Трудно отпустить - Кристи Бромберг

хочу оспорить его теорию, лишь бы не встречаться снова с мужчиной, который разбил мне сердце.

– Поручи его Леннокс, – предлагаю я, хотя ненавижу даже саму мысль об этом. – А мне доверь кого-нибудь другого. – Одно только упоминание о Хантере, как и красочные образы, которые, возможно, все еще живут в моих фантазиях, вызывает панику.

– Хантер и Леннокс? – усмехается отец. – Они же как масло и вода. Совсем не похожи.

– Ну так и я тоже, – бросаю в ответ, силясь понять, почему отец вообще решил, что я смогу убедить Хантера.

Да это же как поднести горящую спичку к бензину.

Хотя тот раз с маслом мне очень даже понравился.

– Мы можем использовать ваше прошлое как преимущество.

– Одно дело, если это играет на руку компании. Но что насчет меня? – спрашиваю я, наконец показывая, что для меня это значит нечто большее.

В голове проносятся обрывки воспоминаний. Страстный вызывающий зависимость секс всегда подчеркивался нашей неспособностью быть друг с другом нежными. И, несмотря на это, я все же умудрилась в него влюбиться. Захотела большего.

Он даже не попытался меня остановить, когда я решила уйти.

– Он тот, кто нам нужен, дочка, – заявляет отец, отрывая меня от документального фильма, что уже разыгрался в моей голове. – У него феноменальная статистика. Он вот-вот побьет рекорды как по голам, так и по передачам. На льду его нет быстрее, и никто так же виртуозно не управляется с клюшкой.

– Ты забыл упомянуть, что он полнейший придурок, – саркастически улыбаюсь я.

– Разве не все мы немного придурки? – Отец, приподняв брови, возвращает мне точно такую же улыбку. – Послушай, если в ближайшем будущем он не получит травм, то станет одним из величайших игроков. Как клиент он принесет нам огромную выгоду.

– Или он совсем слетит с катушек и нам придется спасать его разваливающуюся на глазах карьеру.

– Тогда давай вмешаемся и убережем его от этого, потому что Сандерсон, судя по всему, не собирается этого делать.

– Все не так просто.

– Проще некуда, Декк. После этого сезона ему нужно будет перезаключить контракт, а это может означать хорошую прибавку. Учитывая его плохое поведение и то, что он вот-вот побьет давно установленные рекорды, мы можем помочь ему добиться желаемого. Ты можешь помочь ему. Многие годы я следил за ним, восхищался им, так что могу точно сказать – в последнее время Хантер испытывает трудности.

– Я не нянька, пап.

– Мне ли этого не знать, – разносится по комнате его смешок. – Я не прошу тебя с ним нянчиться. Лишь встретиться и поговорить. Отправься с командой на следующую игру и посмотри, сможешь ли что-либо сделать. Подкупи его тем, что все понимаешь. Сандерсон в последнее время гонится только за статистикой, выбирает самых ярких, не заботясь, обладают ли его клиенты хоть каким-то талантом. А ты знаешь, что случается с самыми яркими звездами.

– Они сгорают.

Отец кивает, не отрывая от меня взгляда, который вдруг становится серьезным.

– Мы можем с легкостью утверждать, что с нами Хантер получит куда больше. Приведи в пример тех, чьи контракты мы расширили во время переговоров.

– Думаешь, из-за этого он бросит Сандерсона? – фыркаю я. – Мое появление лишь вынудит его бежать куда глаза глядят.

Или заняться сексом. А такого допустить нельзя, учитывая, что между нами должны установиться профессиональные отношения, о которых и говорит мой отец.

– Ты себя недооцениваешь, Деккер. Всегда недооценивала.

В комнате воцаряется молчание, пока мы смотрим друг другу в глаза. До нас доносится приглушенный разговор моих сестер в главном офисе, но все мое внимание сосредоточено только на отце.

– Пап? Что происходит? Компании грозит опасность? Как прошел твой визит к врачу? То есть… откуда такие идеи?

На его губах медленно расцветает нежная улыбка, такая же как и его голос, когда он отвечает:

– Все в порядке. Просто пришло время вам принять участие в семейном бизнесе. – Но я в это не верю. – Подготовься как следует. Не стоит недооценивать Хантера. Тебе нужно…

– Погромы в барах, драки с товарищами по команде, доведение детей до слез… Уже не терпится начать, – вздыхаю я.

– Он был самым ценным игроком НХЛ два года подряд, так что, думаю, в этом году он выиграет Харт Мемориал Трофи[4]. Ты все указываешь на недостатки, но они совсем не повлияли на его игру. Выясни, почему он ведет себя подобным образом, когда не на льду. Ты же сама знаешь, что это на него не похоже.

Отец прав. Я это знаю. Раньше я не видела, чтобы он игнорировал фанатов. Тем более детей. Но я не могу примешивать к этому собственные эмоции. Не в этот раз.

– Прямо сейчас тебе лучше собрать вещи и подготовиться к путешествию, – добавляет отец, отодвигаясь от стола.

– Что?

– Ты слышала. Сегодня вечером, пока будешь лететь в Чикаго, подумаешь, как лучше подобраться к Хантеру.

– Уже сегодня? – повторяю я, но смысл услышанного доходит до меня не сразу.

– Да, сегодня.

– Хочешь, чтобы я просто так взяла и пустилась в путь? – уточняю я, как будто никогда раньше ничего подобного не делала. Но речь идет о Хантере. Моей тайной слабости и несчастной любви. – У меня были планы с Чедом. Очень важный ужин с коллегами. Я не могу просто…

– Можешь. Уверен, он поймет. – Улыбка отца натянута, выражение лица суровое. – Как будто он когда-нибудь отменял работу ради тебя.

– Ты к нему придираешься, – бормочу я.

Отец останавливается и поворачивается ко мне лицом.

– Совсем нет. Просто он не ищет серьезных отношений, так что я ума не приложу, что ты в нем нашла. Да, для своего типа он успешен и привлекателен, но обычно тебя это мало волнует…

– Для какого такого типа?

– Белоручек, – выдерживает он мой пристальный взгляд. – Может, он и выглядит соответствующе, дорогая, но рядом с ним у тебя глаза не горят. Хочешь быть с ним друзьями – пожалуйста. Потому что он уж точно много с кем дружит.

– Сама как-нибудь разберусь, – предупреждаю я, но ненавижу укол, который чувствую из-за того, что отец думает, будто я недовольна своими отношениями. Ведь они должны быть приятными в любой форме… даже если речь идет о нескольких вечерах в месяц, парочке милых ужинов и механическом сексе. В таких отношениях, если их вообще можно так назвать, разговоры об обязательствах не только не предусмотрены, но и нежеланны.

– Верно, разберешься. Уверен, Чед все поймет. Ведь раньше он и сам не раз предпочитал тебе работу. – Отец берется за дверную ручку. – Как я уже сказал, ты запросто сможешь сесть на самолет сегодня же