Вавилонская башня. Книга 2. Месть - Силвиу Абреу

— Сколько скажешь, дорогой. Только меня беспокоит, что ты не взглянешь на меня — толстую, неуклюжую бабу. А ведь я всегда хочу нравиться тебе, любимый.

Александр нежно поцеловал ее:

— На свете нет ничего прекраснее женщины, которая ждет ребенка, Сандринья.

Сандринья, конечно, не стала спорить, хотя совсем не была уверена в правоте мужа. «Конечно, у него только детей и не было, а остальное мама с папой ему на блюдечке подносили. А что я видела в жизни?»

— Богатые совсем иначе, чем бедные люди, смотрят на мир. — Сандра потягивала коктейль и разглядывала нарядную публику, снующую между столиками. Она поймала непонимающий взгляд Александра и рассмеялась. — Это я про Бину вспомнила.

Программа следующего дня в точности повторяла программу дня предыдущего. Завтрак, пляж, обед, отдых, ужин, прогулка по Рио, заканчивающаяся в каком-нибудь баре или на дискотеке. Но это кажущееся однообразие нисколько не утомляло Сандру, наоборот, она готова была прожить по этой программе все оставшиеся годы. Правда, временами Сандре казалось, что Александр устал шататься по барам, слушать ее восторги и вместе с ней восхищаться зеркалами и коврами отеля. Лишь надежда, что муж никогда не устанет восхищаться ею, грела Сандру. Да и сама она изо всех сил старалась не выпускать Александра из-под власти своих чар, а в их могущество Сандра верила как ни во что другое. Они уже помогли ей выйти замуж, теперь они должны были помочь ей войти в семью мужа, поселиться в роскошном доме его родителей, завоевать их доверие, а уж там она не растерялась бы!

Сандра поймала на себе восторженный взгляд Александра. Она еще раз оглядела себя в зеркало. Дорогой костюм сидел на ней потрясающе эффектно. Сандра повернулась к мужу спиной и нагнулась застегнуть пуговичку на новых дорогих туфельках.

— Ты изумительно выглядишь, Сандринья! — Александр не спускал с нее влюбленных глаз. — Пошли. Я заказал столик на семь часов.

Сандра не спешила, продолжая вертеться у огромной зеркальной стены.

— Когда у нас будет свой дом, я хочу, чтобы в нем было много-много зеркал. — Сандра укладывала непослушные волосы в прическу.

В зеркало она увидела, каким несчастным вдруг сделалось лицо мужа.

— Ты знаешь, что я хочу для тебя всего самого лучшего. Но я уже говорил тебе, что собственный дом нам пока не по карману.

Сандра бросилась на шею мужа.

— Прости, любимый! Я не хотела огорчать тебя своими просьбами. Просто я думала, что первое время мы сможем пожить у твоих родных. Ведь твой брат собирается расставаться с женой, значит, место для нас освободится.

— Освободится — не освободится, мне это безразлично. Я не хочу жить там, где не принимают мою жену.

— Но ведь все можно устроить, — вкрадчиво проворковала Сандра. — Вот увидишь, мне не составит труда влюбить в себя твою мать. Ведь ты ее сын, а ты полюбил меня за одну минуту. Пойми, не мне нужен твой дом, а тебе. Тебе! Я настаиваю на этом только потому, что вижу, как много приходится тебе работать. После такой работы тебе необходим хороший отдых. Дом твоих родителей не сравнишь с моей убогой комнатенкой. — Сандра порадовалась, как ловко ей удалось вернуться к разговору о переезде в дом Толедо.

Александр с грустью покачал головой. Она подошла к кровати, погладила шелковое покрывало, провела пальцами по лаковой поверхности спинки, потом улеглась и протянула руки к Александру.

— Я умираю от этой кровати! Ты только посмотри, какая она роскошная.

— Сандринья! Ты с ума сошла. Ты же помнешь свое платье!

— Черт с ним, с платьем. Хочу, чтобы у меня в доме была такая кровать. Наша кровать, чтобы на ней спали только мы с тобой. — Она повернулась к Александру, и глаза ее сверкнули бесовским огоньком. — Иди сюда, любимый. Иди ко мне!

— Но ужин? Мы же опоздаем на ужин. — Александр пожирал глазами Сандру, которая снимала с себя платье.

— Зачем тебе ужин? У нас найдется занятие получше.

…На следующий день после завтрака они пошли на пляж. Сандра, правда, с удовольствием бы понежилась в полюбившейся ей кровати, но Александру хотелось поплавать, побродить по берегу, наслаждаясь бескрайностью лазурного моря, поваляться на песке. Сандра уступила ему, хотя все время ныла и просила вернуться в номер.

— Мне хочется выспаться, а вечером куда-нибудь пойти. — Она подхватила мужа под руку. — Мы пойдем куда-нибудь вечером?

— Куда ты хочешь?

— Хочу поужинать в ресторане, потом потанцевать, а потом… Знаешь, я в кино видела, как влюбленные до рассвета бегали босиком по пляжу.

Увлеченная мечтаниями, Сандра не заметила разочарования, скользнувшего по лицу мужа. Она только почувствовала, что он замедлил шаг.

— Любимый, мне так хорошо с тобой! — Она покрепче прижалась к нему. — А ты даже не представляешь, как тебе будет хорошо со мной…

Напевая услышанную накануне песенку про Рио, Сандра вошла в номер и плюхнулась на кровать. Александр задержался у телефона.

— Что ты там делаешь?

— Нам кто-то оставил сообщение. — Александр запустил автоответчик, и Сандра услышала женский голос: «Александр, это Лусия. Пожалуйста, срочно перезвони мне. Судья дал ордер на арест Клементину».

Сандра подлетела к Александру:

— Ты ничего не будешь делать. Я тебе запрещаю что-либо делать! Слышишь меня? Полиция собирается арестовать убийцу, и я запрещаю тебе помогать ему.

— Но это твой отец, Сандра! Неужели ты никогда не помиришься с ним?

— Это не отец. Нет! Это наваждение, напасть, которая преследует меня по жизни. Она даже здесь, в Рио, настигла меня. Послушай, Александр! Послушай меня хорошенько! Если ты из-за этого урода испортишь мне свадебное путешествие, после сильно пожалеешь. Клянусь тебе, ты об этом пожалеешь!

Сандра отошла к окну и стала смотреть на залитый солнцем Рио, на сверкающие воды залива. Спустя минуту до нее донесся голос мужа, заказывающего билет на ближайший самолет до Сан-Паулу.

Анжела уснула лишь под утро и проснулась в отвратительном настроении. Ей приснилась Селести, да не просто, а в объятиях Энрики. Анжела долго стояла под душем, пытаясь смыть с себя тяжелый осадок. И все равно не смогла отделаться от ощущения опасности, которую таила в себе их новая сотрудница. И что только нашел в ней Энрики, чтобы так сходить по ней с ума? «Я добьюсь ее, во что бы то ни стало», «Она — женщина моей мечты»! Знал бы он о прошлом этой своей мечты, что бы, интересно, он сказал тогда? Анжеле вдруг захотелось немедленно вручить Энрики письмо, что хранилось у нее. Пусть узнает, как проводила время эта скромница, чем зарабатывала на жизнь. Анжела налила себе кофе, сделала бутерброд. Отлаженный годами автоматизм действий привел в порядок и мысли Анжелы. «Главное, не горячиться. — Она отпила глоток дымящегося кофе. — Письмо — главный мой козырь, его я, пожалуй, пока поберегу».