Жена Дроу - Ирина Баздырева

— Признаете ли вы, что он заслуживает жесточайшей смерти! - снова торжественно обратилась к совету Верховная Жрица.

— Признаем, - так же дружно отозвался Совет.

Клопси тревожно завозился.

- Ты угомонишься или нет? - зашипела на него Ника, едва удерживаясь, что бы не захихикать от щекотки. - И объясни, за что казнят старика?

Верховная Жрица стукнула посохом об пол и гневно воззрилась выцветшим взором на Нику, как и остальные Матери Первых Домов, не одобряя то, что она нарушает торжественность момента. Их лица были надменны и от того казались одинаковыми. Трудно было даже предположить, чтобы эти женщины когда-нибудь улыбались.

— Этот мужчина, - Жрица бросила на осужденного презрительный взгляд, - Этот мужчина, уже не первый раз пренебрег указаниями Совета. Но сейчас его непослушание не должно остаться безнаказанным, поскольку Мать того Дома, к которому принадлежит сей крамольник, сама не в силах усмирить своего раба, погрязшего в тяжких преступлениях и подлом предательстве.

Ника с миной осуждения покачала головой - мол, надо же быть такой растяпой, чтобы ни приструнить какого-то дряхлого деда. Жрица до того, внимательно оглядывая собрание, всем своим видом выказывая негодование, вдруг повернулась к Нике.

— Что вы скажете на это, Мать де Наль? - резко спросила она, негодующе поджав тонкие бледные губы.

— Я целиком и полностью осуждаю ту Мать, что не в силах справиться со своим слугой, - тоном примерной ученицы ответила Ника.

Жрица окинула ее холодным взглядом.

— И вы при всех признаете, таким образом, свое бессилие Мать де Наль, - вкрадчиво поинтересовалась она.

Остальные Матери с напряженным внимание подались в своих креслах вперед, чтобы не пропустить ни слова из сказанного. Их лица выражали явное, неприкрытое торжество и злорадство. Некоторые из них удивленно переглядывались.

Словно в тяжком раздумье Ника склонила голову, прошептав:

- Что происходит? Почему на меня такой наезд?

— Осужденный - лорд вашего Дома, Дорган де Наль

— Придушу, - сквозь зубы прошипела Ника. - Быстро сказал мне, в чем его вина?

— В том, что он повел битву не так, как предписывал ему Совет.

— Он ее проиграл?

— Нет. Он победил…

Ника ничего не поняла. Старого, опытного военачальника собрались казнить за то, что он не послушал кучки куриц, ничего не смыслящих в военном деле, и выиграл сражение? Жрица все также выжидающе смотрела на Нику, тогда как другие Матери негромко переговаривались между собой. Ника подняла голову:

- Я очень хорошо понимаю ваше недовольство, - сказала она, - Ибо сама недовольна, и прежде всего собой, - она театральным жестом прижала руку к груди, подбавив в голос пафоса. - Ваши нарекания справедливы, но хочу напомнить, что этот… презренный, победил…

— Дворфов, - быстро последовала подсказка из-за корсажа.

— … победил дворфов, воинственную и жестокую расу, - сочиняла она на ходу, развивая тему. Подобный прием не раз выручал Нику на экзаменах.

— Он унизил Совет, посмев ослушаться его, - бросила со своего места одна из Матерей.

— Мы не можем оставить такой поступок безнаказанным. Иначе все мужчины начнут проявлять неповиновение, - поддержала ее другая в синем одеянии, с вышитой по нему белым шелком паутиной.

— Разве вы не видите, что Мать де Наль еще на что-то надеется, - с оскорбительной насмешкой выкрикнула особа в зеленых одеждах, Мать какого-то там Дома.

Нахмурившись, Ника подняла руку, призывая к молчанию, сорвавшуюся на нее свору баб, вспомнив, что все-таки она здесь главенствует.

— Скажите, почему Совет поручил именно ему, - она указала на старика стоящего, на коленях, - возглавить битву с дворфами?

— Ответьте мне? - потребовала она, так и не дождавшись ответа, и поочередно глянув на каждую из Матерей, повернулась к Верховной Жрице.

— Потому что он не проиграл ни одной битвы, - нехотя ответила та скрипучим голосом, тем не менее, сбавив обороты. - Но он унизил Великую Ллос. Что значит вся слава Мензоберранзана со всеми дроу, обитающим в нем, в сравнении с незапятнанным именем нашей благословенной богини? Не забывай этого!

— Что ж, тогда придется казнить, - покорно вздохнула Ника, заметив, как напряглась спина обреченного. - По-видимому, у кого-то из присутствующих здесь Матерей имеется в подчинении военачальник, не уступающий в искусстве сражении этому…- “Доргану” подсказали из-за корсажа, - Доргану, - повторила Ника, обведя рукой Собрание.

Она блефовала на свой страх и риск, ожидая, что вот-вот посыпятся имена тех, кто сможет заменить умудренного опытом опального полководца на его посту. Однако Матери хранили молчание.

— Мы не умаляем его заслуг, пойми, - миролюбиво произнесла Верховная Жрица, с интересом разглядывая Нику. - Но повторю еще раз, твой лорд ослушался Совет. Поступив так, разве он не игнорировал повеление самой Ллос. Ты считаешь это допустимым? Власть Ллос незыблема. Мы не можем попустительствовать даже небольшой небрежности в отношении к богине. Дорган должен быть казнен!

Произнося роковые слова, Жрица со значением смотрела Нике в лицо.

- Матушка, - прошептал осужденный, подняв голову и смотря на Жрицу.

— Я - Верховная Жрица! - ледяным тоном отчеканила старуха, стукнув посохом об пол. - Ты должен помнить об этом, преступник.

Ника на миг потеряла дар речи, как и способность хоть что-то соображать. Мысли ее перепутались. Она не могла понять того, что сейчас происходило на ее глазах. Получалось, что мать настаивает на смерти собственного сына? Куда она попала?

- Э-э… Я глубоко почитаю всесильную Ллос, - пробормотала Ника, чтобы хоть что-то сказать, потому что Матери не спускали с нее глаз, а она не хотела, чтобы они заметили ее замешательство. - Однако почему мы недооцениваем могущество самой богини? Вы обвиняете этого воина в том, что он ослушался ее волю в лице Совета. Но, может быть, Ллос сама снизошла к нашим войскам, чтобы помочь дроу победить? Подумайте о том, что может, во время жаркой битвы во имя ее, она, видя перевес на стороне противника, когда решающей может быть минута и просто нет времени сноситься с Советом и ждать, когда вы передадите ее повеление сражающемуся лорду, напрямую помогла ему.

— Нет! Никогда Ллос не снизойдет до общения с мужчиной, а если подобное происходит, то только для того, что бы пожрать его! - отрезала Жрица.

— Мне это известно, - быстро перестроившись, кивнула Ника. - Но я не помню, чтобы богиня явилялась к нам и дала тот совет, которым пренебрег этот ослушник, - замирая от страха, а вдруг богиня все-таки появлялась на совете, но от этого не менее уверенно говорила Ника. - Я настолько верю в Ллос, что допускаю ее личное вмешательства в битву, которая неминуема была бы проиграна на ее глазах, следуй военачальник указанию Совета. Она сама подсказала ему правильное решение. Мы, дроу, существуем, дышим, свершаем что-что только во славу Ллос и, разве богиня поступится тем, чтобы хоть какая-то крупица, прибавляющая ей славу, была бы попусту утеряна, а победа подарена жалким дворфам.