. Судя по эмблемам на кителе – специалист по электронике и наннотехнологиям.

– Что там? – живо поинтересовался инспектор.

– Мы опознали иностранца, – указал полицейский на Дукова. – Мужчина вошёл в подъезд в тринадцать часов двадцать три минуты. Секунды опускаю. Затем, помимо ещё трёх человек, из дома вышла женщина, которую мы встретили в коридоре с сержантом Окирой, – полицейский сверился с записями, – в тринадцать сорок шесть. А гадур вошёл в подъезд в тринадцать пятьдесят.

– Итак, у нас имеется полная картина, – потирая руки, подытожил следователь, – когда и куда проходили действующие лица. Подполковник и гадур пришли независимо друг от друга, в чём я и не сомневался.

Инспектор снова выразительно посмотрел на Вили, отчего парень скукожился.

– Как удалось гадуру незаметно преодолеть большое расстояние от резервации до Тавнеира – вопрос не к нам, – размышляя, продолжил Тана Син. – Но теперь следует задуматься о том, что гадуры, возможно, умнее, чем предполагалось. Абориген преодолел три тысячи километров, чтобы оказаться в этом доме. Значит, убийство планировалось давно. Остаётся неясным: кто дал гадуру адрес? Как определил номер квартиры? Я не слышал, чтобы аборигены могли считать….

– Шеф, мы кое-что нашли, – прервал рассуждения инспектора коллега Вили.

– Нани? (яп. что) – Тана Син с интересом посмотрел в ту сторону.

– Здесь установлена прослушка, – доложил капрал на японском. И Ледан ощутил, как тревожно забилось сердце. Подполковник ещё не знал, почему обеспокоился, но предчувствовал опасность.

– Прослушка? – удивился Тана Син.

– Кто-то следил за хозяевами квартиры, – продолжил капрал, указывая на отбитую штукатурку. – Вот камера, совмещённая с микрофоном и передатчиком. Стандартное армейское оборудование.

Приблизившись, Дуков распознал аппаратуру, изготовленную на Долгожданной гавани. Высокотехнологичные изделия этой планеты славятся по миру новаторством и качеством. Подполковнику, неоднократно работавшему с подобными системами, известны технические характеристики. Чувствительность микрофона данной модели способна записать шёпот Олли. А значит, исповедь старухи услышали не одни уши. И Ледан от досады сжал кулаки.

– Дело становится всё более интересным, – следователь задумчиво потёр руки. – Но мы не сможем определить, кому принадлежит камера, и отследить, куда передавалась информация?

– Сумимасэн. Нет, – ответил капрал. – Судя по возрасту штукатурки и обоев, система установлена давно. Обычно аппаратура настраивается на ключевые слова или фразы, подключающие запись. Я вижу, что камера совмещена с передатчиком. А радиоволны, как вы знаете, отследить невозможно. Думаю, едва робокопы просканировали комнату, передающая аппаратура, установленная где-то на крыше, расплавилась. Обычная практика, чтобы полиция не смогла обнаружить приёмник.

– Ты думаешь о том же, что и я? – поинтересовался инспектор.

– Сэмпай, вы имеете в виду орден? – уточнил капрал.

– Ладно, не важно, – бросив на подполковника настороженный взгляд, следователь махнул рукой.

Похоже, данная находка окончательно сняла подозрения с Ледана, что могли зародиться у инспектора, и на том допрос завершился. Тана Син даже поспешил выдворить Дукова из квартиры. Дело принимает новый серьёзный оборот, где лишние свидетели не нужны.

Инспектор не стал отбирать бластер у подполковника Легиона, но попросил быть с ним поосторожнее. Осведомившись, где тот остановился, следователь отпустил Дукова. Ледану импонировал профессионализм инспектора, но по своему богатому опыту знал, что дело ещё не закончено.

Уже в дверях Ледан поинтересовался, как можно организовать похороны Арьяны Олли. Раз представился родственником, надо играть до конца. По крайней мере, так учат в Легионе.

– Вам сообщат, когда состоится кремирование, – ответил следователь. – Вы, подполковник, должны знать правила колоний. У нас запрещены любые захоронения. А поскольку Арьяна Олли являлась сотрудником космического департамента, служба организует траурное мероприятие, как положено.

– Благодарю вас, – кивнул Ледан и направился к выходу.

– И ещё кое-что, – сказал инспектор в спину подполковнику.

– Слушаю, – Дуков тут же обернулся.

– Я подозреваю, здесь кое-что серьёзное…, – не закончив мысль, Тана Син осёкся.

– Что вы имеете в виду?

– Ладно, не важно, – покусывая губы. махнул следователь рукой. – Просто будьте осторожны.

Ледан чувствовал – Тана Син хотел сказать больше, но сдержался. Выждав секунду-другую, и осознав, что продолжения не будет, понял – настало время уходить.

– Саёнара, (яп. до свидания) – кивнул Ледан, и покинул квартиру.

Глава 2

Случайностей не бывает. Если что-то происходит, значит, ты сам притянул это в свою жизнь. И даже если получился отрицательный результат, не позволяй себе сдаваться. Внимательно обдумав создавшееся положение, можно попытаться внести изменения и опять привлечь к себе Удачу.

Время за полдень. Выйдя из подъезда двадцатиэтажного здания, где проживала Арьяна Олли, Ледан остановился и сощурил глаза. После коридорных ламп дневной свет кажется ярким. Вдохнул полной грудью. Нужно расслабиться. Произошедшие события выбили из привычной колеи. Но главное – полиция отпустила. Если б инспектор задержал, потерялась бы куча времени, которого и так в обрез.

Ледан осмотрелся. Двор, окружённый многоэтажками, сейчас пуст, если не считать яйцевидного полицейского хикоки, стоящего на парковке, да ещё несколько электрокаров, по-видимому, местных жителей. Привлечённые визитом копов, праздные зеваки бросают любопытные взгляды. Но в целом тихо и спокойно. И ничто не напоминает о событиях, развернувшихся в квартире Арьяны Олли.

Интересно, как получилось, что соседи не заметили проходящего по двору гадура? – размышлял Дуков, пытаясь определить маршрут аборигена до подъезда. Здесь всё открыто, как на ладони. Но никто не поднял тревогу. Вероятно, тому виной банальное равнодушие жителей крупного города.

Несмотря на желание отвлечься, не получалось избавиться от мыслей о пережитом. На ум пришла и взволновала фраза, сорвавшаяся с губ Арьяны. Оказывается, есть общество, стерегущее тайну Эйрита. Похоже, о нём же говорил и капрал, упомянув в беседе с инспектором о неком ордене.