Любовь и другие лекарства - Лорин Батлер

Подумав о подобной перспективе, Мелани почувствовала себя еще хуже.

— Саймон никогда не поступил бы так со мной, — пробормотала она, однако скептически вскинутые брови Деймона поколебали ее уверенность. — Ты... ты ничего не рассказал моей маме?

— Нет. — Глаза Деймона потемнели. — Может, я ошибаюсь, но мне казалось, ты предпочла бы, чтобы новость сообщили тебе лично, а не по телефону, да еще и через третьи руки. А если Саймон этого не сделал, значит, остаюсь я — как следующий, кого вся эта история касается напрямую.

Несмотря на гнев и обиду, он специально выкроил время и приехал из самого Окленда, чтобы лично сообщить мне новость! — с благодарностью подумала Мелани и сказала:

— Очень благородно с твоей стороны. Мне жаль, что ты проделал такой путь напрасно.

— Не совсем, у меня все равно здесь были кое-какие дела. И это было единственное мало-мальски полезное... хоть кому-нибудь действие. Спасибо, что приняла меня, не буду больше тебя задерживать. — Проницательные, ничего не пропускающие глаза снова окинули Мелани быстрым взглядом. — Рад, что ты довольно спокойно восприняла неприятное известие.

— Ты тоже не рвешь на себе волосы.

На миг на его лице появилось нечто похожее на улыбку, а может, Мелани лишь показалось.

— Возможно, мы еще встретимся при более... приятных обстоятельствах.

— Надеюсь, — вежливо согласилась Мелани, хотя в глубине души не была уверена, что хочет увидеть его еще раз.

Скорее всего, Деймон вопреки его вежливой фразе чувствовал то же самое. Кому захочется, чтобы ему лишний раз напоминали о боли и унижении? Если их пути когда-нибудь все-таки пересекутся, то первое, что они вспомнят, это сегодняшний день, а им обоим хочется поскорее его забыть.

2

Когда меньше чем через месяц Мелани действительно увидела Деймона, она испытала, странное чувство, будто эта встреча предопределена судьбой.

Мелани сидела в кафе в центре Веллингтона и без особого энтузиазма ковыряла вилкой кусок торта, думая, что заказала его напрасно. Заметив, что какой-то мужчина с подносом остановился возле ее столика, она подняла голову и даже не особенно удивилась, встретившись с пристальным взглядом зеленых глаз Деймона Ривза.

— Здравствуй, Мелани. — После короткой паузы он кивнул на свободный стул и спросил: — Разрешишь?..

Теперь, когда Мелани его увидела, он неизбежно должен был попросить разрешения присесть за ее столик, хотя в кафе еще оставались свободные места. А у нее не оставалось иного выбора, кроме как кивнуть в знак согласия и изобразить на лице приветливую улыбку.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Деймон, надрывая пакетик с сахаром.

«Убегаю», — могла бы ответить Мелани. После несостоявшейся свадьбы она сбежала в столицу, надеясь, что в большом городе шансы наткнуться на человека, знающего ее саму и ее печальную историю, минимальны. Главный библиотекарь с сочувствием отнесся к ее желанию найти другую работу — любую, лишь бы не в родном городе.

— Но не сжигайте за собой мосты, — посоветовал начальник. — Я, конечно, признателен, что вы заранее поставили меня в известность о своих планах, но у вас есть три недели отпуска, так что, если передумаете, я буду рад принять вас обратно.

Это было лишь одно из многих проявлений доброты со стороны самых разных людей. Разумом Мелани понимала, что должна быть только благодарна за сочувствие, но вместо этого ей хотелось бежать как можно дальше от участливых взглядов и беззлобного любопытства горожан. Однако, пробыв в Веллингтоне уже больше двух недель, Мелани готова была отчаяться: она до сих пор не нашла работу.

Учитывая ее невезение, стоило ли удивляться, что ее угораздило выбрать для позднего ланча то же самое кафе, куда пришел и человек, которого она хотела бы видеть в самую последнюю очередь, если не считать бывшего жениха и бывшей лучшей подруги.

— Я ищу работу, — ответила Мелани.

Деймон молча кивнул и принялся не спеша размешивать сахар в кофе.

— Ну и как, успешно?

— Не очень. До сегодняшнего дня я числилась в списке окончательных кандидатов, но утром мне сообщили, что место досталось другому. В Веллингтоне большая конкуренция.

— Если не ошибаюсь, ты библиотекарь?

— Да. — У себя в городке Мелани была первым помощником главного библиотекаря и должна была занять место шефа, когда тот выйдет на пенсию. — Но я согласна почти на любую работу. — На что угодно, мысленно добавила она, если это обеспечит мне кусок хлеба и крышу над головой, а также позволит не возвращаться в родной город, где буквально все знают, что со мной приключилось. — Вот только во всем остальном у меня нет опыта.

— Ты когда-нибудь раньше жила вдали от дома? — спросил Деймон.

— Когда училась в библиотечном колледже, я жила здесь, в Веллингтоне, в студенческом общежитии.

— И как тебе понравился город?

— Концертные залы, фестивали искусств и книжные магазины — это прекрасно, но, честно говоря, я не привыкла к большому городу. Мне повезло, что нашлась работа дома.

— Тебе нравится твоя специальность?

— Да, мне нравится работать с книгами и помогать людям найти что им нужно, будь то хороший роман или научная статья. Почти каждый житель нашего городка рано или поздно приходит в библиотеку — даже те, кого не назовешь заядлыми книгочеями.

Деймон взял чашку и опустил глаза.

— Думаю, в нынешней ситуации это не очень удобно.

— Да, — просто согласилась Мелани, — я слишком на виду. Если мне, в конце концов, придется вернуться домой, я стану объектом жалости для целого города.

Деймон поднял голову, и Мелани ни с того ни с сего подумала о том, какие у него поразительные глаза. Сегодня они не походили на нефрит, их цвет стал как будто светлее и мягче.

— А как твои родственники? Поддерживают тебя морально?

Мелани невесело рассмеялась.

— Мама то и дело плачет и постоянно спрашивает, как я себя чувствую. Младшая сестра без конца уверяет, что без Саймона я буду гораздо счастливее, и рассказывает всем и каждому, каким он оказался подонком. Друзья родителей приносят мне цветы и сладости и вообще ведут себя так, будто у меня кто-то умер. Каждый раз, когда я выхожу за порог, соседи спрашивают: «Как вы себя чувствуете, дорогая?» Если кому-то в моем присутствии случится упомянуть в разговоре слово «помолвка» или «венчание», тут же воцаряется молчание, как будто все ждут, что я разрыдаюсь.

Деймон посмотрел на нее с сочувствием.

— Не удивительно, что ты захотела оттуда удрать.

Его сочувствие подействовало на Мелани странным образом. Ощущая стеснение в горле, она посмотрела в глаза Деймону и с удивлением увидела, как они потемнели, когда он встретился с ней взглядом. На миг у Мелани возникло безрассудное желание броситься ему на шею, прижаться к его широкой груди и насладиться объятием сильных надежных рук.