Обреченная ненависть - Вика Жукова

— подбодрил я Саню. — Поехали похаваем. Жор напал.

Сашок согласился.

Вернулся домой, поднялся в свою комнату.

Дверь приоткрыта.

А я ведь точно закрывал.

Пытаюсь найти точку для обзора, замечаю в комнате Ваню.

Пиликающий звук мобилы.

— Ты что забыл в моей комнате? — напугал я незваного гостя.

Братишка окинул меня надменным взглядом.

— Откуда у тебя это? — потряс он телефоном Русланы в воздухе, да ещё с таким недовольным видом.

Подошёл к нему, выхватив развалюху у него из рук. А хватка цепкая, но я то сильнее.

— Повторить вопрос?

Тот хмыкнул, уронив голову. Достал с кармана свой навороченный и недолго ковыряясь в нем, решил что-то показать.

— Мне долго ждать? — я терял терпение. И время.

Ваня потряс экраном у меня перед носом.

На видео видно, как я и Сашок разговариваем с девочкой. Руслана стоит спиной, сжав свои кулачки.

Вот я дёргаю ее на себя, чтобы забрать сумку, но не видно, что я забираю телефон.

— Тебя на малолеток потянуло? Ты совсем поехал? — озабоченно сыпал парень вопросами, тряся своей игрушкой.

Он думает, я к ней клеился?

Конечно, на видео плохо видно, что за спиной Сашка стекло пробито.

— Даже если и так, что с того? — мне показалось подозрительным, чего он всполошился.

— Это моя одноклассница. А это ее телефон, — он попер на меня, чтобы отобрать мобилу Русланы. Встречный удар грудь в грудь остудил борзоту малого. — Откуда он у тебя?

— А она потеряла. После встречи вот этой самой, нашел. И вообще, я что, оправдываться должен? — спросил я сухо, убирая телефон в тумбу. Я вообще-то переодеться пришел, а тут проникновение в мою комнату со шмоном. — Что ты тут забыл?

— Телефон звонил. Дай сюда, я отдам ей его, — какой неумный.

— Ты не понял что ли? Я сам верну, отвали.

Мне пришлось взять Ванька за химок и выволочь из комнаты.

— Я расскажу отцу, что ты малолеток клеишь со своим придурком, — дёргался братик, вылетев из комнаты и врезавшись в стену.

— Никто никого не клеил. Пока, — надо же его подразнить. — Но телефон я верну сам. И ещё, не вздумай ей проболтаться, что знаком со мной.

— Еще чего, — находился Ванька, поправляя одежду. — Было бы чем гордиться.

Я захлопнул дверь, пока мелкому не пришло в голову открыть свой рот и поугрожать мне.

В тумбе снова завибрировало, отдавая глухим поползновение.

Достал телефон Русланы.

Алена нянечка.

Что за хрень?

— Алло, Руся. Ты про нас не забыла? — с надеждой в голосе спросил женский голос.

— Здравствуйте, это не Руслана. Она телефон потеряла.

Кажется, на том конце расстроились.

— Ой, а что же...а как же она... У нее ведь работа. Дети. Собаки.

Что-то я не понял. Какие собаки? Какие дети? Об этом никаких данных не было.

— А вы не могли бы ей телефон вернуть. Я вам адрес скажу.

— Адрес я и сам знаю. Скажите, вы сейчас что-то про детей говорили. У Русланы ребенок?

— Да что вы, — рассмеялась собеседница. — Руся иногда нянечкой подрабатывает. И собак выгуливает.

Понятно.

— Я верну телефон Руслане, при возможности. Всего доброго.

Покрутил корпус в руках. Интересно, что там ещё интересного.

Попробовал порядковый набор.

Хрен.

Достал с кармана бумажку со скромными данными.

Подошло день рождение матери.

Мне даже на мгновение стало жаль ее. Потерять в столь раннем возрасте.

Но я тут же отмахнулся от нежелательных мыслей.

Я потерял семью дважды. Меня никто не жалел.

В основном фотографии матери с маленьким ребенком. Немного семейных. Почти пятнадцать лет назад.

У меня даже холодок по спине пробежал, при мыслях, что я так долго живу.

Руслана была слишком мала, чтобы запомнить рядом мальчика, живущего с ними в квартире. А потом пропавшего из их жизни, после случившегося с матерью.

Не странно, что здесь нет ни одной моей.

Принял душ, переоделся.

Поехал к школе.

Девочка торопливо перебегала дорогу.

Надо же. Она без очков. Волосы все так же стянуты в хвост. Юбка, пиджак, куртка, рюкзак.

Вот остановилась, сверила время на наручных часах. Побежала.

Я хотел зайти в подъезд. Когда увидел что туда нырнул Ванек.

А он что тут забыл?

Семья Вани всего полгода как переехали в свой новый дом. До этого мы жили всего через несколько дворов от семьи Акимовых.

Я был так близко к ним. Но маленький мальчик об этом не задумывался.

Сидя в машине, я успел осмотреться.

Болезненные воспоминания. Почти стёртые, просматриваемые через пелену годов.

Мне казалось все таким большим. Правда дворик потерпел кое-какие изменения.

А может я все напутал. Мне тогда всего четыре года было.

Через десять минут Ваня и Руслана вышли из подъезда. Братишка дерганеый какой-то. Может он влюблен в эту...

Квазимодо у меня язык не поворачивается ее назвать. Она симпатичная, без очков. Если вспомнить фотку в паспорте, вполне себе ничего. Но я видел друзей брата, и девочки там как одна. Красивые, ухоженные, расфуфыренные, в модных шмотках.

Ребята свернули в соседний двор. Ванек даже не попрощался. А Руслана смотрела ему вслед печальными взглядом. Поправила рюкзак на плече. Зашла в подъезд, и вышла только через три часа.

Торопливо добежала до подъезда. Вышла через пятнадцать минут в спортивной одежде и куртке со светоотражателями на рукавах.

Уже стемнело. И как она не боится одна по двору шарахаться?

Я отвлекся на телефонный звонок.

Руслана, увитая поводками разномастных псин, неспеша направилась в сторону сквера.

Наблюдать за ней странно.

Обычно я пас тачки и их хозяев, с конкретной целью.

А тут.

Я знаю, как надо действовать. И мне в принципе не нужно тратить свое время вот так...

Фигура с ремнем и припецпленными к нему поводками, следящая кто что сожрал, куда залез. Девушке явно нравится общение с четвероногими. Ласково треплет спаниеля за уши.

А ещё девушка привлекает взгляды парней.

Пожалуй, она единственная в сквере не уткнувшаяся в телефон и улыбающаяся в реале, а не смайлом.

Темное небо, свет фонарей, золотой листопад тополиных нарядов.

На стекло брызнули первые капли.

Руслана подняла лицо к небу, всего на пару секунд, умиротворенно прикрыв глаза.

По телу пробежал разряд. Словно молния. Вот вроде только было. Я даже не успел понять причину своего беспокойства и возбуждения одновременно.

Дождь набирал обороты.

Народ поспешно старался