Любовь без сахара (СИ) - "Uma"

В своем кабинетике я немного успокоилась. Платье лежало там, куда я его вчера спрятала. За ним никто не приходил, по крайней мере, пока. Чтобы убедить себя, что все идет хорошо, я присела и, не доставая платье из ящика, погладила его, как кошку. В ответ получила ощущение комфорта, дороговизны и вседозволенности.

Меня ждал напряженный рабочий день, потому что вчера, в нервной лихорадке и в водовороте событий, я не успела разобраться в делах службы доставки. Они были путанными из-за простоя, возникшего после ухода беременной управляющей.

Сначала я распорядилась разобраться с теми товарами, которые должны были быть доставлены в этот день, — при мне не должно возникнуть никакого простоя. Дальше я собиралась в ручном режиме наладить доставку за предыдущие дни. Ничего сложного в этом не было, главное, чтобы сотрудники не посчитали мои действия рутинными и согласились работать по плану муравьев, признавая во мне «королеву», которая знает статус обязанности каждого.

Курьеры прислали мне сообщения о том, что задача им понятна. Сотрудницы склада тоже готовы были исправно выдавать сегодняшние заказы. Покупателями были разосланы шаблонные извинения за просрочку и обещания исправить все в ближайшие три дня. И наконец, в почтовом ящике я нашла приглашение на вечеринку, оно гласило: «Алена! Вы внесены в список участников вечеринки. Будем рады видеть вас…» и т.л.

— Ну что, привыкаешь? Смотрю заказы начали выдаваться в обычном режиме. — В конце рабочего дня ко мне нагрянула управляющая, вся такая ухоженная и снисходительная. С собой она привела рабочего мебельного склада и указала ему на пустое место в моем кабинете. — Сюда поставим стандартный диван.

— Ясно, Дарья Борисовна, — привычно кивнул рабочий. — Завтра все будет…

Тут я чуть не умерла от разрыва сердца, потому что вездесущая управляющая открыла двери пустующего пока шкафа. В обувной ящик, где лежало платье, она не соизволила заглянуть, ее интересовали полки. Барабаня по краю одной из них пальцами, женщина деловито спросила:

— У тебя что, совсем нет никаких милых вещичек? Чашки, вкусняшек, веселых фоток? — она, встав в непринужденную позу, рассматривала меня с приветливым любопытством, явно хотела наладить отношения. — Уж извини, но на фею ты не тянешь. Монашка, у тебя есть хобби?

— Э-э, есть, я занималась латиноамериканскими танцами, — наспех ответила я, невольно мои глаза косили туда, где хранилось мое платье. — А что, это нужно для работы?

— Для работы здесь нужно быть роботом, больше ничего. Плати взносы, получай бонусы за выполнение корпоративных правил, — вздохнула Дарья, плавно меняя положение тела на более деловое и напряженное. — Я спрашиваю, чтобы понять, какая ты. В рекомендациях пишут, что «закрытая». Оно и верно. Что с вечеринкой? Не передумала?

Я упрямо мотнула головой, при этом закусив нижнюю губу. Теперь мне одна дорога, точнее, две — на вечеринку и в тюрьму. Дарья пожала плечами, дескать, ну попробуй, только я тебя предупреждала, и вышла от меня со словами:

— Много не пей там. И не позволяй себя лапать, потом не вспомнишь с кем провела ночь и был ли он один…

6. Разоблачение

Я поднялась на пятый уровень «Нового Олимпа» в краденом платье цвета амаранта. Оно сделало из меня вполне привлекательную девушку, о чем я сама давно догадывалась по взглядам, бросаемым в меня парнями. Эти взгляды я отбивала серьезным выражением лица или равнодушными взмахами ресниц, и шла покорять одного единственного мужчину. Так я делала последние два года. За это время мои одноклассницы успели найти бойфрендов, пережить первые взрослые отношения и благополучно из них выйти. Я же оставалась верной Кириллу, кроме любви к нему, у меня ничего не было…

У входа на открытую площадку охранник спросил с меня номер приглашения, я его назвала, и меня пропустили, любезно пожелав приятного вечера. Музыка пробовала войти в резонанс с моим телом, — ее я любила в любых жанрах, — но не спешила танцевать, бродила по огромной площадке, ища для себя место.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Приглашенные на летнюю вечеринку были, если и не отъявленными тусовшиками, то точно частыми гостями ночных клубов и ресторанов. Громкие взрывы смеха, легкомысленные жесты, модные платья и изысканные смокинги, открытый флирт с каждым, кто попадался на глаза, меня немного напугали, поэтому я не могла расслабиться, бродила, как тень вдоль стен. А еще была обалденная высота и закат, расплескавший над городом все оттенки золотого, и пронзающий стеклянные стены «Нового Олимпа» тысячами лучей.

— Привет! — передо мной возник парень, тот самый, которого я видела у входа в небоскреб. Сейчас он был в смокинге, на лице осторожная улыбка. Он вышел из толпы прямо на меня. — Ты не против познакомиться?

— Не против, — я попятилась назад, напрягшись еще сильнее, однако умудрилась с улыбкой спросить. — Ты ведь… охранник, тот с улицы?

— Да, из личной охраны босса, — кивнул парень, самодовольно качнувшись и пряча руки в карманы брюк. — Иван! А ты из какого отдела? Не видел тебя раньше…

Я назвалась Еленой из отдела доставки, пояснив, что работаю в небоскребе без году неделю. Парень предложил выпить чего-нибудь. Мы пошли в бар, там я почувствовала себя смелее, отчасти благодаря алкоголю. Впервые я пила так много и с удовольствием. Коктейли лечили мои сердечные раны, заставляли забыть в кого я превратилась в последние шесть дней. На работе меня начинали уважать, зато сама себя я перестала.

Пока я за счет Ивана тянула через соломинку обжигающий коктейль, он пытался со мной флиртовать, — улыбался, рассказывал, что у него накопилось несколько дней отпуска, и босс отпустил его на все четыре стороны, хотя он почти незаменим. При этом он как бы невзначай касался моей руки, свободно весящей вдоль тела.

— А твой босс тоже здесь? — спросила я, вытащив изо рта соломинку и помешав ею остатки напитка в овальном стакане. Все, что попадалось мне на пути я старалась использовать для приближения к Кириллу.

— Конечно, здесь! С парочкой друзей… и дочкой. У него немного мест, где он чувствует себя… в своей тарелке, — ответил Иван, и наконец перестав трогать мою руку, подался ко мне, явно желая меня поцеловать. Я уперлась ладонью ему в грудь и увернулась. — Извини, я думал, ты не против, — его кажется сильно удивило, что я не целуюсь с первым встречным. — Потанцевать-то можно?

— Лучше расскажи о своем боссе, — в попытке узнать что-нибудь о Кирилле я снова мило заулыбалась. Готовясь слушать, а сжала губами соломинку и вскинула на Ивана глаза.

— Он и твой босс тоже, если что. У меня с ним договор о неразглашении. Жизнь у него небогата на скандалы, но люди из любой мелочи могут их раздуть. — Парень начинал терять ко мне интерес, этого допустить я не могла. Он взглядом искал повод отойти от меня или сменить тему. — Вне работы ни слова о работе…

Я выпустила изо рта соломинку и поднялась с барного стула:

— Пошли танцевать! — предложила я, кокетливо склонив голову набок. — Я на днях окончила курсы латиноамериканских танцев, — мои бедра сделали соблазнительную восьмерку. — Могу научить тебя кое-чему…

Мой спутник оживился, в глазах у него зажглись игривые огоньки. Но выйти из бара мы не успели, потому что меня окликнул голос безупречной управляющей Дарьи. Первым моим желанием было убежать, вторым — спрятаться за широкую спину Ивана. Ни того, ни другого я не сделала, решившись на еще одну глупость, — объяснить свой поступок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Алена! Ну-ка, дай я посмотрю! Платье… — Дарья разглядывала на мне платье, и, разумеется, распознала Жужу цвета амаранта из прошлогодней коллекции. На ее лице проступала гримаса ужаса, словно она медленно, но верно узнавала во мне чудовище. — Это платье из нашего бутика?! Да, оно, я знаю все наши платья, и это Жужу 2016. Ты украла его, что ли?

— Нет, я взяла на один вечер. Мне оно очень нужно, оно висело целый год! Никто его не купил, значит, оно не самое лучшее, — лепетала я бессильно, пятясь и ища путь для побега. — Я верну его, пожалуйста, не говори никому. С ним ничего не случится, я помылась, прежде чем его надеть, на нем не будет ни капли моего запаха…