Космическое семейство Стоун (История будущего VII) - Роберт Хайнлайн

Глава 2

ДРАМАТИЧЕСКАЯ РАЗВЯЗКА

На следующее утро за завтраком - утро, конечно, по Гринвичу, ибо по местному солнечному времени стояла вторая половина дня, которая будет продолжаться еще двое суток - семья Стоун разыграла очередную серию приключенческого сериала, которую Хейзел надиктовала ночью. Бабушка заложила пленку в автоматическую пишущую машинку, и каждый получил свой экземпляр. Даже Вундеру досталась маленькая роль, а Хейзел играла несколько ролей, прыгая по комнате и меняя голос от хриплого баса до сопрано. Участвовали все, кроме мистера Стоуна - тот сидел с суровым лицом, на котором было написано: "Попробуйте насмешите". Хейзел подчеркнула драматический - на самом интересном месте - финал, опрокинув свой кофе. Она поймала чашку в воздухе и подставила салфетку под коричневую струйку, не дав ей достичь пола. Слабое притяжение Луны допускало и такое. - Ну? - спросила она сына, еще не отдышавшись от отчаянных попыток Властелина Галактики избежать справедливого возмездия. - Как? Конфетка, а? Напугаем мы их до смерти или нет? Роджер Стоун хранил гордое молчание. Хейзел изумилась. - Как, тебе не нравится? Роджер, я начинаю думать, что ты попросту завидуешь. Неужто взращенный мною сын столь низок, что завидует собственной матери? - А мне понравилось, - заявил Вундер. - Давайте еще поиграем, как я стреляю в космического пирата. - Он выставил палец. - Бжж! Вся переборка в крови! - Вот тебе и ответ, Роджер. Это твоя публика. Раз Вундеру нравится значит, все. - По-моему, очень захватывает, - вставила Мид. - А что там не так, папа? - Да! - воинственно сказала Хейзел. - Мы тебя слушаем. - Хорошо. Во-первых, космический корабль не разворачивается на сто восемьдесят градусов. - А этот разворачивается! - Во-вторых, что это еще за Властелин Галактики? Он-то откуда взялся? - А-а... Сынок, твое шоу умирало на корню, и я влила в него свежую кровь. - Ну уж эти Властелины Галактики, скажу я тебе. Мало того, что это нелепость, но ведь это уже было и было. - Ну и что такого? На следующей неделе я приделаю к "Гамлету" атомный двигатель и запущу его заодно с "Комедией ошибок". Как Шекспир, подойдет? - Подойдет, если убрать длинноты, - пожал плечами Роджер. Ладно, отошлю. Другую писать некогда, а в контракте не указано, что сценарий должен быть хорошим - там просто сказано, что я должен его представить. Все равно на месте перепишут. - Бьюсь об заклад - твоя зрительская почта после этой серии увеличится на двадцать пять процентов. - Нет, спасибо. Я не могу допустить, чтобы ты в твоем возрасте изнуряла себя, сочиняя письма от зрителей. - А чем тебе не нравится мой возраст? Раньше я задавала тебе трепку два раза в неделю - и сейчас могу. А ну, иди сюда! - Не сразу же после завтрака. - Слабак? Как предпочитаешь умереть - как маркиз Куинсберри, на больничной койке, или быстро? - Пришли своих секундантов - надо все делать по правилам. А пока, обратился Роджер к сыновьям, - какие у вас планы на сегодня? Кастор взглянул на брата и осторожно сказал: - Да мы собирались опять смотреть корабли. - Я иду с вами. - Ты дашь нам деньги? - встрепенулся Поллукс. Брат сверкнул на него глазами. - Нет, - ответил отец, - ваши деньги останутся в банке, где им и место. - Тогда зачем смотреть? - Тут Поллукс получил тычок под ребро. - Хочу ознакомиться с положением дел на рынке, - ответил мистер Стоун. - Ты идешь, Эдит? - Нет, дорогой, я полагаюсь на тебя. Хейзел торопливо допила кофе и вскочила. - Я пойду. - И я! - соскочил со стула Вундер. - Нет, милый, - остановила его доктор Стоун. - Доешь свою овсянку. - Нет, я пойду? Можно, бабушка Хейзел? Хейзел замялась. Присмотр за ребенком вне города с искусственной атмосферой требовал предельного внимания - Вундер был еще слишком мал, чтобы самостоятельно справляться со скафандром. Хейзел же нужна была свобода. - Боюсь, что нет, Лоуэлл. Но знаешь что, золотко? Мы можем сыграть с тобой в шахматы по радио. Вундер надулся. - Какая мне радость играть по радио? Я так не буду знать, о чем ты думаешь. - Ах, вот оно что! Я так и подозревала. Может, мне и удастся разок выиграть. Нет, только без нытья - или я отберу у тебя логарифмическую линейку на целую неделю. Ребенок подумал, пожал плечами и мигом успокоился. - Как ты думаешь, - спросила Хейзел сына, - он в самом деле умеет читать мысли? Отец посмотрел на своего младшего. - Боюсь об этом и думать. - Он вздохнул. - И почему я не родился в нормальной, хорошей, тупой семье? Это ты виновата, Хейзел. - Ничего, Роджер. - Мать потрепала сына по руке. - С тобой мы как раз выходим на средние показатели. - Ухх! Дай-ка мне пленку. Лучше отправлю ее сейчас, а то потом духу не хватит. Хейзел принесла катушку, и мистер Стоун набрал по телефону код Нью-Йорка и комбинацию скоростной передачи. Вставляя катушку в гнездо, он сказал: - Зря я это делаю. Мало тебе было Властелина Галактики, Хейзел, так ты еще нарушила весь сюжет - поубивала четырех центральных персонажей. Хейзел следила за катушкой, которая начала разматываться. - Ты не волнуйся, у меня все продумано. Вот увидишь. - То есть как? Ты что, собираешься сочинять и другие серии? Очень хочется поймать тебя на слове и заставить расхлебывать свою же кашу - я ею сыт по горло, а тебе так и надо. Властелин Галактики, надо же! Хейзел продолжала следить за пленкой. В режиме скоростной передачи тридцатиминутная катушка перемоталась за тридцать секунд и со щелчком выскочила из гнезда. Хейзел вздохнула с облегчением. Теперь серия или в Нью-Йорке, или ждет на автоматической телефонной станции Луна-Сити, когда освободится линия Луна - Земля. В любом случае ее уже не вернешь, как сказанное слово. - Само собой, я напишу еще несколько серий, - сказала она сыну. - А точнее семь. - Почему семь? - А ты не догадался, зачем я их убиваю? Семь серий до конца квартала и новый срок для представления сценария. Только на этот раз они твой сценарий не возьмут, поскольку никого из героев не останется в живых и вся история на этом кончится. Я снимаю тебя с крючка, сынок. - Что? Хейзел, ты не сделаешь этого. Приключенческие сериалы никогда не кончаются. - В твоем контракте это указано? - Нет, но... - Ты все время ноешь, что жаждешь зарезать эту курицу, несущую золотые яйца. У тебя самого никогда не хватило бы мужества это сделать, и твоя любящая мать пришла тебе на помощь. Ты снова свободен, Роджер. Но... - Лицо Роджера прояснилось. - Наверно, ты права. Хотя я предпочел бы совершить самоубийство, даже литературное, по-своему и в нужное мне время. Мм... слушай, Хейзел, а когда ты планируешь убить Джона Стерлинга? Его-то? О, наш герой, естественно, продержится до последней серии. Он и Властелин Галактики прикончат друг друга в самом конце. Медленная музыка. - Да. Да, конечно. Так и надо. Но не делай этого. - Почему? - Потому что я сам желаю написать эту сцену. Я возненавидел этого сладкоречивого Галахада с тех самых пор, как придумал его. Я никому не уступлю удовольствия убить его - он мой! - Извольте, сэр, - поклонилась Хейзел. Мистер Стоун просиял и перебросил сумку через плечо. - А теперь пошли смотреть корабли! - Джеронимо! Все четверо вышли из дому и ступили на бегущую дорожку, ведущую к лифту-шлюзу для подъема на поверхность. Поллукс спросил: - Хейзел, что значит "джеронимо"? - На языке древних друидов это значит "пора выметаться, да поживее". Вот и шевелись.