Плакса (СИ) - Стина Лана

- За словами следи, - кажется, Ваня тоже начал закипать. – Я тебе уже сказал, мы остаемся здесь.

- Я не хочу смотреть фильм здесь, - раздраженно бросила я и так, чтобы Алексей не услышал вторую часть предложения, я нагнулась к Ване и прошептала на ухо. – Мне будет здесь не комфортно.

Он взглянул мне в глаза и я видела, как он мечется в своих мыслях. Наконец он выдохнул, а затем также тихо прошептал мне на ухо:

- Пожалуйста, потерпи, я не могу ему уступить, - а затем добавил. - Ради меня.

Мне хотелось наорать на него и сказать, что он ведет себя как маленький ребенок, но я не хотела закатывать сцену перед Алексеем. Я лишь послушно села рядом с ним на диван, про себя обзывая Алексея последними словами. Если бы он не был таким засранцем и не доводил Ваню при первом удобном случае, тот бы не хотел насолить ему в ответ. Я еще не знаю, что между ними сегодня такого произошло, что Ваня встал на дыбы, но уверена в том, что Алексей снова его чем-то разозлил.

Алисе 18 лет

Вот что я поняла за 18 лет своей жизни: строить планы почти также бесполезно, как и пытаться вскипятить воду в минус сорок. Конечно, можно пробовать что угодно, однако, будет ли какой-то эффект? Иногда проще подстроиться под систему, если она работает, чем пытаться прыгнуть через нее. Потому что, как бы мы не хотели верить в лучшее, реальность, рано или поздно, ударит лицом об лед. А это больно.

Полгода назад мы с Ваней расстались и, если бы я могла вернуться в прошлое, то отвесила бы десятилетней себе хорошую затрещину за то, что она воображала себе счастливую жизнь со своим принцем. А вместе с ней этим мечтам предавалась и я. Но, если на чистоту, бить себя мне не хотелось. Я итак была привалена грудой хлама, которым когда-то было мое сердце.

- Я не хочу поступать в Москву, - сказала я тогда Ване в сотый раз. – Мне нравиться наш город и университет, который я выбрала.

Мне кажется, мы уже тысячный раз обсуждаем эту тему и бьемся лбами друг о друга. Ваня собирается учится в МГИМО и хочет, чтобы я поступила туда же.

- Ну почему? – повысив голос, он вскочил со своего стула. – Это один из лучших вузов в столице! В городе куча возможностей, да и ты пройдешь на бюджет, я уверен!

Я вздохнула. У меня не было сил в который раз спорить с ним на эту тему. Он никак не может принять тот факт, что я не поеду с ним и останусь здесь. Сколько ссор мы пережили из-за этого, было уже не сосчитать. Ваня считает, что жизнь в разных городах отдалит нас друг от друга и в конце концов нам придется расстаться. Я и сама не хотела бы жить вдали от него так долго, но еще больше я не хочу отсюда уезжать. Здесь моя семья. Мой дом. И я верила, что мы справимся с расстоянием.

- Ты прав, во всем, - согласно кивнула я. – Но я не хочу уезжать, мне это не нужно. Мне хорошо здесь.

- Кому здесь может быть хорошо? – не унимался Ваня и начинал заводиться. – Ты сама себя обманываешь, просто боишься что-то изменить в своей жизни. Ты всегда была такой нерешительной.

Его последняя фраза больно кольнула. Наверняка, он не хотел меня оскорбить. Это было сказано на эмоциях, но, тем не менее, мне было неприятно услышать такое о себе. Захотелось сразу же прекратить этот разговор и больше никогда к нему не возвращаться, оградить себя от его слов. Чем сильнее я с ним не соглашаюсь, тем больше он теряет контроль и переходит грань дозволенного. Но бегством делу не поможешь – это я знала точно. Прикусив изнутри щеку, я сказала:

- Давай разговаривать, как взрослые люди, без эмоций. Мне неприятен твой тон

- Без проблем, - усмехнулся он. – Может мне тоже много чего неприятно, но я молчу, только бы тебе было хорошо.

Он никогда не молчал.

- Ваня, прошу тебя, давай серьезно.

Он скрестил руки на груди и невесело рассмеялся. Ваня выглядел обиженным и вместо того, чтобы решить все спокойно, пытался побольнее меня уколоть. И это срабатывало. Я понимала, что адекватного, не эмоционального диалога у нас уже не состоится. Но эту тему с поступлением в Москву, нужно было закрыть раз и навсегда. Больше я ее обсуждать не собиралась, потому что все, что я хотела сказать – уже сказала. И менять свой выбор я не собиралась.

- Серьезно, значит серьезно, - он пожал плечами. – Если ты не едешь со мной в Москву – мы расстаемся. Достаточно серьезно?

Из меня будто выбили весь воздух и я молча уставилась на своего парня. Я не могла поверить в то, что он действительно это произнес вслух.

- Ты это не серьезно.

- Нет, Алиса, мы закончим с этим прямо сейчас. Так что ты скажешь?

Я чувствовала, как внутри разбивались мои детские мечты о принце на белом коне. Да, в последнее время мы часто ссорились из-за поступления, у нас была куча разногласий, но мы ведь должны были справиться с этим. Вместе. Разве не так? Во всех сказках, прочитанных мною, именно этим все и заканчивалось. Счастливым концом.

Тогда почему я сейчас должна сделать выбор без выбора? Чтобы я не решила, это принесет мне боль. Если останусь здесь, то потеряю близкого человека, а если уеду – предам себя. Что это за идиотское положение? Мои пальцы задрожали и я сжала пальцы в кулак, пытаясь держать себя в руках.

- Мне нужно подумать, - я попыталась встать с кресла, но Ваня удержал меня за плечи на месте. Его взгляд был бешеным, а ноздри раздувались в такт его гневного дыхания.

- Мне нужен ответ сейчас.

- Да что с тобой такое? – не выдержала я. – Почему ты ведешь себя как козел?

- Потому что ты не оставляешь мне выбора.

Каждая клеточка моего тела была парализована страхом. Нет, я не боялась Ваню. Это не первый раз, когда я вижу его в гневе и точно знаю, он не причинит мне физического вреда. Однако он бил куда сильнее словами, своим взглядом и холодным тоном. Я была на грани того, чтобы разрыдаться перед человеком, который в данный момент вел со мной себя так, словно я грязь, прилипшая к его дорогим белоснежным кроссовкам.

Я бы соврала, сказав, что раньше не думала о расставании. В моменты наших сильных ссор, мне всегда казалось, что все, это точка в наших отношениях. Но потом все как-то налаживалось, приходило в норму и забывалось. Я часто списывала это на подростковые гормоны, все же мы ими и были. И Ваня всегда извинялся, задаривал меня вниманием и приятными сюрпризами. Я снова верила в то, что больше такого не повториться.

Но сейчас я не могла найти ни единого объяснения поведению Вани. Да и, наверное, не хотела. Возможно, это был тот самый конец, когда нужно поставить точку, даже если это больно. Нужно иметь в себе силы признать, что я устала от этого. И если уж я должна сделать выбор прямо сейчас, так и будет. Один из вариантов сделает мне больно, так пусть лучше это будет то, что я, наконец, выбираю себя.

- Я остаюсь здесь.

- Ты сама так решила.

Больше мы друг другу не сказали ни слова. Я молча встала и на ватных ногах вышла из комнаты Вани. В гостиной сидел Миша с Марусей, они смотрели какой-то мультик. Тетя Лена что-то готовила у плиты и, кажется, увидев меня, что-то сказала. Я шла, словно робот, прямо к входной двери, которая из-за скопившихся в глазах слез, становилась расплывчатой. Одно слово гудело у меня в голове:Расстались! Расстались! Расстались!

Я помню, как пришла домой, сняла с ног новенькие кроссовки, джинсовую курточку, ввалилась в комнату брата и только тогда перестала сдерживаться. Увидев меня, Марик тут же вскочил и бросился меня обнимать, обеспокоенно дотрагиваясь, словно проверяя, не ранена ли я, и спрашивая, что случилось.

Внешне я была цела, а вот сердце было ранено глубоко и, тогда казалось, что не сможет зажить никогда. Все мои мечты о принце на белом коне были разбиты вместе с моим сердцем.

- Мы расстались, - это все, что я тогда сказала брату.

Марик притянул меня ближе и мы упали на его кровать. Я положила голову ему на грудь и, не сдерживая рыданий, плакала, а он обнимал меня за плечи, ничего не говоря. Я оплакивала мечты, которые я столько лет холила и лелеяла в своем сердце. Марк гладил меня по волосам и шептал слова утешения так долго, пока я не уснула.