Трон - Максим Димов

Вариант второй: мы все же сумеем избежать крутых шагов, и тогда королевство распадется. Это случится либо очень скоро, либо будет тянуться годами и даже десятилетиями, и тогда неизбежен опять-таки первый вариант. На мой взгляд, это две самые вероятные модели ожидающего нас будущего, а все остальные соображения — всего лишь вариации на тему.

Итак, перед нами две возможности. Мы теряем королевство, сохраняя внешне хорошие отношения, или сохраняем государство, но платим за это своими жизнями. Порядка в наследственности у нас никогда не было, и я не верю, что мы сможем тут что-то изменить.

Все подавленно молчали.

— Нет, так не должно быть! — воскликнул Лоун. — Это неправильно!

Он вдруг резко обернулся и изумленными глазами уставился на герцога.

— Дядя, неужели ты думаешь, я смогу тебя... тебя... Ланс, Леон, Виктор, ведь мы же братья! Как у нас поднимется рука друг на друга?

— Что ты, малыш, — ласково проговорила Эмилия. — Все будет хорошо. Дядя просто сказал, что думает. Не надо принимать все так близко к сердцу.

— К тому же, — сухо добавил герцог, — и в том и в другом случае погибнет много невинных людей. Большей частью, людей неплохих.

— Ладно, — Эдвин ударил кулаком по подлокотнику. — Что же нам делать?

Кардиган покачал головой и устало произнес:

— Долго не будет покоя в этом доме. Главная беда в том, что мы не умеем поступаться собственными амбициями. Этот недостаток исправляет лишь время, а оно, как известно, терпит. И потому очень часто бывает поздно.

Он снова замолчал, потом вкрадчиво заговорил:

— Я самый старый из вас, дети, и больше повидал. Но даже не это главное. Нас разделяют годы, а этот барьер непреодолим. Вы можете мне не верить, но ничем личным я в этом деле не руководствуюсь. Я давно уже делаю только то, что должен, а не то, что хочу. Поэтому предлагаю отдать королевство мне. Вряд ли меня хватит надолго, зато вы получите передышку. Поймите, я не могу больше видеть, как убивают моих родных.

Быть может, за этими словами и действительно стояло нечто большее, чем просто жажда власти, но эффект разрушил Виктор.

— Хорошо, — быстро сказал кузен. — Мы имеем три предложения. Остальные желают высказаться?

— А какой смысл? — ответила Эмилия. — Все и так ясно. К этим троим добавить еще восемь. Впрочем, добавь семь, я не участвую.

— Шесть, — сказала Диана. — Мне это тоже не нужно.

— Отлично! — бодро воскликнул Виктор. — Пять человек, причем двое выходят из игры. Я тоже обещаю держаться в стороне от дележки. Фредерик, ты, великолепно! Вычеркиваем еще и Фреда. Остается четверо — Лоун, Филипп, Винсент и Ланселот.

— Я не участвую в этом, — поспешно сказал Лоун. — От всего этого дурно несет.

— Еще минус один, — прокомментировал Виктор. — Филипп, что скажешь?

— Можно было бы попробовать, но я знаю свое место.

— То есть, нет? — уточнил Виктор.

Филипп кивнул.

— Остаются только Ланс и Винсент.

Все выжидающе уставились на них.

— Я — нет, — сказал Винсент.

— Я тоже воздержусь.

— Хорошо, — объявил Виктор, полностью вошедший в роль ведущего. — Нам нужно выбрать одного из троих. Все трое являются ближайшими родственниками усопшего, и с этой стороны никаких претензий к ним быть не может.

— Из двух, — спокойно произнес Леонард. — Отдаю свой голос герцогу.

— Остались: отец и Эдвин. Брат короля и сын короля.

— Ладно, хватит этой комедии, — неприязненно перебил Эдвин. — Тут все ясно. Поприветствуем нового короля.

Старший брат громко захлопал, но никто к нему не присоединился.

— Я не стану вашим королем, — внезапно заявил герцог. — Но, думаю, я все же нужен королевству. Разумно было бы оставить корону там, где она сейчас лежит, а мне дать регентство.

Раздался негромкий присвист.

— А ведь неплохо выходит, — заметил Филипп.

— Да, — согласился Виктор. — Об этом никто и не подумал.

Обстановка разрядилась точно по волшебству, и все разом заговорили.

— Минутку внимания, — попросил герцог, — кажется, мы только что чего-то добились, но у меня есть просьба. Мне нужны гарантии безопасности с вашей стороны. Поймите правильно, я говорю не о себе, но о государстве. Нельзя допустить, чтобы интриги подорвали установившееся доверие между нами. Без этого я отказываюсь от своего предложения.

Короткую паузу молчания разорвал смех Эдвина.

— Вы отличный дипломат, дядя, — сказал он, отсмеявшись. — Я, конечно же, обещаю, что не предприму ничего нарушающего эту идиллию, и, как ни странно, действительно так сделаю.

— О, Свет! — воскликнула Эм. — Ну и повезло нам. Я не Эдвин, но тоже готова это обещать. Если, конечно, мое слово что-нибудь значит.

Следом за ней о преданности загомонили все присутствующие.

— Ну вот, — звонким, срывающимся от волнения голосом, заявил Лоун. — За этими важными заботами я, кажется, нарушил режим дня, что очень вредно в моем возрасте.

Он поднялся, усмехаясь, и направился к двери, но, сделав несколько шагов, вдруг остановился и медленно опустился на колени. Пробыв в таком положении несколько секунд, самый младший принц упал на пол, лицом вниз.

Все ошеломленно смотрели на него, потом со своего кресла поднялся Винсент. Подойдя к юноше, он опустился на одно колено и охватил пальцами тонкое запястье младшего брата. Затем медленно встал и обрел взглядом встревоженные лица.

— Мертв, — произнес он в полной тишине и тяжело прошел к своему креслу.

На Дворцовой площади было тихо и пустынно. Едва братья показались на ступенях Головных Ворот Дворца, стоявшая чуть поодаль большая золоченая карета с гербом Династии на дверцах двинулась к ним. Позади гарцевали около десятка вооруженных верховых. Винсент сжал локоть брата.

— Я подвезу тебя.

Ланс отрицательно покачал головой и мягко высвободился.

— В другой раз. Я не домой.

— Ты что-то задумал? — быстро спросил старший принц, открывая дверцу подъехавшего экипажа.

Ланс усмехнулся:

— Ничего особенного, просто собираюсь ненадолго потеряться.

— Ну, как знаешь. Только будь осторожен.

— Я всегда осторожен. Увидимся.

— Удачи.

Ланс постоял, наблюдая за отъездом брата, потом жестом приказал страже закрыть ворота и пошел вдоль внутреннего периметра окружающих Дворец стен. Вскоре петляющая меж деревьями Восточного сада тропинка привела его к невысокой двери в стене, почти целиком скрытой буйно разросшимся в этом месте кустарником. Едва он приблизился, металлическая дверная плита медленно уползла в толщу стены. За ней оказалась грубая железная решетка. Ланс нажал на нужный камень в кладке, и решетка плавно ушла вверх. Он пробрался сквозь кусты и оказался по ту сторону стены. Отсюда в городские предместья спускалась неширокая тропинка.