Монте-верита - Морье Дю

Виктор помолчал и взглянул на меня с тем же отчаянием.

-Видишь ли, - продолжал он, - тут я и совершил ошибку. Я должен был догадаться, что поход нам не удался, во всяком случае, в этих краях, предложить Анне вернуться назад и отправиться куда-нибудь еще, поближе к цивилизации, где люди смогут нам помочь, да и места более знакомые. Но знаешь, как это обычно получается. В тебе сидит какое-то упрямство, оно связано с горами, и любое препятствие только возбуждает. И сама Монте-Верита...

Он осекся и поглядел перед собой, как будто снова видел эту гору.

-Мне никогда не удавались лирические описания, - сказал он, - в наших походах я всегда был практиком, а ты - поэтом. Но такого красивого места, как эта Монте- Верита, я ни разу не видал. Мы с тобой поднимались на пики и повыше и на более опасные, но здесь было нечто... величественное... Немного помолчав, он продолжил: - Я спросил Анну, что будем делать. Она ответила без колебаний: "Мы должны подняться на гору". Я не спорил. Я прекрасно знал, что она этого хочет. Местность уже околдовала нас обоих. Мы покинули долину и стали подниматься. Был чудесный день, - рассказывал Виктор, - почти безветренный, и ни облачка на небе. Солнце палило вовсю, ты ведь знаешь, каким оно бывает в предгорьях, а воздух чистый и холодный. Я подтрунивал над Анной, напоминал ей наше путешествие на Сноудаун и просил ее больше не оставлять меня позади. На ней были легкая блузка и короткая шотландская юбка, волосы распущены. Она казалась... такой прекрасной.

Пока он говорил, медленно, спокойно, у меня создалось впечатление, что в пути у них что-то произошло и его потрясенное трагедией сознание не вынесло гибели Анны. Должно быть, так и было, убеждал я себя, Анна упала в пропасть. Он видел, как она падала, и не мог ее спасти. Виктор вернулся с больной душой и расстроенными нервами и теперь пытается уверить себя, что она все еще там, на Монте-Верита.

-Мы пришли в деревню за час до захода солнца, - сказал Виктор, - подъем в гору занял у нас весь день. До вершины, по моим подсчетам, нам оставалось идти около трех часов. В деревне было несколько десятков хижин. Они стояли очень тесно, просто лепились одна к другой, и, когда мы приблизились к первой из них, произошло что-то удивительное...

Виктор помолчал и снова устремил взор перед собой.

-Анна шла немного впереди меня, - проговорил он, - двигаясь широким шагом, как ты это сам видел. Я заметил двух или трех мужчин, стайку ребятишек и коз, возвращавшихся с пастбища - оно находилось справа от нас. Анна подняла руку, приветствуя их, при виде нее мужчины застыли в ужасе, отпустили детей и сами опрометью бросились к хижинам, словно за ними гнались черти. Я видел, как они заперли двери на засовы и закрыли окна. Все это было очень необычно. Козы пустились бежать за ними вслед в таком же испуге.

Виктор шутливо сказал Анне о любезной встрече, и это ее огорчило, она не знала, чем могла их так напугать. Виктор подошел к первой хижине и постучал в дверь.

Ему не отперли, но за дверью он услыхал шепот и плач ребенка. Затем, потеряв терпение, он начал кричать. Это подействовало, через минуту ставня на окне чуть приподнялась, и он увидел мужчину, внимательно разглядывавшего его. Виктор кивнул, желая его приободрить, и улыбнулся. Мужчина медленно поднял ставни, и Виктор обратился к нему. Сперва мужчина только качал головой, затем, видимо что- то решив для себя, снял с двери засов. Он стоял на пороге, боязливо озираясь, и, не замечая Виктора, смотрел на Анну. Он еще раз резко покачал головой и, говоря что-то торопливо и невнятно, показал рукой в сторону вершины Монте-Верита. Затем из маленькой темной комнаты вышел старик, опиравшийся на две палки. Он миновал испуганных детей и тоже остановился у двери. Старик по крайней мере говорил более или менее понятно.

-Кто эта женщина? - спросил он. - Что ей от нас надо?

Виктор объяснил, что Анна - его жена, они пришли из долины и собираются подняться на гору. Они туристы, путешествуют по стране и были бы рады здесь сегодня переночевать. Он сказал, что старик тоже глядел не на него, а на Анну.

-Это ваша жена? - переспросил он. - Она не с Монте-Верита?

-Она моя жена, - повторил Виктор, - мы прибыли из Англии. Мы путешествуем по вашей стране. Мы тут раньше никогда не были.

Старик повернулся к мужчине, и они несколько минут о чем-то перешептывались. Затем мужчина вошел в дом, и его голос донесся уже из комнаты. К двери подошла женщина, еще более испуганная, чем он. Она в буквальном смысле тряслась от страха, сказал Виктор, когда смотрела с порога на Анну. Их всех беспокоила только Анна.

-Она моя жена, - снова проговорил Виктор, - мы пришли из долины.

Наконец старик жестом показал, что он понял и согласен.

-Я верю вам, - сказал он. - Входите. Если вы пришли из долины, тогда все в порядке. Мы должны быть осторожны.

Виктор подозвал Анну. Она медленно приблизилась и встала на пороге рядом с ним. Даже сейчас женщина смотрела на нее с робостью, и вскоре она и дети удалились.

Старик пригласил гостей в дом. Жилая комната была пустой, но чистой, в очаге горел огонь.

-У нас есть с собой продовольствие, - начал Виктор, снимая с плеч рюкзак. - Мы не хотим вас обременять. Но, если бы мы могли здесь поужинать и переночевать на полу, это было бы очень кстати.

Старик кивнул головой.

-Ладно, - согласился он, - я вам верю.

Затем он ушел к своей семье.

Виктор признался, что он и Анна были поражены, как их здесь приняли. Они не могли понять, почему то, что они женаты и пришли из долины, позволило им остаться в доме, хотя хозяева сначала так испугались. Они поужинали, распаковали вещи, потом в комнате снова появился старик и принес им молоко и сыр. Мужчина, скорее всего, из любопытства сопровождал отца. Виктор поблагодарил старика за гостеприимство и сказал, что сейчас они ложатся спать, а наутро, как рассветет, двинутся в путь к вершине горы.

-Легко ли до нее добраться? - спросил он.

-Нетрудно, - последовал ответ, - я бы послал с вами провожатого, да ведь никто не согласится.

Старик держался неуверенно, и Виктор заметил, что он снова посмотрел на Анну.

-Лучше, если ваша жена побудет здесь, - сказал он, - мы о ней позаботимся.

-Моя жена пойдет со мной, - возразил Виктор, - она не хочет здесь оставаться.

Лицо старика стало озабоченным и тревожным.

-Лучше бы ей с вами на Монте-Верита не ходить, оно будет спокойней. Там для нее опасно.

-Чем же так опасно для меня подняться на вершину Монте-Верита? поинтересовалась Анна.

Старик опять поглядел на нее, его беспокойство усилилось.

-Для девушек, - сказал он, - для женщин это опасно.

-Но почему? - переспросила его Анна. - Вы же сказали моему мужу, что путь туда несложен.

-Опасна не дорога, - разъяснил он, - мой сын может провести вас по этой тропе. Дело в том, что...

Виктор сказал, что тут он употребил слово, которое не поняли ни он, ни Анна, но звучало оно то ли "sacerdotessa", то ли "sacerdozio". Это значит монахини или монастырь, объяснил Виктор, но он не может там находиться. Хотел бы я знать, что он имел в виду.

Старик встревоженно и расстроенно смотрел то на него, то на Анну.

-Для вас подняться на Монте-Верита и спуститься с нее вполне безопасно, - повторил он, - но не для вашей жены. У них огромная власть, у этих sacerdotesse. Мы здесь, в деревне, все время боимся за наших девушек и женщин.

Виктор признался, что это показалось ему похожим на африканские истории, когда племя дикарей, выбежав из джунглей, захватывает в плен белых женщин.

-Не знаю, о чем он там говорит, - сказал Виктор Анне, - но полагаю, они во власти какого-то суеверия. Тебя с твоей валлийской кровью это может и взволновать.

Он засмеялся, оттого что ему все стало ясно, и затем, уже совсем сонный, расстелил матрасы перед горевшим очагом. Пожелав старику спокойной ночи, он и Анна легли. Как обычно после путешествия, Виктор спал глубоким сном и проснулся перед рассветом. Его разбудил крик петуха где-то в деревне. Он повернулся, чтобы взглянуть, встала ли Анна. Ее матрас был пуст. Анна ушла. По словам Виктора, в доме еще спали и только кричал петух. Он поднялся, обулся, оделся, двинулся к двери и вышел.

Было холодно, как всегда перед восходом солнца. На небе догорали последние звезды. Облака окутывали долину, простиравшуюся далеко внизу. Но у вершины горы видимость была четкой и ясной. Сначала Виктор не испугался. Он уже знал, что Анна способна за себя постоять, что в горах она чувствует себя так же уверенно, как он, наверное, даже лучше него. Она не станет попусту рисковать, и, во всяком случае, старик разъяснил им, что подъем не страшен. Однако ему было обидно, что она его не дождалась. Анна нарушила обещание ведь они договорились всегда подниматься вместе. И он понятия не имел, далеко ли ей удалось уйти. Единственное, что он мог сделать, - это без промедления последовать за ней.

Он вернулся в комнату, чтобы взять продовольствие на день, об этом она не подумала. Свои вещи они смогут забрать позже, на обратном пути, и тогда, наверное, еще раз воспользуются гостеприимством и переночуют в этом доме.