Ловушка под омелой (СИ) - Мирошник Ксения Викторовна

Снился мне лёд и моё полное фиаско, я видела, как падаю, а все студенты вокруг смеются и свистят. А потом налетели тяжёлые снежные тучи и академию накрыла вьюга, от которой я никак не могла убежать.

На следующее утро, буквально насильно заставила себя не вспоминать о ночных переживаниях и больше думать о предстоящем походе в город, где мы с Ким будем помогать преподавателям украшать город ледяными скульптурами и горками. Когда я представляла это, моё сердце взволнованно трепетало, внутри зарождалось весёлое нетерпение, а руки будто чесались от желания поскорее воплотить свои идеи в жизнь. Уже несколько недель назад я набросала с десяток разных эскизов для будущей композиции на главной площади Острэма. Миссис Патчис и преподаватель по сложению заклинаний мисс Вандерут, одобрили мои идеи и пообещали помочь.

Я взяла со стола альбом и отправилась на завтрак, но вышла пораньше, чтобы успеть заскочить в библиотеку. Это было моё второе любимое место, после собственной спальни. На каникулах пристанище книг, фолиантов, свитков и артефактов, открыто для всех желающих только в первой половине дня, поэтому мистер Бастири справлялся самостоятельно, а во время учёбы, я после занятий приходила сюда и помогала как могла. Неудобства, связанные с моим обучением, библиотекарь сносил достойно и сам всячески меня подбадривал, заверяя, что на это время может обойтись без своего главного помощника. Его слова грели душу, но мне и самой очень хотелось ему помогать.

Сейчас, отворив тяжёлые резные двери, я вдохнула полной грудью лёгкий аромат свежих чернил с примесью пыли. Мы с мистером Бастири старались как могли, пытаясь от неё избавиться, но библиотека была такой большой и своенравной, что неугомонная пыль появлялась снова и снова.

— Доброе утро! — громко крикнула я и мой голос разлетелся по огромному помещению.

Я ощутила, как ноги коснулось что-то мягкое и тут же улыбнулась:

— И тебе доброе утро, Марта.

Я присела на корточки и погладила уже немолодую кошку, которая была дорога моему наставнику. Она осталась ему в память об ушедшей в прошлом году миссис Бастири. И хоть магистры считали, что кошке не место среди книг, пожилой библиотекарь заверил их, что Марта до крайности чистоплотна и что без неё он умрёт от тоски. Не знаю, что стало настоящей причиной согласия, то ли страх за жизнь мистера Бастири, то ли сострадание.

— Доброе утро, мисс Блэр, — послышался хриплый голос.

Голова библиотекаря мелькнула на мгновение между стеллажами, а потом исчезла снова. Надо отметить, что мистер Бастири был довольно маленького роста, не больше полутора метров, но этот факт нисколько его не смущал. Я обнаружила наставника над одним из древних фолиантов, который не так давно привез магистр Фергюсон из дальней поездки на Огненные острова. Старинное писание было всего лишь позаимствовано, поэтому библиотекарю было поручено перевести его и переписать. С переводом ему помогала миссис Вустром, преподававшая историю магии и языковедение. Мистер Бастири и сам знал множество языков, но с некоторых пор жаловался на память, которая с возрастом начала его подводить. Он говорил, что некоторые слова или символы, будто нарочно прятались от него и никак не хотели вспоминаться.

— Хотите, чтобы я разобрала возвращённые студентами книги? — спросила, заглядывая через плечо наставника.

— Буду признателен, — ответил он и прикрыл от меня страницы. — Не хитрите, мисс Блэр. Вы хорошо знаете, что это писание относится к тем, которые вам читать ещё не положено!

— Знаю, — раздосадовано скривилась я и пошла к стопке, которая накопилась за два последних дня.

Мистер Бастири мог одним движением руки расставить эту стопку по нужным полкам, но я просила его этого не делать и позволить мне самостоятельно распределять книги по их законным местам.

— Как ваши эскизы? Вы готовы к сегодняшнему событию? — спросил библиотекарь, когда я проходила мимо, пытаясь вспомнить, где должен стоять справочник по зельеварению. — Вы и мисс Ачер так ждали похода в город.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О да, мистер Бастири, — глухо сказала я, пытаясь дотянуться до нужной полки, — мне уже не терпится испытать свои силы!

— Уверен, что вы справитесь, — улыбнулся он, когда я возвращалась обратно. — Завтра же схожу на ярмарку и сам всё увижу собственными глазами.

— Благодарю, — смутилась я и снова бросила взгляд на фолиант.

Он странным образом постоянно притягивал мой взгляд. Любопытство буквально раздирало меня, очень хотелось заглянуть в запретную книгу и узнать, как рождалось колдовство на таинственных Огненных островах. Стоило отвести глаза от ветхих страниц, как я наткнулась на хмурое лицо наставника. Сердился он редко, поэтому мне стало стыдно вдвойне. Я мигом ретировалась, чтобы поскорее разложить оставшиеся книги и успеть к завтраку.

В общем зале, где студенты и преподаватели принимали пищу, сегодня утром царили возбуждение и некая нервозность. Миссис Патчис после завтрак должна была объявить имена тех, кто будут ей помогать украшать город. Каждый хотел быть достойным, ведь преподаватель практической магии выбирала только лучших. На самом деле, те кто был избран, уже об этом знали, но называть их имена публично стало доброй традицией. Нас с Ким она назвала первыми, но многие ученики этому не удивились, поскольку меня они полноправной студенткой не считали, а Кимберли действительно была одной из лучших на потоке. Затем миссис Патчис назвала Джерса Стивенса и моё сердце ухнуло в пропасть. Я нашла парня взглядом и не сдержала улыбки. От волнения даже заёрзала на лавке.

— Какая прекрасная возможность, — взяла меня под руку подруга. — Познакомитесь поближе.

— Да ты что, — я тут же сдулась, словно воздушный шарик, — рядом с ним я чувствую себя малолетней дурочкой. Несу всякую чушь, глупо улыбаюсь и выставляю себя на посмешище.

— Это нормально, — дёрнула плечами Ким, — все влюблённые так себя ощущают. Особенно, если они ещё не вместе. Тебе кажется, что он безупречен, а ты нелепое недоразумение. Но я тебя уверяю, что при ближайшем рассмотрении ты поймешь, что всё как раз наоборот.

Ким не то чтобы не любила Джерса, но отчего-то полагала, что он мне совершенно не подходит, что он не дорос до меня. И объясняла она это вовсе не возрастом.

Тем временем миссис Патчис выбрала ещё двух студентов и велела всем собраться у ёлки перед главным корпусом. Остальным предстояло помогать с подготовкой к новогоднему балу. Миссис Патчис объявила кого и к кому прикрепила, обозначив задачи. Вспомнив о предстоящей ночи, коньках и чудесном платье, я будто сжалась. И рада была бы испариться и вовсе пропустить празднование Нового года, но я пообещала, а обещания свои я всегда старалась выполнять.

Шумная толпа студентов разом поднялась из-за столов и отправилась к преподавателям. Я тоже собралась к ёлке, но моя покровительница задержала меня и повела совсем другим путём. Что-то тревожное дрогнуло в груди, но я постаралась не паниковать раньше времени. Мы прошли опустевшими коридорами и оказались у заднего выхода, где ещё вчера стражи приветствовали нового капитана. Сейчас на небольшой площадке было четыре человека: одна девушка и трое молодых мужчин. С двумя из них я была хорошо знакома, мы порой разговаривали, если находились поблизости. Девушку звали Лидия, одного из парней Макс. Они оба были старше меня и служили в академии уже не первый год. Лидия всегда выглядела подтянутой, собранной и даже немного суровой. Она очень серьёзно относилась к правилам и порядкам, и очень ревностно их соблюдала. Гибкая, стройная, выше меня на полголовы, сероглазая красавица, приветственно кивнула.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Макс, в отличие от неё, был весёлым, очень разговорчивым и подвижным. Светловолосый, темноглазый, широкоплечий. Очень симпатичный парень. Он широко улыбнулся и поздоровался. Ещё одного стража много раз видела, но имени его не знала. Высокий, худой, постоянно угрюмый и неприветливый.

— Капитан Аведа, — позвала миссис Патчис, и четвёртый страж повернулся.

Настроение тут же испортилось, когда голубые глаза посмотрели недовольно. Аведа был удивлён и моё присутствие вызвало на лице странное выражение. Будто…будто он решил, что я нажаловалась миссис Патчис! Эта мысль мне не понравилась, я тоже нахмурилась.