Ожерелье танцовщицы - Агата Кристи

— Что ж, — сказала Банч, поразмыслив. — Что ж, это очень удачно. Прошлой ночью у меня разболелся зуб, и мне в самом деле следовало бы съездить в Лондон к зубному врачу, как по-вашему?

— Безусловно, — одобрил инспектор…

Мисс Марпл перевела взгляд с инспектора Крэддока на полное ожидания лицо Банч Хармон. Чемодан лежал на столе.

— Конечно, я его не открывала до прихода официальных лиц, — сказала старая дама. — Мне бы и в голову это не пришло. Кроме того, — добавила она с лукавой, чисто викторианской, полуулыбкой, — он заперт.

— Можете угадать, что там внутри, мисс Марпл? — спросил инспектор.

— Я бы сказала, — ответила мисс Марпл, — что там находятся театральные костюмы Зюбейды. Вам понадобится стамеска, инспектор?

Стамеска быстро сделала своё дело. Крышка чемодана была откинута, и обе женщины не смогли удержаться от восторженного восклицания. Солнечный свет из окна заставил вспыхнуть тысячью огней красные, синие, зелёные и оранжевые драгоценные камни.

— Пещера Аладдина, — напомнила мисс Марпл. — Сверкающие разноцветные камни, украшавшие костюм танцовщицы.

— Да, — сказал инспектор, — но что в них было, по-вашему, такого, из-за чего стоило убить человека?

— Я думаю, что это была умная женщина, — задумчиво произнесла мисс Марпл. — Она умерла, не так ли, инспектор?

— Да, три года назад.

— Ей принадлежало дорогое изумрудное ожерелье, — продолжала мисс Марпл. — Она вынула из него камни и прикрепила их в разных местах на свой театральный костюм. Зрители, безусловно, принимали их за кусочки цветного хрусталя. Кроме того, она заказала дубликат настоящего ожерелья, и его-то и украли. Ничего удивительного, что оно уже никогда не выплыло. Вор быстро убедился, что камни фальшивые.

— Здесь какой-то конверт, — сказала Банч, раздвигая блестящие камни.

Инспектор Крэддок вынул из конверта два листка бумаги, выглядевшие, как официальные документы. Он прочёл вслух:

— «Свидетельство о браке между Уолтером Эдмундом Сент-Джон и Мэри Мосс». Это было настоящее имя Зюбейды.

— Значит, они были женаты, — сказала мисс Марпл. — Понятно.

— А вторая бумага? — спросила Банч.

— Это свидетельство о рождении дочери, Джэул.

— Джул? — воскликнула Банч. — Боже мой, ну конечно Джэул! Джилл! Теперь я понимаю, почему он приехал в Чиппинг Клегхорн. Вот что он пытался мне сказать: Джэул. В нашей деревне живут супруги Мэнди; на их попечении находится маленькая девочка. Они к ней очень привязаны, смотрят за ней, как за собственной внучкой. Да, теперь я вспоминаю, её имя Джэул, только они, само собой, зовут её Джилл.

Около недели назад у миссис Мэнди случился удар, а её муж лежит с тяжелой формой пневмонии. Их обоих собираются отвезти в больницу. Я как раз стараюсь подыскать для Джилл хорошую семью, куда её можно было бы поместить. Я не допущу, чтобы её забрали в приют.

Вероятно, это каким-то образом дошло до её отца в тюрьме, и он бежал. Ему удалось забрать этот чемодан у старой костюмерши, у которой он хранился. Если драгоценности действительно принадлежали Зюбейде, то их можно будет, по-видимому, потратить на содержание ребенка.

— По всей вероятности, миссис Хармон. Если только они здесь.

— О, в этом можете не сомневаться, — уверенно сказала мисс Марпл.

— Слава Богу, ты вернулась, дорогая, — сказал его преподобие Джулиан Хармон, приветствуя жену с радостным вздохом. — Когда тебя нет дома, миссис Бэрт всегда особенно старается, но сегодня она подала мне на завтрак очень странные рыбные котлеты. Я не хотел её обидеть и отдал их коту, но даже он не стал их есть, и мне пришлось выбросить их в окно.

— Наш кот, — заметила Банч, поглаживая своего любимца, — очень разборчив в отношении рыбы. Я часто говорю ему, что нельзя быть таким требовательным. — Кот согласно мурлыкал, прижавшись головой к её колену.

— А как твой зуб, дорогая? Ты показала его врачу?

— Да, — ответила Банч, — было не очень больно. Я снова навестила тётю Джейн…

— Дорогая наша старушка, — сказал Джулиан. — Надеюсь, она не дряхлеет?

— Вот уж нисколько, — с усмешкой ответила Банч.

На следующее утро Банч пошла в церковь, захватив с собой свежие хризантемы. Солнечные лучи снова вливались через восточное окно, и Банч, освещённая радужными потоками света, остановилась на ступенях алтаря. Она тихо сказала:

— С вашей девочкой всё будет хорошо. Я сама за этим прослежу, обещаю вам.

Она привела церковь в порядок, потом опустилась на колени и помолилась, перед тем как вернуться в дом и приняться за скопившиеся за два дня дела.

Примечания

1

По-английски слово jewel — драгоценность — созвучно имени Джулиан.