Курьер и Тьма - Александр Георгиевич Шавкунов

силы ушли на кульбит, кровь обильно течёт изо рта. Теперь точно, конец. Остаётся гадать, что убьёт быстрее, одноглазый северянин или яд.

Кое-как перевернулся на спину, последний раз посмотреть на небо. Застонал. Зрение затуманено настолько, что мир превратился в смазанное пятно. По краям которого клубится и разрастается тьма.

***

Тишь проснулась с громким мычанием, заплакала. Роан встрепенулся у костра в ямке и поспешил к ней. Обнял и прижал к груди, погладил по волосам, шепча, что всё будет хорошо и это просто плохой сон.

Девушка зарылась личиком в грудь, сжала кулачками одежду.

С осеннего неба на них смотрит восходящая Старшая Сестра. Младшая спешит к ней, готовясь к танцу, который случится через неделю. Мир тих и мертвенно спокоен.

***

Главарь двинулся к распростёртому Эллиону, пока второй наёмник осматривает глаз товарища. Тени поднялись до груди великана, но солнце всё ещё сверкает на шлеме. Топор играет пурпурными бликами. Эллион видит его смазанным пятном, от которого веет угрозой.

— Вот надо было всё усложнять? — Вздохнул наёмник, останавливаясь в двух шагах от курьера.

— А сам то, как поступил бы на моём месте? — Прохрипел Эллион.

— Хм, справедливо. Меня Харгард зовут, кстати.

— Элл...

— Я знаю твоё имя. Просто хочу, чтобы и ты знал имя того, кто убьёт тебя.

— Давай уже... Илмир... ждёт.

Тяжёлый шаг, хруст под сапогом, топор медленно поднимается над головой.

— Ты не серчай, но за глаз и правда помучаешься. Отрублю стопы, кисти, а закончу парой ударов в пах. Тебе уже всё равно, а Виксо порадуется.

Хруст усилился, что-то под ними тяжело прогнулось и треснуло. Эллион ощутил, что падает. Харгард вскрикнул, ухватился за край образовавшейся ямы. Пальцы левой руки скользнули, срывая слой земли и мха. Обнажился металл, покрытый пятнами коррозии и рытвинами. Гигант удержался на правой, выронив топор. С натугой перекинул через край левый локоть. Вытянул себя наверх и рухнул на спину, озадаченно глядя на провал. Ровный прямоугольник. В закатном свете видны свисающие вниз створки люка.

На противоположной стороне ржавая железная лестница.

— Гром и сталь! — Прорычал северянин, поднялся, отряхивая штаны и кольчугу, заглянул в пропасть. — Да чтоб мне срать в стеклянной пустыне! Откуда это?

Виксо отпихнул напарника и пошатываясь подошёл к главарю, зажимая глаз ладонью. Шлем с него сняли и рыжие патлы обрамляют вытянутое лицо, сливаются с медной, курчавой, бородой. Единственный глаз сверкает радостной яростью, что граничит с безумием.

— Это Боги вмешались! — Прорычал он, хлопая Харгарда по плечу. — Месть должен свершить я!

— Должно быть. — Пробормотал главарь, отступая от края. — Только он наверняка сдох от удара.

— Это не помешает мне сделать ему кровавого орла. — Рыкнул одноглазый, обходя яму и ставя ногу на первую ступень.

Ржавый металл жалобно скрипнул, но выдержал.

— Будь осторожен, не нравится мне это. Без глаза ещё сам себя рубанёшь.

Виксо фыркнул и начал спускаться во тьму. Харгард повернулся к оставшемуся товарищу.

— Его глаз... что скажешь, Флоки?

— Без шансов, вождь. — Покачал головой наёмник. — Почти весь вытек.

— Вечно с илмиритами проблемы. — Вздохнул Харгард, отходя от ямы. — Надеюсь, он хоть мой топор там найдёт.

— Ну, с его харей