Гангутский рубль - Асар Эппель

«Кот крал у соседей. Не для пропитания, а чтобы напакостить. Потом куда-нибудь прятался. Потом бывал скандал. Потом расстроенная владелица кота отыскивала его, допустим, в дровах, сложенных штабелями в нескончаемом коридоре, и колотила шлепанцем, потому что о громадного кота можно было отбить руку. Кот под не очень беспощадным шлепанцем прижимал уши, вжимался в пол, в общем, страдал, но по тому, как шлепанец отпрыгивал, было видно, что воровскую натуру хлопаньем, напоминающим аплодисменты, не переделать».

Следует напомнить, что он, наш замечательный кот, умел развязывать любые узлы, а если учесть, что Питер город портовый, морской, то и морские узлы кот знал досконально. Знали их и жилички коммунальных квартир, и всякий день применяли от своих котов какие-нибудь новые. Коты, конечно, бабьи эти узлы быстро расковыривали. Те применяли что-нибудь новенькое. Коты опять разгадывали и т. д.

Происходило все вот как. В коридорной тьме наш кот неслышным шагом домушника идет к посвечивающему дверному кухонному проему. Там посветлее, потому что есть окна. Он знает, что ночью люди, как слепые котята, ничего не видят и поэтому никто его приход на кухню заметить не может. Однако же осторожность не помешает. Важно сделать вид — мол, прохаживался и зашел. На плите в кухонной полутьме он видит кастрюлю с прикрученной веревками крышкой. В умудренной его голове появляются предположения насчет возможных узлов, а знает он их множество. «Кровавый» узел — он даже вздрагивает от ужаса — ну это вряд ли. «Стивидорный» узел, «Юферсный» узел, «Устричный» узел, — эти тоже вряд ли. Это узлы портовые. О них рассказывал, причем было похоже, что врал, один тамошний котяра — любимец чердачных кошек и портовый раздолбай, однажды забежавший с вонючей черной лестницы. Ходят слухи про «эшафотный» узел (он опять вздрагивает). А вот «затягивающуюся удавку» лучше бы не вспоминать вообще.

Трудно ожидать и «кошачью лапу». Здешние домашние хозяйки ее не применяют. «Тещин» узел тоже вряд ли. Кастрюля явно не наша. Не тещей завязанная. Скорей всего будут воровской, польский, калмыцкий, боцманский или коровий узлы. Эти узлы ему известны. К ним он готов и мягко прыгает с пола на плиту, где тихонько приступает к покраже. Господи! Да это же простейший «бабий» узел! Ну да, что еще можно ожидать от здешней невзыскательной публики? И он начинает любоваться собой со стороны. В исковерканном оскоплением, но все еще мечтательном его мозгу мелькают неясные видения. Кто-то, обычно являющийся в видениях, но целиком непредставимый, вожделенно мягкий с пушистым хвостом — или нет! — с гладким не пушистым, но теплым и уютным — восторженно взирает во все глаза, как он действует, как распутывает завязанную веревку. И вот узел разгадан и мастерски обезврежен. Сдвинув крышку и высокомерно поглядывая на незримое ласковое существо, которое тихонько и сладострастно мурлыкнуло, он достает одним когтем суповое мясо, потом встряхивает лапу и уходит в свое укрывище, полагая, что покража обнаружена не будет. Но она обнаружена будет. Обязательно будет. И в дровах он будет обнаружен, а если и не будет, достаточно будет шевельнуть алюминиевую солдатскую тарелку, она звякнет, и наш незабываемый рыжий дурачок, как ни в чем не бывало, степенно появится из воздуха и, будучи ухвачен за шкирку, зажмурит глаза, прижмет уши, и будет бит тапочком, но что такому ворюге хозяйкин тапочек!

Что же это я все про котов и про котов?

А это я тяну время — тяну кота за хвост. Это потому что близится развязка рассказа, а мне ох как не хочется, чтобы она вскорости произошла.

Но она происходит. В некий день какой-то неведомый коллекционер раскрывает Валентине Петровне глаза! Причем цену уплывших сокровищ явно завышает, потому что сам в отчаянии, такие богатства ушли, и злорадно мстит — огорчает ее — помните вначале было про старушку и автограф Пушкина? Бедная Валентина Петровна! Не хотел бы я услышать, как она плакала, не хотел бы узнать такое по поводу своих оплошностей.

Валентина Петровна устраивает нашей маме невероятный скандал. А ведь я, оказывается, — обманщик и подлец… «Но Валька, он же у тебя ничего не просил! Ты же сама! Третью монету тебе вернут!» (Третий рубль был незамедлительно возвращен). Скандал ужасный. Обидный для нашей мамы. Тем более что она незамедлительно вспоминает эпизод из молодости, когда Валька увела на танцах ее кавалера, хотя Валька тоже помнит этот эпизод, но в варианте обратном. А это, между прочим, была история бессовестная и совершенно недостойная.

И, хотя кавалер оказался никудышный, досада от тогда произошедшего не избылась. Коварный Валькин поступок не забылся. Словом они обе разрыдались, наговорили друг дружке массу неприятного, сверкали взглядами, швырялись одна в другую всеми доступными женщинам обидными словами и никогда уже не помирились, не пили больше друг у друга чай, на улице не раскланивались и третьим лицам говорили одна про другую самое нехорошее.

P.S. Последней юбилейной монетой, чеканенной в Российской империи, был рубль — к 200-летнему юбилею победы русского флота в морском сражении при мысе Гангут, вблизи финского берега. Для Российского флота эта победа равносильна победе русской армии под Полтавой. Этот рубль сильно отличался от предыдущих юбилейных монет. На лицевой стороне — портрет Петра I, на оборотной стороне — орел, держащий в клюве и когтях карты, символизирующие четыре моря. Отчеканено было 30 300 шт. На июль 1914 года были намечены празднества, но началась Первая мировая война, парад не состоялся и тираж почти полностью пошел в переплавку.

В 1927 году Советская филателистическая ассоциация отчеканила определенное количество новоделов. Отличить их от оригиналов 1914 года очень сложно. Сегодня «Гангутский» рубль стоит… долларов.

Но есть сведения, что… Да вы сами поинтересуйтесь в Интернете, глазам не поверите…